Изгой

      Драко пришлось сделать пару глубоких успокаивающих вдохов, прежде чем действительно направиться к темному переулку. Это было утомительно, и пришлось твердо напомнить себе, что он взрослый мужчина — к тому же аврор — и слишком стар, чтобы бояться темноты. Или жутких узких переулков, из которых некуда бежать. Или того, кто, скорее всего, ждал его тут.       От последней мысли он зарычал и расправил плечи.       Он никогда не боялся Поттера, и, фестрал все раздери, точно не начнет сейчас.       Придирчивый голос в голове услужливо напомнил ему, что Поттер больше не Поттер, но Драко отмахнулся от него. Ему нельзя отвлекаться.       — Ты опоздал.       Драко резко обернулся, когда Поттер вышел из тени. Его зеленые глаза блестели в темноте, а шелковый шарф на шее резко контрастировал с новообретенной бледностью. Драко судорожно выдохнул и уставился на него свирепым взглядом.       — Я ненавижу, когда ты вот так подкрадываешься ко мне, — прорычал он.       Поттер лениво пожал плечами и подошел к нему. Он двигался медленно — почти лениво, — но Драко ни капельки не обманулся. Поттер всегда был ловким подлым ублюдком. Даже до того…       …до того, как стал таким.       — Так что, ДМП все еще пытается выследить меня? — спросил Поттер, лениво проводя пальцем по руке Драко. — Или только ты?       Драко усмехнулся и оттолкнул его руку.       — Я здесь только потому, что однажды был обязан тебе жизнью, — сообщил он Поттеру, должно быть, в сотый раз. — Поттер, тебе нужно убираться отсюда. Ты знаешь, что они делают с бродячими вампирами. Если бы у тебя вообще было хоть какое-то чувство самосохранения…       — Если бы оно было, ты, вероятно, был бы уже мертв, — вмешался Поттер. Его улыбка была острой, как бритва, а глаза — нефритовыми. Он выглядел таким холодным, таким… другим. В этот момент Драко понял. Это не Поттер. Все, чем когда-либо был этот мальчик, потеряно… потеряно в этом холодном, угрожающем, манящем существе. Чувство отчаяния поднялось в нем, и он не понимал почему. Но точно понимал, что внезапно всего этого стало слишком. Наблюдать за этим Поттером, наблюдать, как Поттер становится таким, было труднее, чем он мог вынести.       — Это в последний раз, — твердо сказал он. — Я больше не увижу тебя, Поттер. Они придут за тобой завтра в полночь в твое старое убежище в Хогсмиде. Сделай нам обоим одолжение и убирайся из города.       Он повернулся, чтобы уйти. И, к его чести, был лишь слегка удивлен, когда Поттер материализовался прямо перед ним.       — Ты думаешь, что можешь просто уйти от меня? — прошипел Поттер.       У Драко было около секунды, чтобы осознать, что происходит. Затем стальной хваткой ему вцепились в руку и отшвырнули к стене. Поттер прижал его почти без усилий, подняв одну руку, чтобы удержать его голову на месте. Его глаза сверкнули, и он оскалил зубы, обнажив смертоносные клыки. Драко сглотнул комок страха — и, осмелится ли он признаться в этом, предвкушения — в горле.       — Ты не бросишь меня, Малфой, — прошипел Поттер ему на ухо. — Не сейчас. Не когда ты все, что у меня осталось.       Поцелуй был жестким. Пальцы Поттера впились ему в челюсть, и он начал яростно терзать его рот, в следующую секунду уже оторвавшись и опустившись на горло. Драко издал неловкий всхлип, когда клыки задели кожу.       — Нет, — наполовину простонал, наполовину прошептал он, пытаясь оттолкнуть Поттера от себя. — Нет… только не снова. Только не снова, Поттер.       Но на этот раз Поттер не кусался. Он довольствовался тем, что оставил за собой след обжигающих поцелуев открытым ртом, с жаром облизывая и покусывая бледную кожу. У Драко подогнулись колени — таким тяжелым показалось ему собственное тело, и Поттер отстранился. Его губы растянулись в бескровной усмешке, от которой по спине Драко пробежали мурашки. Поттер развернул его. Он не протестовал и твердил себе, что именно страх удерживает его на месте. Драко уперся руками в стену, когда Поттер практически сорвал с него брюки. Его зубы задели ухо, а пальцы — быстрые, скользкие и такие, такие холодные — нашли вход со знакомой фамильярностью.       — Мой, — прошептал Поттер, прорываясь внутрь.       Драко застонал и откинул голову назад.       Позже он разгневается на себя, позже он будет расхаживать, рычать и злиться из-за этого момента — того инстинкта, который заставил его без вопросов предложить себя Поттеру. Но прямо сейчас, прямо здесь, в этот момент, не имело значения, что Поттер медленно приучал его нуждаться в этом, нуждаться в нем. Прямо сейчас Драко это было нужно. И все.       Было тяжело, быстро и грязно. Дыхание Драко стало коротким, резким, его пальцы впились в стену. Дыхание Поттера у него на шее было безумным. Его толчки стали слегка прерывистыми, и Драко наклонил голову. Острые как бритва клыки пронзили шею, и боль смешалась с желанием в пьянящую головокружительную смесь.       Поттер был воодушевлен его ответом. Он оттянул бедра назад и установил жестокий изнурительный темп. Дыхание Драко участилось, ногти вонзились в стену, когда он больше не мог выдержать. Бедра судорожно дернулись, и он кончил на стену с членом Поттера внутри себя, пока клыки все еще были у него в шее. Серые глаза закрылись, и Драко прислонился к стене, чувствуя головокружение от приливов оргазма и потери крови.       Поттер отстранился мгновением позже. Драко зашипел от дискомфорта, когда тот вытащил клыки и лизнул маленькие ранки. Когда Драко обернулся, Поттер только ухмыльнулся и вытер каплю крови большим пальцем. Если бы Драко мог собрать силы, чтобы проклясть его, он бы это сделал.       — Меня не будет несколько дней, — сказал ему Поттер. — Пока все не остынет в ДМП. Смотри, чтобы они не присели мне на хвост. Подбрось улики, сообщи о ложном следе, ты знаешь, как это делается.       Драко знал. В конце концов, он уже делал так раньше. Бесчисленное количество раз. И, когда Поттер уставился на него жесткими изумрудными глазами и этой холодной невеселой ухмылкой, ему захотелось закричать от разочарования.       — В последний раз, — прошептал он, хотя и знал, что это неправда.       — Вряд ли, — ухмыльнулся Поттер. — Есть причина, по которой ты заставляешь себя проходить через это, Малфой.       Ответная усмешка Драко была слабой и смиренной.       — И что же это?       Глаза Поттера победно блеснули. На мгновение Драко почти мог притвориться, что видит в них жизнь. Затем Поттер снова улыбнулся, и его клыки блеснули в тусклом свете.       — Потому что я — все, что осталось у тебя.       И с этими словами ублюдок исчез.       Драко провел дрожащей рукой по волосам и вернулся в мир живых.       Позже на той неделе ДМП получил анонимную наводку о вампире, замеченном к югу от Хогсмида. Но следы быстро остыли. ДМП был вынужден признать, что вампир-изгой все еще на свободе, а общественность впала в паническую истерику. У Пророка был трудный день — он требовал ответов, действий, чего угодно, чтобы остановить угрозу.       Аврор Малфой отказался от комментариев.