Гудбай

Кажется, она спрыгнула с обрыва- не меньше. Она видит как её любимый страдает да всё вторит ночами "Аканэ, Аканэ, Аканэ", он видит в ней только замену, давно погибшей Аканэ Инуи. Она это поняла и приняла, как и то, что ему не помочь. Да и он этой помощи не хочет, она ему не нужна. Они обещали друг друга спасти и не смогли. Хаджиме свято верил, что она вновь разбудит в нем чувства, заставит угаснуть к первой детской и, увы, мертвой любви. И это было что-то подобное. Он гладил её волосы, улыбался когда она таскала на руках племянника и считал что любит. Но стоило ей скрыться из виду, даже просто уйти в другую комнату, как мгла, состоящая из дыма и лика Аканэ, тут же просачивалась в его голову. Ночью он просыпался от кошмаров, выдыхая её имя. Он хранил те деньги которые не успел насобирать на операцию в нижней шухляде. И, стыдно признаться, прятал копию свидетельства о рождении и смерти Аканэ Инуи. Харука видела что ему не забыть её. Он не справится со своими демонами.

***

-Только не злись. - дождь бежал по лицу, сбегал по шее, затекал за шиворот холодными струйками. -только не злись. -вторила она, смотря в его шокированные глаза. К чему всё это? Люди спешат укрыться от ливня. Он хлещет как дурной, а она даже зонтик не открывает. О, мог бы он, обязательно забылся и растворился в этом моменте. Поставил на паузу мир, только бы не испытать, кто его знает какую по счёту, волну горя. -Беги за солнцем, кот- кладёт руку на его щеку, пару раз огладив её большим пальцем а затем отдёргивает. - туда, где твоё место. А мне стоило бы уйти. Только вот, знаешь... - над её головой раскрылся зонт. Мокрая и честная, и душой и телом. Закуривает те сигареты которые он покупал ей на прошлой неделе. Смотрит на него растягивая, как всегда, милую, приятную сердцу улыбку. Она всегда была такой. -Гудбай. И уходит, оставляя по себе запах крепких сигарет и онемевшего Хаджиме. Дождь омывает лицо. Харука спешит прочь, задыхаясь но всё равно продолжая курить. Обращает свои слова к нему, зная что он не услышит. Может, таким образом пытается себя успокоить. -Я тебя люблю. И всегда буду любить до одурения. Мне больно и тесно, так будет лучше. Она разобралась во всём. Он уверен что больше её не увидит. Потеряется и не возвратится. Новая жизнь. Без него. Побег от него ошибка. Но и оставаться там- гробить и себя и его. Они продолжат любить и сгорать, но по отдельности медленнее.

***

Коконой смотрит в экран ноутбука. Стол завален бумажками. Он из раза в раз непроизвольно пишет на руке последнее её слово простым карандашом, вдавливая грифель в кожу. Гудбай И смотрит в переписку с её братом, который сообщил о том, что её нашли по частям, и то, не полностью.