Я залечу твои раны, которые сам тебе оставил

      Нацу не придумал ничего лучше, чем притащить крайне недовольную девушку в закрытую часть школы, где сейчас делают ремонт, чтобы потом открыть новый спортивный зал.       — Драгнил, отпусти меня, иначе я врежу тебе, как и Грею, отвечаю.       Люси устала бороться за свободу и уже несколько минут спокойно висела на плече парня как мешок картошки, стараясь терпеливо ждать, когда он соизволит опустить её на землю. Однако это не единственное, что беспокоило девушку. Она не знала, возможно ли вообще исправить ситуацию, которая сейчас произошла. Хартфилия ударила Грея, потому что ею управляли эмоции, которые было просто невозможно сдержать. Гнев и обида за подругу захватили разум, в один момент она возненавидела Фуллбастера настолько сильно, что ноги сами понесли её в его сторону, а рука замахнулась.       Девушка поняла всю серьёзность ситуации только когда успокоилась, провисев на плече Драгнила больше пяти минут. Чёрт, ещё и Нацу почти призналась, не смогла сдержаться. Он просто-напросто попал под горячую руку её вышедших из-под контроля эмоций, которые сдерживались в течение двух лет. На блондинку постоянно столько всего наваливалось и это копилось, но сегодня она взяла и так просто вылила на окружающих свой негатив. Хоть её и грызла совесть, но, на удивление, чувствовала девушка себя прекрасно, намного лучше, чем обычно. Люси стало всё равно. Чему быть, того не миновать, а на остальное пофиг.       Придя наконец на нужное место, парень аккуратно снял Люси с плеча, ставя её на пол. Девушка несколько раз нагнулась, разминая поясницу, которая нереально затекла в этой позе креветки. Затем она уделила внимание рукам, которые после длительного нахождения в неудобном положении тоже казались девушке какими-то странными, будто они перестали быть её конечностями и теперь всегда будут болтаться, как неуправляемые сосиски. Потратив около минуты на то, чтобы размять затёкшие конечности, Хартфилия подозрительно посмотрела на Нацу. Скрестив руки на груди, она сделала пару шагов назад, перестраховываясь. Кто знает, что на уме у этого лохматого чудика.       — Я ухожу, пропусти.       Люси хотела обойти парня и выйти наконец из этой пыльной комнаты, больше напоминающей каморку. Однако у Драгнила были другие планы. Он не предпринимал никаких действий, чтобы удержать девушку, чем ослабил её бдительность. Он дождался, когда Люси поравняется с ним, после чего внезапно схватил её за руку, ловко разворачивая и прижимая спиной к двери. Коротко ухмыльнувшись, он опёрся рукой на деревянную поверхность возле головы девушки, заглядывая ей прямо в глаза.       — Никуда ты не уйдёшь, пока не ответишь на вопрос. — ответил парень, пронзительно глядя на девушку. Его тёмно-зелёные глаза горели не понятным для Хартфилии огоньком.       — Что ты хочешь узнать?       — Твоя родственная душа — я?       Сердце пропустило тяжёлый удар. Люси проглотила испуганный вскрик, что внезапно зародился в районе груди. Она не знала, как сдержаться, чтобы не выплеснуть весь спектр эмоций, переполнивший её в это мгновение. Удивление, растерянность и страх, мгновенно парализовавший тело. Девушка внимательно смотрела на Нацу в ответ, не отводя взгляд ни на секунду. Она прекрасно понимала, что эти молчаливые переглядки не могут длиться вечно, поэтому когда-нибудь ответить всё-таки придётся. Дыхание спёрло. Люси закусила нижнюю губу, пытаясь отвлечься от пугающих мыслей.       — С чего ты это взял? — она показательно тяжело вздохнула, делая вид, будто парень сморозил отборную чушь.       — Что? — Нацу шокировано дёрнулся, с явным недоумением наклоняя голову в бок. — Ты меня за придурка держишь? Недавно сама призналась, крича об этом на всю школу, а теперь идёшь на попятную?       — Я сказала это на эмоциях, ты меня довёл.       — Какое плохое оправдание, попробуй ещё раз. — он улыбнулся. Было забавно наблюдать за тем, как Люси продолжает стоять на своём, когда есть все аргументы против неё. Драгнил чувствует, что его догадки верны, да и блондинка не стала бы говорить такое даже под контролем сильных эмоций, если это не было бы правдой.       Последние пару дней парня изнутри медленно съедало чувство вины, ведь он на протяжении долгого времени мучил Хартфилию, истязая её тело. Больше всего морально убивало то, что он даже не знал об этом. Драгнил не замечал, что поведение девушки резко изменилось после шестнадцатилетия, когда, по сути, и появляется заветная связь. Если бы Люси сразу сказала ему об этом, всё было бы по-другому. Нацу никогда бы не причинил ей боль и не дал бы сделать это другим, оберегая своего соулмейта.       — А ты проверь, Драгнил. — тихо сказала девушка, подняв взгляд на розоволосого. Вся злость куда-то испарилась, сменяясь усталостью. — Сделай это, Нацу, как делаешь всегда. Скажи мне что-нибудь и мы узнаем, прав ты или нет.       Вот он, момент истины.       Люси уже устала скрываться и держать всё в себе, но так просто говорить об этом не хочется. Пусть увидит всё своими глазами и начнёт мучиться из-за чувства вины, если у него, конечно, есть совесть. Может поймёт наконец, как сильно могут ранить слова.       — Что ты имеешь ввиду? — растерянно спросил Драгнил, былая уверенность в миг испарилась. Он опустил руку и сделал шаг назад, возвращая девушке её беспардонно нарушенное личное пространство. Она смотрела на него говорящим взглядом. «Ты лучше меня знаешь, что нужно делать. Давай как обычно.» — Я не могу так, давай лучше ты?       Люси истерично хихикнула. Повисла неловкая тишина, но длилась она недолго, потому что девушку вдруг так пробило на смех, что она сложилась пополам, практически падая на колени и держась руками за живот. Она около минуты не могла успокоиться, но когда всё-таки пришла в себя, то вытерла выступившие на глазах слёзы, не понимая, от смеха они или от осознания абсурдности слов, сказанных парнем.       — Что за детский сад, Драгнил? Говорить не можешь? А раньше у тебя хорошо получалось, вот буквально неделю назад ты такими словами разбрасывался, ух, аж дух захватывает, когда вспоминаю. Так что давай покончим с этим, Нацу, я правда устала. — Люси сняла толстовку, оказываясь в майке. Оголённые израненные части тела не могли не привлечь внимание.       — Ну ты и идиотка… — прошептал парень, вновь увидев на чужом теле мелкие шрамы и пару не заживших синяков. Слова вырвались неосознанно. Нацу отвесил себе мысленную оплеуху, с ужасом наблюдая, как вдоль ключиц блондинки образовалась тонкая, но глубокая линия, будто сделанная острым ножом. Видимо, девушка и вправду не отличалась умом, раз молчала о таком так долго. Кровь тонкими линиями начала стекать под майку, пачкая светлую ткань.       — Убедился? — Хартфилия даже не дёрнулась, гордо стерпев всю боль. Она улыбнулась, надевая толстовку обратно и даже не беспокоясь, что та тоже будет измазана в алой жидкости. На чёрном не видно, проверено. — Я надеюсь, ты не будешь этим пользоваться и не начнёшь издеваться ещё сильнее. Пока.       — Что? — Нацу был шокирован. Он неотрывно смотрел на девушку, что уже развернулась к выходу и держала руку на дверной ручке, готовясь уйти отсюда как можно дальше. — Ты этого боялась? Думала, что если я всё узнаю, то буду издеваться над тобой? Поэтому ты молчала? И как давно ты знаешь…?       — С первого дня.       — Дура… — на автомате произнёс Драгнил, удивляясь глупости такой умной девушки, но тут же прикрыл рот рукой.— Прости, я не хотел! Я случайно.       Люси снова улыбнулась. Ей стало легче после признания. Может быть она тоже решится на разрыв родственных уз и заживёт себе счастливо, но что-то внутри неприятно клокотало от одной лишь мысли об этом, будто пытаясь её отговорить. Она напоследок взглянула на парня через плечо и, открыв дверь, вышла из комнаты, оставляя Драгнила одного.       — Подожди! Нужно убедиться, что наша связь не односторонняя, мало ли, какие бывают на свете мутации. Давай, скажи мне что-нибудь, я не буду ничего говорить в ответ, честно. Я вообще к тебе подходить не буду, если ты меня сейчас обматеришь. — девушка остановилась, разворачиваясь и кидая на парня саркастический взгляд. Было видно, что Нацу растерян и весь на иголках, так ещё и не знает, что ему делать в такой ситуации.       — Нацу. — на выдохе прошептала Люси, подойдя к парню и аккуратно взяв его за руку, повернув ладонью вверх. — Давно хотела сказать тебе пару сотен нецензурных слов, что изо дня в день крутились у меня на языке, но не буду. Не хочу портить тебя шрамами и ранами, а то такая милая мордашка не сможет кувыркаться с красивыми девочками, если тело будет изуродовано, поэтому… Удачи.       Люси крепко сжала чужую ладонь, простояв так пару секунд, затем резко отпустила его руку и развернулась, как можно скорее уходя.       Нацу до скрипа сжал зубы, смотря в спину уходящей девушке. Он был в отчаянии. Не сдержавшись, замахнулся и со всей силы ударил кулаком по стене, разбивая костяшки в кровь. Тяжело дыша, парень развернулся и прижался спиной к холодному бетону, медленно сползая вниз и до боли сжимая свои волосы между пальцев.       — Придурок. Драгнил, ты настоящий придурок, чёрт побери!       И лишь в полном одиночестве парень позволил себе заплакать. Отчаяние и вина сжигали изнутри. Он не одиночка, как считал эти два года, у него есть соулмейт, его родственная душа. Однако судьба решила жёстоко подшутить над ними, что было до слёз обидно.