Медовая пенка

Ким Тэхён абсолютно уверен в том, что все альфы, приходящие в его кофейню, просто издеваются. Каждый раз они заказывают кофе по-ирландски из-за содержащегося в нём дешёвого виски и часами просиживают брюки за столиками, не спеша потягивая свои напитки и глазея на порхающих по заведению молоденьких официантов-омег. Те носятся перед ними с кокетливыми взглядами, услужливыми улыбками и подносами в руках, надеясь на хорошие чаевые. А потом разочарованно дуют губы, когда по итогу им вместо долгожданных купюр оставляют грязные салфетки с номерами телефонов. В эти моменты Тэхён ехидно посмеивается, до чиста натирая барную стойку и мысленно прикидывая, сколько баксов ему перепало в этот раз. В родной Корее на чаевые никогда рассчитывать не приходилось, даже в местах, ориентированных на иностранцев. Тэхён действительно рад тому, что работает именно бариста и ему не приходится покидать свою, уже ставшую привычной, стойку. Однако он всё равно жутко недоволен тем, какими хищными взглядами стреляют в его сторону некоторые посетители. Особенно наглые пытаются флиртовать, но за несколько лет работы с людьми, омега научился справляться с подобными ситуациями без разжигания конфликта. Похоже, Тэхён единственный из персонала кофейни, кому масляные взгляды и убогие подкаты не доставляют особого удовольствия. В глубине души он гордится тем, насколько недоступным выглядит на их фоне. Опять же, относительно недоступным. Несмотря на недостаток в виде хамоватых посетителей, Тэхён искренне любит свою работу, особенно когда его клиентами становятся улыбчивые вежливые люди, заказывающие моккачино с каким-нибудь лёгким десертом и хотя бы иногда говорящие короткое «спасибо». Если повезёт, то ещё и хорошего дня пожелают. И прямо сейчас Тэхён готов стоя на коленях поклясться, что если это не самый очаровательный парень, которого он видел за последние двадцать пять лет, то вся его никчёмная жизнь прожита зря. Омега бы обязательно запомнил этого очаровашку в длинном пальто и широких джинсах, обтягивающих полные бёдра. Значит, он здесь впервые. Поражённый невероятной красотой бариста старается не рассматривать незнакомца слишком пристально, потому что со стороны это наверняка выглядит подозрительно. Он тут же опускает взгляд на свои руки и делает вид, будто приготовление кофе именно сейчас — самое увлекательное занятие на свете. К счастью, у него действительно есть заказ. Значит, Тэхён может вести себя абсолютно непринуждённо, просто занимаясь своей работой и игнорируя вежливое покашливание рядом. Стоит ему заставить себя поднять глаза на очередного посетителя, как воздух буквально покидает лёгкие. Вблизи парень кажется ещё красивее со своими оленьими глазами, невинной улыбкой и растрёпанными чёрными волосами. Будет ли это слишком неправильно, если Тэхён сделает ему минет прямо сейчас, посреди заполненного людьми кафе? Работа. Его ждёт работа. За секунду жадный, полный приятного шока взгляд сменяется безразлично-профессиональным и юный незнакомый альфа, заметивший такую резкую перемену настроения безумно симпатичного бариста, перестаёт широко улыбаться, неловко топчась на месте. — Привет, милашка, сделаешь мне дальгона-кофе на банановом молоке? И, пожалуйста, не рисуй на пенке ничего отвратительного, вроде члена. Тэхён разочарованно закатывает глаза, слыша очередное банальное прозвище: — Я мог бы сделать тебе на напитке точную копию моего пениса, но не уверен, что там хватит места. — Ты собираешься подать мне самый маленький стакан? — альфа вновь очаровательно улыбается. Хорошо, возможно, омега поспешил с выводами о своей безответной влюблённости, потому что шутки этого полоумного альфача — полное дерьмо. У Тэхёна огромный член, ясно? Он может доказать правоту своих слов прямо сейчас, но это будет слишком для пяти минут знакомства. Поэтому озлобленному бариста не остаётся ничего, кроме как молча отвернуться, делая вид, что вносит заказ, хотя на самом деле мысленно материт этого «юмориста». Его мужская честь задета тупой шуткой, как вообще он должен себя вести? — Чон Чонгук, — чужое извиняющееся бормотание нарушает возникшую между ними тишину. Альфа чувствует себя действительно виноватым за сказанное минутой ранее, и Тэхён кажется чуть более довольным. — Ты не мог бы посоветовать мне какой-нибудь фруктовый десерт? Люблю перекусить сладеньким, знаешь. Обиженный Тэхён, до сих пор стоящий спиной к посетителю, вдруг заводит руку назад и обхватает себя за задницу, любовно стискивая её в ладонях. Он незаметно поворачивает голову через плечо и видит, как растерянно и одновременно возбуждённо выглядит Чонгук. Издевательски усмехаясь, омега пытается развести упругие ягодицы в разные стороны, что невозможно из-за узких клетчатых брюк. Плотная ткань натягивается, выделяя аппетитно выпирающую часть тела. Мальчишка нервно сглатывает скопившуюся слюну, пошатываясь на месте и не отрывая обезумевшего взгляда от чужой задницы. Приватное представление заканчивается, когда в естественный запах альфы пробивается насыщенный шлейф желания и возбуждения. Тэхён резко отпускает свои бёдра, поправляет сползшую часть гардероба и как ни в чём не бывало возвращается к стойке, самодовольно скалясь. Чонгук поднимает на него жалостливый взгляд, поскуливая от обиды. В штанах стало ощутимо тесно, а клыки зачесались от желания укусить, пометить, сделать своим и показать это всем окружающим. — То, что ты сейчас увидел — и есть самое сладкое в этой кофейне, — старший парень издевательски ухмыляется и одергивает задравшийся бежевый свитер, перекрывая доступ к видневшемуся участку белоснежной кожи. — Позволишь продегустировать? — альфа не сдаётся. Тэхён раздражённо рычит на расплывшуюся улыбку напротив и, тряхнув непослушными волосами, снова отворачивается, чтобы наконец приготовить заказ. Тонкие узловатые пальцы сжимаются на стакане так сильно, что кожа вокруг них белеет, и омега резко одергивает руку. Обеспокоенный Чонгук хмурится, ловко обходит деревянную стойку, становясь рядом, и дует тёплым воздухом на обожжённые пальцы. Бариста удивлённо поднимает брови и отодвигается от альфы, который выглядит ещё более смущённым и, конечно же, очаровательным. — С моей рукой всё в порядке, спасибо. Но тебе нельзя стоять здесь, если начальство увидит это, то меня могут уволить. Кто тогда будет кормить моих малышей? Карие глаза расширяются так сильно, что Тэхён выпускает короткий смешок, растягивая уголки губ в улыбке. Он выводит нового знакомого обратно за стойку и пожимает плечами, стараясь сдержать рвущийся наружу смех при виде ошарашенного выражения лица. Чонгук беспомощно смотрит на бариста, щёки которого натягиваются от радостной улыбки, и выдыхает, отводя взгляд в сторону и отталкивая внезапное чувство ревности, потому что у этого самого прекрасного на чёртовой планете омеги есть дети и муж. Счастливая семья, какая идиллия, просто замечательно, ага. — Твоё лицо, — насмешливо фыркает Тэхён, занимаясь приготовлением капучино для молодой девушки. — Иисусе, Чонгук, единственное, что вторгается в мою задницу — резиновый дилдо, но явно не член другого альфы, хорошо? Малыши — это мои младшие брат и сестра. Я всего лишь пошутил. Чонгук выглядит действительно приободрившимся, очаровательная улыбка возвращается на своё законное место, а комично большие тёмные глаза выражают нечто вроде заинтересованности. Он облегчённо проводит рукой по чёрным волосам, путая их ещё больше, и вздрагивает, когда перед носом появляется стакан с кофе. Пахнет просто удивительно: лббимое банановое молоко, корица, делающая любой напиток потрясающим и даже мёд— Чонгук теряется в смешении сладких запахов. Он потягивает носом возле стаканчика, вызывая тихий смех омеги, и чувствует себя гораздо лучше. — Зачем в кофе мёд? — Чонгук ухмыляется делает первый глоток, тут же жмурясь от удовольствия. Тэхён перестаёт расставлять на стеклянной витрине тарелочки с самыми разнообразными десертами и удивлённо оборачивается, глядя на медленно потягивающего свой напиток альфу. Он хмурится и придвигается ближе. — Я не добавлял мёд, о чём ты? — Постой-ка, — Чонгук оставляет стаканчик на стойке и аккуратно цепляет пальцами изящное запястье. — Могу я… понюхать? Получив смущённый кивок, альфа тут же приникает носом к тонкой шее — одному из местечек, где омеги всегда пахнут больше всего, — и тихо стонет. — Ч-что такое? — голос дрогнул. В этот момент Тэхён хочет прикусить себе язык. — Ты пахнешь мёдом, — он задерживает дыхание и снова проводит кончиком носа по ароматному месту, едва сдерживая своего внутреннего альфу от желания целиком и полностью вылизать нежную кожу. — Как тебя зовут, солнце? — Ким Тэхён, — омега хватает обнаглевшего младшего парня за загривок и оттаскивает от своей шеи. Они выглядят до ужаса смущёнными сложившейся ситуацией, а на щеках обоих красуется розовый румянец. Чонгук тихо извиняется и забирает свой остывший кофе со стойки. В момент, когда альфа кивает ему, выходя из кофейни, Тэхён выглядит как малыш, у которого отобрали леденец или любимую игрушку. Бариста раздражённо рычит, и вышедший из подсобки Чимин ретируется обратно, не имея ни малейшего желания попасть под горячую руку своего лучшего друга.