О плюсах и минусах ночных разговоров с демоном

После битвы с Третьей Высшей Луной Кеджуро готовился к смерти. Он произнес предсмертную речь, как и полагается павшего в бою герою, но, к своему собственному удивлению, очнулся в поместье бабочки. Раны болят ужасно, и даже сидячие положение столп пламени принимает с трудом. Ренгоку замечает Танджиро, мирно сопящего у его кровати, слегка улыбается такой картине, и ложится обратно, дабы случайно не потревожить мальца. Уже на следующее утро Кеджуро вновь пытается схватиться за катану и начать тренировку, но Шинобу удается (хоть и не сразу) отговорить столпа. Девушка настоятельно велела ему оставаться в постели, говоря, что "Тренировки могут и подождать". Тренировки-то могут подождать, а демоны, эти ужасные твари, ждать не будут. И столько людей может погибнуть, если Ренгоку не начнет восстановительные тренировки как можно скорее. А как можно скорее начать их не получится. Пламенному столпу просто не дадут этого сделать. И Кеджуро придется лежать в постели. Что он, в принципе, и делал весь день. Ночью сна не было ни в одном глазу (хотя у Кеджиро и так только один глаз). Ужасная ноющая боль во всем теле мешала расслабиться, и Ренгоку просто лежал с закрытыми глазами в надежде, что рано или поздно усталость все же возьмет свое. Глаз открыть заставил лёгкий ветерок, внезапно подувший из окна, которое, как помнил мужчина (а помнил он это достаточно отчетливо), все время было закрыто. И вот, открыв единственный глаз, столп пламени увидел перед своей кроватью его. – Кеджуро... – Прошептал Аказа. Истребитель демонов тут же попытался встать, но рана в груди дала о себе знать, и Ренгоку обессиленно лег обратно. – Ну-ну, зачем же так? Еще рана откроется, как ты потом сражаться будешь? – С притворной (или нет?) жалостью проговорил гость. Он присел на край кровати и продолжил: – А вот был бы ты демоном... – Ты уже знаешь мой ответ! – Уверенно и чуть ли не рявкая сказал Кеджуро. – Чего ж кричать? Ты не кричи, а то разбудишь кого-нибудь и мне придется убить его. – Аказа осторожно касается нанесенной им самим раны на груди и видит, как слегка вздрагивает столп. – Больно? – А ты как думаешь? – Со злобой и осуждением в голосе спрашивает Ренгоку. – Я человек, в отличии от тебя. И зачем ты вообще пришел? – И ты только сейчас спрашиваешь? – Усмехается демон. – Я хотел посмотреть, в каком состоянии ты находишься, когда вернешься в строй. Нам же нужно продолжить сражение. А мне будет не очень интересно драться с тобой, Кеджуро, если ты просто будешь лежать, не способный дать отпор. – С чего ты взял, что я не смогу... – Столп не успевает договорить. Аказа надавливает рукой на раненую грудь Ренгоку, и последний комкает простыню в руках до побеления костяшек, сжимая губы в одну тонкую линию. Все, лишь бы сдержать рвущийся наружу вскрик. – Думаю ты уже понял, почему не сможешь дать мне отпор. – Серьезно проговорил демон. – Я думаю ты уже посмотрел все, что хотел. Проваливай. – Раздраженно проговорил истребитель. Аказа угрожающе навис над столпом пламени. – Или что, а, Кеджуро? Ты даже пошевелится не можешь. В таком положении я легко могу обратить тебя в демона. – Не смей! – Ренгоку пытается встать, но Третья Высшая Луна одной рукой обхватывает горло человека, прижимая к кровати. – Не беси меня, Кеджуро. Не надо. Я кажется, говорил тебе не кричать? Говорил ведь? – Аказа проводит свободной рукой по щеке Ренгоку, улыбается, убирает руку с горла. Столп глотает воздух, смотрит на демона с презрением. – Что ты хочешь? – Сквозь зубы проговаривает хаширо. – Хочу знать, чего хочешь ты. – Демон лукаво улыбается, садится обратно на кровать. – Я хочу, чтобы ты ушел и я наконец смог поспать. – Чего же ты до моего прихода не ложился? Лег бы тогда, сейчас, возможно, спал бы себе спокойно, не терпя моего присутствия. – Ты правда думаешь, что я пойду с тобой на откровения, демон? – Вопросительно поднимает бровь Кеджуро – Оу, а тебе правда трудно ответить на мой вопрос? – Аказа продолжает улыбаться. – Я просто не хочу. – Глаз сам закрывается от усталости и истребитель делает один вдох, затем выдох, дабы хоть как-то успокоиться. Демон слегка наклоняет голову в бок, наблюдает. Потом убирает прядь волос с лица хаширо. Последний на это отрывает глаз и вопросительно смотрит на Третью Высшую Луну. – Тебе неприятно? – С эдаким интересом спрашивает Аказа. Ренгоку хочет сказать серьезное грубое "Да", но изо рта вырывается тихое спокойное "Нормально". И демон продолжает. Одной рукой зарывается в золотистые волосы, другой проводит по шее, ведет вниз, огибает шрам. Кеджиро вздрагивает, что не укрывается от глаз Аказы. – Настолько болит? – В голосе демона есть капля сочувствия. Но эта капля так мала, что Ренгоку не замечает ее в спокойном голосе Аказы. – Нет, все нормально. – Как можно увереннее произносит столп пламени, говоря лишь часть правды. Кеджуро не больно, а страшно. Его охватывает беспокойство от прикосновений демона, ведь Третья Высшая Луна так стремиться обратить истребителя в того, против кого он сражается. Ренгоку закрывает глаз, пытаясь сосредоточиться на ощущениях. Рука демона проводит по животу, затем уходит под спину. Указательным и средним пальцами Аказа проводит по всей длине позвоночника, оглаживает шею. После этого руки демона оказываются на плечах столпа. – Кеджуро. – Тихий голос Высшей Луны звучит прямо над ухом Ренгоку. – М? – Устало мычит мужчина в ответ, даже не пытаясь открыть свой единственный глаз. – Я пойду? А то ты уж совсем отключаться начал. – Аказа тихо усмехается. – Ну ты же ещё придешь? – С надеждой в уставшем голосе спрашивает столп пламени, по-прежнему не размыкая глаза. – А ты думаешь, что так легко отделашься от меня, Кеджуро? На этот вопрос истребитель отвечает еле внятное "Нет", и демон вновь улыбается, невесомо целует Ренгоку в щеку. – Спокойной ночи, милашка. – Сладко молвит Аказа, но столп молчит, видимо уснув окончательно и Третья Высшая Луна уходит. Но он знает, что ещё вернется. И Кеджиро это тоже знает. И они оба будут ждать встречи.