Эксперимент

***

Глаза алхимика были последним, что запомнил Кэйя перед тем, как скальпель несколько раз прошёлся по мягкой коже и разрезал тело парня по середине. Разрез шёл от грудины и до самого низа живота парня. Альбедо с улыбкой осматривал внутренности парня, которые оголились перед ним. - Тебе больно? - в ответ послышался сдавленный крик, а затем скулёж. - Прости, совсем забыл об этом. Альбедо взял со стола одну из колбочек и залил её прямо в горло Альбериха, заставляя того поморщиться и издать хрип от пронизывающей всё тело болью. Даже дышать было больно. Каждое движение приносило непередаваемую боль, которая заставляла скапливаться слёзы в уголке глаза и медленно горячими струйками стекать по щеке. Подушка пропиталась холодным потом и беспрерывно текущими слезами, а из чёрного глаза на другую сторону продолжала течь чёрная масса. Он не мог издать никаких звуков, кроме болезненного шипения и тихого скулежа после каждого вдоха. - Ну тише, тише, скоро ты перестанешь чувствовать боль, прости, что не позаботился об этом раньше. - Альбедо продолжал говорить с искренней вежливостью и спокойствием в голосе, что ещё больше пугало Альбериха. - Бедняжка... Руки алхимика проникли во внутренности парня, будто что-то выискивая, то между лёгкими, то за желудком, то в сплетениях кишечника, благо Альбедо заранее позаботился о том, что бы желудок и кишечник парня были пустыми, так что изо рта Кэйи лишь стало выходить небольшое количество желчи с кровью, что не могло не отразиться на самом парне, который болезненно всхлипнул, сплюнув эту смесь в сторону на пол рядом с кроватью. - Ну что же ты сделал, запачкал мне весь пол, а я ведь только недавно прибрался.. - лицо алхимика выражало разочарование и лёгкое презрение. Двумя пальцами Альбедо сжали одно из лёгких, что выбило весь воздух из парня и он дёрнулся, что заставило его вскрикнуть от боли, которая разлилась по телу. Раствор алхимика ещё не начал действовать. Сдавленный хрип это всё на что хватило сил у Альбериха. Тем же временем Альбедо лишь хмыкнул, не меняя выражения лица, которое Кэйя не мог видеть из-за темноты, которая заволокла его глаза. - Блять, Альбедо, остановись, ты заходишь слишком далеко, прошу, хватит. - произнёс Кэйя, как только рука отпустила лёгкое и дыхание немного сравнялось. - Мне больно! Но голос Альбериха утонул в протяжном болезненном стоне, который тот сдержать вовсе не мог. Этот чёртов учёный, какого хрена он вообще творил и почему Кэйя вообще согласился участвовать в этом? Это было его главной и самой большой ошибкой. Он будет обязан рассказать всем о том, какой Альбедо на самом деле. Если вообще выживет после этого всего ужаса. Руки Альбедо пробирались дальше, тем временем сам Алхимик внимательно всматривался во внутренности парня. - Бедный милый мальчишка. Я бы пожалел тебя, но увы не могу, уж слишком интересное у тебя строение организма. Как жаль, что пора переходить к следующей фазе нашего эксперимента... Алхимик с печальным вздохом взял со стола хирургическую иглу и, видимо, специальную нить, начав кропотливо работать зажимами и иглой, сшивая длинный разрез с непринуждённой улыбкой. - Альбедо.. - прохрипел Кэйя. - Я ничего никому не скажу, просто позволь мне уйти, пожалуйста. Остановись.. - Ты так и не понял? - Альбедо обрезал нить, закончив последний шов и обработав чем-то неприятно пахнущим весь шов, который на глазах будто затянулся и через пару секунд вообще исчез, оставив после себя ровную смуглую кожу. - Ты не можешь себя контролировать и это опасно для общества. Поэтому я защищу их от тебя и твоего близкого безумия. Альбедо лучезарно улыбнулся и повернулся к столику, вытащив наверх мешок, который жалобно запищал, он провёл рукой над Кэйей и над ним стала скапливаться тёмно-синяя ледяная масса, через пару мгновений став похожей на столик. Из мешка он грубо вывалил снежную лису без ног, которая начала извиваться и пыталась сбежать. Глаза Альбеиха расширились от ужаса, который сковал всё его тело. На лбу проступил холодный пот, а ужас комком осел где-то в горле, не давая проронить и слова. - Что ты... Не успел Кэйя договорить, как скулящий комок оказался в руке Альбедо, а в другой он держал небольшой бутылёк, который он приложил к губам первого, чуть улыбнувшись, как бы намекая на то, что тому нужно выпить содержимое. Конечно же в таком состоянии отказываться было опасно, учитывая, что скорее всего всё что происходило ранее, это было только начало и мало ли что может прийти на ум этому алхимику.. Пришлось пить. Выпив содержимое Кэйя закашлялся, вкус был приторно сладким и с неясным привкусом, как и всё, что он пил за последние сутки. Даже предположений о том, что это могло быть в голове у Кэйи не было. Альбедо одобрительно кивнул и довольно улыбнулся. Внизу живота появилось непонятное тепло. Это было слишком быстрое действие. Видимо алхимик не просто так ковырялся во внутренностях синеглазого, а что-то там изменил. Ну не могла эта жижа так быстро подействовать на организм мужчины. Это было крайне странно и непонятно. - Не волнуйся, но мне придётся на некоторое время закрыть тебе глазоньки. Главное расслабься и получай наслаждение! В тот же момент лёд окутал глаза и наступила темнота. На удивление слух, нюх и осязание так же подозрительно быстро усилились и Кэйя мог слышать как шелестит одежда алхимика, как воздух становится как бы тяжелее и этот запах.. Запах крови и привкус железа во рту. Это чувствовалось особенно сильно. До тех пор, пока он не почувствовал, что его одежда соскользнула с него, вместе с простынкой, которая лежала у него на ногах. Холод усилился, но в паховой зоне и в низу живота было очень даже жарко. Видимо раствор вызвал возбуждение, что странным образом смутило парня. Зачем алхимику проделывать такое? Что он собирался сделать? Из груди вырвался сдавленный стон из-за резкого тепла вокруг детородного органа, слишком тепло, слишком приятно. Слышался жалостливый писк и хрип. Видимо Альбедо использовал лису для.. Впрочем очевидно для чего. Из здорового глаза потекли слёзы, было противно от своей беспомощности и от ситуации в которой он оказался, но больше всего от действий алхимика. Почему он это делает? Это какой-то очередной эксперимент или просто извращенские фантазии самого же Альбедо? Ничего было не ясно. Совсем ничего. Когда Кэйя был готов эякулировать все действия прекратились и стало прохладней, хотя скопившаяся на детородном органе кровь животного и природная смазка самого Альбериха не давали теплу до конца испариться. Кровать резко стала ниже и парень оказался лежащим на боку. Глаза всё ещё являлись закрытыми и было слышно, как лисица уже только хрипя оказалась на столе. - Что ты собираешься... Блять! Из горла вырвался непроизвольный мат, когда Кэйя почувствовал что-то склизкое и прохладное в области своего зада. Пальцы алхимика проникали внутрь, растягивая колечко мышц. Было не так больно, но неприятно. Крайне неприятно. Альберих знал, что в Мондштате есть мужчины, занимающиеся подобными вещами, но это его никак не интересовало и не привлекало. Стало ещё более мерзко от происходящего. - Будь спокоен, я буду осторожен. Уж поверь слишком сильно я вредить тебе не собираюсь пока что. Ты мне нужен живым. Пока что. По голосу алхимика Кэйя понял, что тот всё ещё улыбался и был спокоен как удав, чего нельзя было сказать об Альберихе, который начал уже тихо всхлипывать от осознания безвыходности положения. Это было уже слишком. Такого он уж точно не ожидал, ни того, что алхимик делал с ним и с лисой ни остального он вовсе не мог ожидать. Вообще ничего. В голову стали лезть неприятные мысли, а что же алхимик делал с Кли, которую ему часто доверяли? А с Сахарозой, которая много времени с ним проводит? Что он делал с ними? Откуда взяться уверенности в том, что с ними он не проделывал ничего подобного. Злость внутри Альбериха начала вскипать и редкие снежинки стали появляться в воздухе, что не было не замечено алхимиком. - Что такое? Тебе больно? Я вроде действую аккуратно.. - Альбедо продолжил растягивать Кэйю, это заняло чуть больше времени, чем ожидал Альбедо. - Кли и Сахароза. Что ты с ними делал? - на грани слышимости произнёс Кэйя. - О, ты волнуешься за других, похвально. Но в этом нет смысла. Дети не мой типаж, а Сахароза.. Ну не то вообще. Их я не трогал. - с той же вежливой и расслабленной улыбкой протянул Альбедо. Волна облегчения прошлась по телу Кэйи, но сразу же поднялась волна напряжения, когда видимо детородный орган Альбедо примостился вплотную к разработанному колечку мышц Альбериха. Алхимик резко проник внутрь, вытолкнув изо рта Кэйи протяжный полукрик полустон. Казалось внутри всё горит, видимо с непривычки, а недалеко от уха послышался довольный выдох алхимика. Каждое движение вызывало болезненные ощущения по всему телу, но с тем же и приятные мурашки. В один момент Кэйя эякулировал вместе с Альбедо, который от усталости упал на почти бездвижное тело Альбериха, тяжело восстанавливая сбившееся дыхание. Через минуту Альбедо уже убрал все неприятные следы с себя, приступая к очищению зада синеволосого и к остальным очищающим процедурам. Всё же грязь мало кто любит. - Думаю ты, как и я сегодня вымотался и нам обоим нужен хороший сон. Спокойной ночи. Альбедо отошёл на пару шагов, выкатывая перед собой столик в темноту, тем временем лёд отступил от рук Кэйи и сформировал на небольшом расстоянии от кровати решётку, которая оградила всё по кругу, но глаза, как и тело были свободны, а на бортике кровати висела белая рубашка и такие же штаны, которые видимо предназначались Альбериху, который их надел и огляделся. Вокруг не было ничего видно, но рядом стоял стул на котором аккуратно сложено было одеяло и его вещи, а также еда. Есть хотелось безумно сильно, поэтому Кэйя быстро поел и достал травы, которые ему дала Барбара и вдохнул аромат. Он почувствовал запах, который он часто чувствовал будучи в церкви и это напомнило ему о доме. Вернётся ли он когда-нибудь туда? На глаза навернулись слёзы и он вздохнул, положив мешочек на место. Взяв одеяло он направился к кровати и лёг укрывшись почти с головой. Всё тело болело и было мерзко. Просто мерзко от беспомощности. С каждой секундой становилось труднее сдерживать слёзы и свернувшись калачиком Кэйя дал волю эмоциям, расплакавшись как ребёнок. Снежинки стали медленно падать на пол и на одеяло, сразу же исчезая, как только касались к любой поверхности. Спустя немало времени Альбериху всё же удалось уснуть, хотя скорее отключиться от усталости. Он провалился в темноту, как и день назад, но в этот раз его стал преследовать неприятный сон, от чего Кэйя ворочался и бормотал во сне.