Нежный вкус твоей крови

Брайана разбудил бесяще громкий визг будильника. Парень встал со своей кровати, интенсивно потирая веки. Желание прогулять лекцию и остаться в теплой постели студент сразу же отбросил: первой лекцией была история и начиналась новая тема. Брайан все же встал с кровати, одел свои немного заношенные джинсы и белую футболку с фланелевой рубашкой. В буфете он взял себе крепкий кофе — латте был его любимым. Выпив горьковато-сладкий латте, парень пошел в кабинет, где должна была проводиться лекция. Ни учителя, ни одногруппников все еще не было, а Эд вообще решил прогулять занятие вместе со своей новой девушкой. До этого у него было еще около пяти девушек, и с каждой из них он встречался не больше двух месяцев. У самого же Брайана никогда ни с кем не было отношений, из-за чего довольно часто ему доводилось слышать едкие замечания его мамы. — Когда уже жену себе найдешь? — доставала она сына чуть ли не каждый день. Отца у Брайана не было — он изменил маме и уехал в другой город. Да и его сын за ним особо не скучал: его отец был моральным и физическим насильником, более трех раз сидел в тюрьме, насиловал как женщин, так и мужчин. В кабинет вошел Алан Мортимер, один из самых строгих учителей в кампусе, был известен тем, что перед началом урока у всех персонально забирал телефоны, хладнокровно реагировал на заядлые шутки студентов про то, что Алан, может быть, какой-то серийный убийца, и на то, как тот строго ведет занятия. В кабинет вошли и одногруппники Брайана. И, как всегда, рядом с Брайаном никто не сел. Он вообще был изгоем, с ним редко общались. Единственная причина, когда с ним может кто-то начать общаться это то, что он хочет списать конспекты у Брайана, и только на этом их общение зацикливалось. Лекция шла довольно скучно. Брайан тихо посапывал на ней, изредка записывая какие-то даты с истории. Вскоре он окончательно уснул. Так прошли чуть ли не все три лекции. Брайан шел домой, и, когда парень снова увидел тот темный переулок, решил пойти через него снова. На этот раз Брайан сильно насторожился. Возможно, это покажется странным, но он снова хотел увидеть того незнакомца, Брайана как будто тянуло к нему. Ему не хватило вчерашней встречи, пусть и болючей, но одновременно загадочной и необычной. Студент снова увидел силуэт. Таинственный незнакомец стоял, сложив руки крест-накрест на грудь. — Может, поздороваешься? — Произнес темный силуэт с угла переулка, смотря на Брайана испепеляющим взглядом. — В прошлый раз ты не очень-то хотел здороваться, — отрезал он, вспоминая то, что случилось тогда. Незнакомец, ухмыльнувшись, медленно шагал к парню. С далека незнакомец не казался Брайану таким высоким, как это оказалось вблизи. Он был чуть ли не на голову выше молодого студента. Таинственный незнакомец поднял голову Брайана, взяв его за подбородок. Он наклонился к шее парня и впился клыками в его шею. Брайана окутала острая боль. На асфальт начали стекать капли крови. На его шее снова появилась кровоточащая рана, но уже с другой стороны. Когда незнакомец наконец выпустил клыки из его шеи, Брайан выдохнул. И так, ни сказав ни слова, он исчез, снова оставив за собой эту до боли знакомую Брайану черную дымку. Вдруг Брайан увидел на асфальте черный конверт. Парень поднял его и, прочитав кроваво-красную надпись "Приглашение на бал", распечатал конверт. Он достал оттуда так же черную бумагу, на которой бордовым оттенком было написано следующее: Вас на бал мы приглашаем Красно-кровавое вино выпиваем Там, дамы и господа, Есть вкуснейшая еда: Блюда со всех стран мира От салатов до с плесенью сыра Такой шанс дается раз в жизни, Бал наш наилучшим был признан Лотерейный билет, так сказать, Вами выигран, Повезло Вам невероятно, Гарантируем: бал пройдет Для Вас благоприятно. Стэнфорд Паркерсон Брайан положил в карман куртки это приглашение. Неужели тот незнакомец случайно оставил конверт на земле? Или же он таким образом пригласил парня на бал? Этот вопрос крутился у Брайана в голове, пока он шел в общежитие.