История одного мечтателя

Кирилл в наушниках старательно вслушивался в мелодию демозаписи, игнорируя ругань под дверью. Сконцентрироваться на тексте новой песни, присланной совсем недавно, ему не давали. Это раздражало, ещё немного и начнёт дёргаться глаз. Один из участников не мог смириться с отказом, а дама его сердца уже в десятый раз за две недели пыталась объясниться. Орёл и Розовая Пантера умудрялись скандалить ещё и на репетициях. Кир никак не мог понять, почему ему так везло на эту парочку. Не иначе – прокляли. Он постоянно натыкался на них, когда приезжал на студию, чтобы порепетировать. Или это они натыкались на него? И ведь не бояться кары за такое общение. Хотя не Киру их осуждать. Спор продолжался уже минут двадцать и к концу не подходил. На прошлой неделе ругались сорок минут. Теперь, по всей видимости, решили повторить успех и сорвать овации от Славы и Носорога. Киру подумалось, что иногда участие в шоу напоминало проживание в многоквартирном доме: вот пара скандалит вторую неделю подряд, этажом ниже пытались постучать по батарее, чтобы хоть как-то угомонить. А Кир в этой роли – тот самый странный одиночка, которого никто не знает толком, зато сплетен вокруг его личности ходит навалом. Кем он только за это время не побывал: Биланом, Лазаревым, Макарским, даже Димашем. Последнее сравнение его особенно забавляло: разница в росте была очевидна, но почему-то никого не смущала. Да, прошлое выступление наделало шума. Слава только посмеивался с жалоб Носорога. В конце-концов устав от ссоры, Кирилл хлопнул чехлом от телефона и тихо сказал: – Ну, сдаюсь. Взяли измором. Не люблю подслушивать, да вы вынуждаете. Он прислушался. – Да хватит ломаться, пойдём, сходим в ресторан, погуляем… – Не могу, пойми ты! И правила нарушать не хочу, да и занята я. Ну что ты ко мне так прицепился? – возмущённо говорил женский голос. – Я просто очарован. Ты такая милая. Всё, что ты говоришь, уже необычное. Скажи, например, "тетрахлорид" – Агрх! Кирилл попытался вникнуть в ситуацию. «Ага. Парня отшили, а он не сдаётся. У девушки – стальные нервы, дай Бог каждому, конечно. Будь я на её месте, так давно бы психанул». Розовая Пантера, наконец, ушла, не желая продолжать разговор. А вот мужчина так и остался печально стоять у дверей. Кир решил воспользоваться ситуацией и хотя бы высказать пару претензий. – Простите! – он прокашлялся, а затем продолжил более низким, чуть хрипловатым голосом, – Это не моё дело, я всё понимаю, но нельзя ли ссориться в другом месте? Вы мне уже вторую неделю весь настрой сбиваете! Никакого покоя! За дверью стыдливо ответили. – Извините. Мы как-то не обратили внимание, что тут кто-то может быть… Эх, да уже и неважно. Мужчина ушёл. Кирилл потёр запястье, немного нервничая. «Может, стоило с ним поговорить? И чего он в ней нашёл?» Он вернулся к занятию, от которого его отвлекли. «Иванушки» решили выпустить новый сингл , осталось лишь одобрить вариант из присланных. Глоток свежего воздуха… Кирилл энтузиазма не разделял. Скорее всего, публика требовала бы исполнять побольше старых любимых песен, чем новых. А желание публики -закон. По факту именно слушатели являлись работодателями артиста, и если им что-то не нравилось, то карьера начинала скатывать в пропасть. Пришла новая мысль – дать послушать кому-нибудь ещё. Кирилл в привычном уже чёрном обмундировании заявился к соседу. Слава открыл, улыбаясь. – А я всё думал, когда заскачешь? Кирилл смутился от радушного приёма, но голос звучал уверенно. – Я по делу. Мне тут демку прислали. Послушаешь? Мне интересно мнение стороннего человека. – Давай. Кирилл оглядывался по сторонам. Он никогда не был у кого-либо из других участников в гримёрке, но что-то подсказывало: ведущему, конечно, досталось место получше. Он же здесь не просто гость, а почти что хозяин. Тут даже был диван, на котором можно было подремать. Да и сама комната была просторнее. Набор мебели не сильно отличался, но первое, что бросилось в глаза, это был уют. У Славы было много полезных или просто приятных мелочей: огоньки на стене, фотографии, разные статуэтки, чайный набор, ноутбук на столе и даже несколько кактусов. Вероятно, Слава хотел чем-то украсить рабочее место, где проводил достаточно много времени, и нашёл оптимальный вариант: и уютно, и неприхотливо. Это ж не орхидеи, которые поникнут и обиженно задрожат листиками в горшке, если их полить с недостаточным уважением. Кирилл с грустью подумал, что временно выделенные ему квадратные метры выглядели по-военному лаконично – разве только книг на полках прибавилось. Кир был словно готов уйти в любой момент. Слава внимательно послушал демо-версию, записанную автором, и немного помедлил с ответом. – Тебе сказать горькую правду или сладкую ложь? Кирилл покачал головой, поправив маску. – А сладкой правды не бывает? – Тогда честно. Мне не понравилось. Нафталин какой-то. Не цепляет… Не хватает чего-то. Туриченко нисколько не задели слова. «Автора надо взять нового. Серьёзно, эти рифмы «кровь – любовь – морковь» уже в печёнках сидят. А потом все говорят, мол, Кир, почему в сольное плавание не отправляешься, раз не нравится? Да я был бы рад, только вот не все авторы со мной сотрудничать хотят. А если и хотят, то не те». Слава внимательно посмотрел на Кира, словно хотел не только заглянуть под маску, но и проникнуть в самую душу. От пристального взгляда стало не по себе, и Кирилл мысленно захлопнул дверь. «Со мной психологические трюки не работают. Я и сам умею. Не на того нарвался». Слава тут же сменил тему. – Эх, а я вот думаю, почему те двое не нашли лучшего места для спора, чем у нас? Так и тянет их сюда… Кирилл участливо поинтересовался. – Тебе тоже надоели? – Ага. Голова болит. Надо бы направить кое-кого на путь истинный. Кирилл удивлённо округлил глаза, но быстро вспомнил, что собеседник его лица не видел, и среагировал иначе: – И как же? Слава задумался ненадолго. – На самом деле, подтолкнуть двух людей навстречу друг к другу не так уж и сложно. Главное немножко намекнуть. Забыл? Ты же так уже делал. Кирилл чуть было от души не ударил себя по лбу, да маска сломалась бы. Такая очевидная и светлая мысль, а пришла в голову не ему. Тьфу! Как он сразу не заметил? Змея же постоянно дежурила на выступлениях Орла, только заговорить не решалась. – А ты в этом соображаешь, – уважительно сказал Кир, потирая шею. Слава гордо хмыкнул. – Опыт. Это всё опыт. Ну, и я сам его понимаю. Ты бы видел, что со мной год назад творилось... Обращайся. Помогу, чем смогу. Между прочим, недорого возьму. – А из соседской солидарности? – За полцены. – Жлоб, – Киру он определённо нравился. Слава взглянул на часы, стоявшие на столике. – Ой, уже скоро мне выходить, выступление кончается. Ладно, беги к себе. Ты сегодня молодец. И чтобы и дальше работал в полную силу! Вот вылетишь, а с кем же я болтать буду в перерывах? Помру со скуки во цвете лет.

***

На студию звукозаписи Кирилл приехал чуть раньше запланированного времени. Ему повезло добраться почти без пробок. Он хотел было войти в контрольную комнату и поздороваться со звукорежиссёром, но его остановил голос. Там уже находился кто-то из участников, а значит, показываться, было нельзя. Кир остался в коридоре. «Подслушивать входит в привычку. Нехорошо. Но интересно, чёрт возьми». – И почему вы говорите об этом именно сейчас? Как это, не удалось выкупить авторские права? – У руководства вышел форс-мажор . Вам даже выплатят компенсацию. Но сейчас нужно выбрать что-то из того, что мы уже пробовали… Мужчина вздохнул. – Меня список как-то не вдохновляет. – Давайте остановимся на этих трёх. Напойте припев, как это было на репетициях. Мужчина исполнил буквально несколько строк из каждого варианта. Первая песня была современной и привычной исполнителю своей простотой. Звуки можно было даже «прожевать», не произнося чётко. Кир даже попытался вспомнить, где так часто он слышал этот голос, но в голову ничего так и не пришло. На родных «Снегирях» Кирилл чуть было не подавился от неожиданности. «Голос хрипловат для такой песни. А так недурственно!» А вот третья песня понравилась Киру больше всего. Певец действительно изменил тембр голоса и пел на несколько октав выше, чем привык. «Он, вроде, баритон. А здесь звучит почти как тенор. Хотя, может, ему в жизни драматический тенор и ближе? Непонятно, когда голос меняет. Но очень красиво. Надо брать третий вариант! Выигрышный!» Однако у звукорежиссёра были свои планы. – Отлично. Пожалуй, остановимся на первом варианте. – Дайте мне пару минут, – устало вздохнул певец. «Пора делать ноги!» Кир укрылся от взгляда, спрятавшись за углом. Мужчину он теперь видел со спины. «Выглядит расстроенным. Надо бы его как-то подбодрить». Кир посмотрел на листы бумаги, лежащие на столе возле входа. Быстро соорудив самолётик, он взял ручку и написал: «Третий вариант лучший, стойте на своём. У вас отличный голос! Носорог». Он запустил сообщение в фигуру в тёмной рубашке. Мужчина удивлённо поднял самолётик и начал смотреть по сторонам, надеясь увидеть помощника. Он хмыкнул, повертев находку в руках, и вернулся к делу. Затаившийся теперь уже под столом Туриченко выдохнул. Кирилл решил переждать некоторое время на улице и направился в кофейню неподалёку.