ночь

Сон был полон ритмичного плавного шороха, слишком медленного — на грани того, чтобы потревожить и призвать Шаи-Хулуда. В съетче это было не опасно, но сон, странный и вязкий сон касался лица Стилгара прикосновениями открытого воздуха. Исчез шум, исчез запах Пряности, исчез камень над головой. Он засыпал не один, но сейчас рядом не было привычного тепла справа. Вода, что коснулась его пальцев, была солёной: каждая трещина и каждая царапина на коже отозвалась непривычным зудом. Очистить воду от соли — дело несложное, соль — неизбежная грязь, что исходит из тела, из почвы, из камня. Открывать глаза не хотелось. Он надеялся, что странный сон схлынет и уйдёт в небытие, стоит лишь сосредоточиться, но ритмичный шорох продолжался, не уводя глубже, но успокаивая. Небо над его головой предсказуемо было чужим, Длань Господня не нависала над изумрудно зелёными скалами, а когда он сел, желая осмотреться, море захватило его взгляд, забрало его мысли и объявило свою волю. Стилгар знал, что такое море — чужаки говорили о нем часто — но не знал раньше, что море подобно пустыне, имеет свою волю и дышит как дышат пески. Чёрная вода отражалась в таком же чёрном небе, и волны, со своим ритмичным шорохом, были рваной белой пеной на чёрных камнях. Усул сидел рядом, и глаза Ибада на его лице не были здесь уместны. Синий на синем не отражался в чёрной воде. — Не знал, что ты умеешь и такое, — Стилгар усмехнулся, и сердце его возрадовалось тому, что Лисан аль Гаиб умеет творить ещё и такие чудеса. Забирать сны у врагов, радовать и воодушевлять союзников, подслушивать тайны — хотя едва ли хоть что-то может ещё быть для него тайной. — Я тоже, — Усул кивнул, а потом движением головы указал Стилгару чуть в сторону. Туда, где на камне у самой кромки воды сидел юноша, вопреки всякому здравому смыслу облачённый в лёгкую рубаху, промокшую насквозь. Ему не нужен стилсьют здесь — напомнил себе Стилгар — ему не нужно экономить влагу. Ему не нужно было экономить влагу тогда… — Это же… — он недоуменно взглянул на Усула рядом с собой, а потом на Усула-на-камне. — Я чувствую, как память о Каладане покидает меня. Становится в один ряд с событиями прошлого, настоящего и будущего, — Усул-рядом говорил с печалью и незнакомой Стилгару обречённостью. — Я больше не увижу этот сон, мой друг. Чтобы стать тем, кем я должен быть, он, — короткий кивок указал на Усула-на-камне, — должен умереть навсегда. Какую бы власть я ни обрёл, ночные волны Каладана потеряны для меня. Я принадлежу Дюне. — Довольно давно, насколько я знаю. Зачем ты позвал меня? — Мать будет скорбеть. Гёрни будет бороться. Алия не сочтёт нужным понять, а Чани будет пытаться помочь. Поэтому я позвал тебя. — И что буду делать я? — о, эти моменты, когда Усул знал все-о-всех, великий в своём знании и неимоверно раздражающий. Стилгар сдержался, даже в сердце своё не допуская недовольство. — Помнить. Почти для меня память того, кто умер, чтобы в мир пришёл я, Стилгар. Будь рядом, когда я перестану быть им. — Ты уже перестал быть им, Усул. В тот миг, когда жизнь Джамиса кончилась, этот парень и ты разошлись. Я не могу забрать воду его тела, чтобы почтить его память, но… — идея пришла внезапно. Стилгар поднялся на ноги и медленно, неуверенно ступая, вошёл в воду. Уходящие из-под ног мелкие камни, своевольные потоки воды, холод и смерть, что таятся в глубине — море Каладана и пустыня Дюны были так похожи. — Усул, — Стилгар повернулся к нему, стоя по пояс в воде, и поднял руки, водой наполненные. — Я принимаю воду твоей памяти. Пусть это море живет в моих снах, и пусть звёзды твоего дома ведут меня к освобождению моего. Твою жертву я не забуду. На краткий миг лицо Усула было так похоже на лицо мальчишки-на-камне, и его улыбка была почти мальчишеской. Ребёнок, что вырос не зная жажды, жары и несвободы… И ушёл. Стилгар проснулся там же, где засыпал. Привычный шум съетча, привычное тепло справа, его — настоящий — мир. Прохлада и спокойствие Каладана остались иллюзией, слишком мимолётной, чтобы о ней тосковать. Лиет подарил им мечту, Усул указал им путь и ведет за собой, и незачем тосковать по чужой земле, когда можешь помочь своей.