Tell me/Говори мне

Затравлено смотрела на Брагина, своего бывшего заместителя, бывшего коллегу, бывшего друга. Щека неприятно ныла, но виду старалась не подавать, видела, как на самом деле зол был мужчина, будто одно её слово, намёк, и он убьёт Аленикова на месте. Тяжело опёрлась на шкаф, испустив долгий вздох и устало закрыв глаза. «Обещал ведь! А ты поверила - дура!» - мысленно упрекала себя, спрятав лицо в похолодевшие ладони. Не понимала себя, больше не понимала, ведь не любила его, даже симпатии больше не испытывала, но упорно продолжала защищать его, да так отчаянно, будто медведица своего медвежонка. – Это он вас? - кивнул головой мужчина на закрытую дверь, не отрывая взгляда от заплаканных напротив. – Нет, конечно! Да как вам в голову такое пришло, ещё и озвучили?! - на долю секунды ему показалось - сарказм, но покатившиеся слёзы сделали её слова серьезными. «Дура!» - крикнул в себя, но не удержался и ударил кулаком по стеллажу за её спиной, он пошатнулся, а женщина на полу вздрогнула и сжалась в ещё меньший комок сплошных нервов. Теперь выругался на себя, но уже более красочно. Павлова не издавала ни звука, под его взглядом стала казаться совсем маленькой, беззащитной. «Сломал!» - он точно видел, что нет больше той сильной и строгой женщины, не позволяющей увидеть никому своей слабости, узнать о проблемах. Алеников постарался на славу, умело разрушая кирпич за кирпичом той силы и брони, из которой состояла Павлова, строя из обломков свою собственную марионетку: слишком хрупкую, слишком ненадёжную. – А, в принципе, не важно, всё и так ясно… - обречённо выдохнул Олег, потянувшись за графином с водой, что чудом ещё остался стоять на этом проклятом стеллаже: всё вокруг было разрушено. И в центре полного хаоса опять оказалась Ира. – Вот что тебе ясно, что? Это вы все виноваты! Бросили меня! - в первые с момента произошедшего он увидел огонёк жизни в её глазах, пусть она злиться, пусть кричит, да пусть даже пощёчину оставит, лишь бы раздуть этот маленький маяк надежды, заставить её вернуться к нему. - А у меня проблемы… Ира хотела сказать что-то ещё, но сил больше не хватило, огонёк погас, так и не набрав своей мощи. На мгновение удержала взгляд Олега, боясь увидеть там жалость и отвращение, но нашла то, чего никак не ожидала, а может просто сознание помутилось от удара. Тяжело опустила голову на колени, пряча красные, заплаканные глаза. Всё теперь казалось неважным, как сквозь вату слышала едва уловимый звук стекла и льющейся воды - хотелось уснуть и больше никогда не проснуться. – Попей воды. - Олег опустил стакан на уровень её глаз, но женщина никак не отреагировала. - Ир? – Пожалуйста, уйди, у тебя так это хорошо получается. - сорвалась на всхлип, обняв колени руками, наконец признавшись хотя бы себе, что было больно, да и сейчас не легче. Брагин ушёл, забрав с собой чувство комфорта и безопасности. Бросил её совсем одну разбираться в куче проблем, которые свалились на неё. И по сути он то и обязан ей не был, но от этого легче не становилось. «Он ведь женат, старая дура!» - постоянно твердила себе, заставляя глупые чувства отступить, но они оказались единственным спасением в полной вакханалии её жизни. Сейчас он стоял так близко, будто можно было протянуть руку и прикоснуться, только реальность была гораздо болезней - она не имела на это никакого права. – Уйди! - взмолилась женщина, подняв на него свои прекрасные влажные глаза. - Да, это был он! Он меня бьёт, насилует, - вздрогнула Павлова, подавив очередной всхлип, но больше не смела оторвать взгляда от глаз Брагина. - угрожает! Но тебя тут не было, ты меня бросил! Ты меня бросил! Ира выкрикнула последнюю фразу, с силой бросив в мужчину первую попавшуюся под руки папку, стакан выпал из его рук и разбился, осколки рассыпались по всему полу вперемешку с водой, обоим показалось, что именно так разбилось её сердце. В секундном затишье они смотрели друг на друга, пока не полетела следующая папка, и следующая, и всё, что попадалось под руку, пока дрожащие руки не наткнулись на осколки стекла - бледная кожа тут же окрасилась в красный. – Да что же ты делаешь, дура! - Брагин всё это время спокойно терпел срыв, но, заметив окровавленные ладони, быстро преодолел небольшое расстояние и одним рывком поднял женщину на ноги, заставив её выкинуть все осколки. Павлова противилась ему, сжав ладошки в кулачки и панически отталкивая мужчину от себя, пока он пытался прижать ближе к себе, не позволяя вырываться из его крепких рук. Он легко встряхнул бывшую начальницу за плечи и нежно взял её за щеки, заставив посмотреть на него. – Я здесь, я рядом с тобой. - шепнул он, наконец-то прижав ослабевшую женщину к себе. Ира обвила его талию руками, спрятав лицо в изгибе шеи и тихо заплакала, позволив отпустить всю свою боль. Колени неожиданно подогнулись, и Олег легко подхватил женщину на руки, опустив её на диван в двух шагах от полной катастрофы. Несмотря ни на что, рядом с ним было комфортно, безопасно. Он прижал женщину к своему боку, крепко обнимая её за талию. Тишина казалась успокаивающей. Наконец-то с момента их последней встречи в этом кабинете Ира не боялась за собственную жизнь, не боялась, что мужчина рядом с ней причинит ей боль намеренно. Это было глотком свежего воздуха. Её ладонь несмело легла на сердце Брагина, где спокойно и громко билось его сердце. Считая удары, Павлова прикрыла глаза, позволив спрятать лицо в изгибе шеи, совершенно не по-дружески коснувшись губами его кожи, да так осторожно, будто пёрышко скользнуло по его шее. Она почувствовала, как вторая его ладонь медленно запуталась в её золотистых прядях, слегка наклоняя голову назад, осторожно, без резких движений, так непохожий на Анатолия. Его большой палец нежно скользнул по раненой щеке, поглаживая чувствительную кожу. Глаза медленно закрылись от ласкового прикосновения, а губы чуть тронула улыбка. А потом совершенно неожиданно её губы накрыли чужие - его. Легко и ненавязчиво, невесомое касание губ, но даже от этого перехватило дыхание, и Павлова слегка разомкнула губы, желая вдохнуть поглубже, но это лишь позволило мужчине быть чуть смелее и настойчивее. Его руки нежно сжимали талию, пока губы мяли желанные губы напротив. – Черт! - вдруг неожиданно сказала женщина, прижавшись лбом к губам Олега. – Все в порядке? - обеспокоено спросил Брагин, погладив Ирину по затылку и оставив короткий поцелуй на лбу, где касались его губы. – Да, ерунда. Рукой зацепилась за твой свитер. Олег закрыл глаза, тяжело выдохнув, и наконец-то оторвался от Иры, взяв в руки её порезанные ладони, внимательно рассматривая ранки. – Надо обработать. - проговорил он, порываясь встать с дивана, но Ира быстро поймала его за талию, потянув обратно к себе. – Это подождёт. Вы, Олег Михайлович, ещё обещали мне помочь диван отодвинуть, там всё-таки наша монетка лежит. - Ира позволила себе бесцеремонно перекинуть ногу через бёдра Брагина и опустится на его колени, оказавшись неправильно близко к нему, от чего по телу расплылось давно забытое тепло. Руки Брагина медленно скользнули по её спине и вперёд, расстегивая медицинский халат и обвивая талию под ним, улыбаясь, как мартовский кот, при виде сметаны. – Раз обещал, Ирина Алексеевна, то сдержу своё слово. - его губы медленно опустились на место быстро бьющегося пульса. Не так он представлял себе «напиться с Куликовым», но это было куда гораздо лучше и интереснее. Уже лишь только тихие звуки, что издавала женщина, начинали сводить его с ума. В полном хаосе разгромленного кабинета, они продолжали толкать свои жизни в тот же самый хаос, срывая друг с друга одежду: одна - в отчаянной попытке почувствовать любовь и заботу от мужчины, в которого давно была влюблена; второй - в попытке забыть жену, поддаваясь новым чувствам, что вспыхнули незадолго до их последней встречи перед его операцией. Оба так и не признавшись друг другу в истинных мотивах неожиданно вспыхнувшего желания между ними.