1225km

***

      По ощущениям, с того дня, что Шастун находится в Питере, его жизнь стала…налаживаться? Человек, к которому он что-то явно испытывает, всё время находится рядом с ним; обнимает его нежно-нежно, когда никто не видит; целует то в лоб, то в затылок, то и до губ доберётся, когда момент подходящий. Антон от этих знаков внимания плавится, как мороженое под июльским солнцем.       Сейчас он лежит, нежится в кровати своего директора, что некоторое время уже гремит чем-то на кухне. — Антон, просыпайся. На работу опоздаем. — внезапно шепчет мужчина ему на ушко, поглаживая юношу по спине, сквозь одеяло. — Шастун~, доброе утро! — Ммм, ещё 5 минут… — Никаких 5 минут, просыпайся, соня! У нас много работы.       Виноградов, недолго думая, шлёпает паренька по пятой точке, от чего тот резко вскакивает, отправляя подушку в полёт, вслед за ехидно смеющимся Леонидом. — «Домогатель!» — думает про себя Шаст, а сам краснеет, осознавая, что и ему самому нравится такое поведение старшего.

***

— Сегодня у нас много дел, Антон, — тараторит Леонид, открывая дверь машины своему ассистенту, — будь добр сегодня не отвлекать ни себя, ни меня. От этого будет зависеть мой статус и твоя зарплата. Всё ясно?       Юноша кивает директору, защёлкивая ремень безопасности, мельком заметив улыбку старшего, что уже завёл двигатель автомобиля и тронулся с места. — Сейчас мы заедем в один из офисов, заберёшь оттуда некоторые документы. — проговаривает мужчина, проворачивая руль. — На охране скажешь, что Виноградов попросил забрать кое-что из архива — тебя пропустят, так что не переживай. Далее поедем в другой офис, на другом краю города, там всё более строже, чем здесь — без меня ты там уже не пройдёшь. — А-ага… А что забрать-то хоть нужно? — В первом месте заберёшь несколько папок, которые лежат в архиве на минус первом этаже. Их уже должны были приготовить и сложить в отдельный стеллаж, так что тебе даже не нужно уточнять, какие именно папки забрать — ты сам поймёшь. Во втором офисе заберём некоторые договоры на подпись и со всем этим добром уже поедем разбираться обратно домой. — Вы же сказали, что у нас «много дел»? Это разве много? — посмеивается Антон, недооценив обстановку. — Если ты думаешь, что всё будет так просто, то поздравляю тебя — ты самый наивный человек в Питере, Антоша. — смеётся в ответ Виноградов. — Посмотрим, что ты скажешь к концу дня, когда захочешь спать, ведь тебе точно будет не до сна. — …Л-ладно, я понял. Неужели всё настолько сложно? — В душе не представляешь, каким макаром я всё это выдерживаю, Антон. Я не сплю неделями ради того, чтобы моя карьера не пошла под откос…

***

      Шло время. Дни летели, как и ночи — со скоростью света. Хотелось бы, чтобы и у Антона дни пролетали так же быстро, как и у всех остальных… Леонид оказался прав — Шастун в жизни не мог себе представить такой нагрузки, что свалилась на него за дни, что он работает в Питере. Одно сделал, третье заполнил, пятое подписал, десятое распечатал, сдал на проверку, а итог один — выговор и подзатыльник. — Да что снова-то не так?! В принтере уже бумага даже закончилась, сколько я Вам экземпляров тут печатаю! — возмущается Антон, раскидывая документы по кабинету Виноградова. — Какого хрена я вообще безвылазно сижу за всеми этими бумажками, когда Вы должны ими заниматься? Сидите тут целыми днями, чиркаете в своём блокнотике что-то непонятное, даже сказать ничего не можете нормально, Леонид Сергеевич! — Выговорился? — чуть помолчав говорит тот в ответ, снимая очки. — Я предупреждал, что будет сложно, Антон. — Ну не настолько же! Почему я делаю Вашу работу?! — Антоша, а ты что, забыл? — ухмыляется старший, притягивая юношу к себе за ворот толстовки. — Забыл, что ты мой ассистент, да? Ха, основная работа моих ассистентов — выполнять часть директорской работы, Антон. Возвращайся к работе! — Да я уже сделал всё… — Да что ты говоришь? А вот эту стопку бумаг ты уже просмотрел и на каждой поставил печать, да? — пододвигает очередные документы, продолжив писать что-то в ежедневнике. — Это последняя твоя работа, так что не возмущайся.       Шастун лишь устало выдыхает, принимая новую работу. Уже собираясь перейти через порог кабинета, парень оборачивается с надеждой на то, что Леонид хотя бы с этой работой ему поможет. — Эм… Леонид Сергеевич, не хотите мне…помочь? Хоть чуть-чуть… — С дикой радостью, Антоша. — твердит директор, вызвав прилив радости у своего ассистента. — Помог бы, если бы мне не нужно было сейчас уехать по срочному делу. Так что сегодня твоя ночная смена только для тебя одного, уж прости. — Тц… — Хотя, знаешь… Давай мне документы, я всё сам доделаю. — резко передумал Леонид, подойдя к Шасту. — Думаю, что ты довольно хорошо справился со всеми делами, потому заслуживаешь законный отдых перед поездкой обратно в Воронеж. — Ч-чего? В каком смысле? — Я забронировал тебе билет на завтра. Поезд в 10 утра, так что не проспи. Я побежал, меня ждут. — Стойте! П-погодите, Леонид Сергеевич, может… Вы сможете меня хотя бы подвезти до вокзала завтра? — смотрит на старшего щенячьим взглядом, чуть ли не стоя перед ним на коленях. — Неужели Вы всю ночь будете заняты и не сможете меня даже проводить…?       Виноградов лишь усмехнулся такой просьбе и нехотя, как показалось Антону, согласился его проводить. Собрав необходимые бумаги в сумку, мужчина накинул на свои плечи чёрное пальто и вышел из квартиры, сказав Шастуну, что доверяет ему и не будет брать ключи. Юноша лишь кивнул и закрыл за старшим дверь, направляясь в спальню, захотев лечь сегодня пораньше.       Только Антон лёг на кровать, как время буквально остановилось. Оно стало идти мучительно медленно. Минуты, нет…секунды будто бы превратились в часы, что не могут спокойно закончить этот злосчастный…последний день Антона в Питере. Парень пялит в потолок, вспоминая, как Леонид закатил глаза, явно желая цокнуть языком на его просьбу… Почему-то в душе вдруг стало так обидно и мерзко… Чувство, будто он совершенно не желает видеть Антона, что тот ему окончательно надоел своим нытьём. Да и в последние дни Виноградов совершенно не показывал улыбку, только скалил зубы в сторону Шастуна, выдавая оплеухи. — Может я в чём-то провинился…?

//Студия//

— Прошу прощения за задержку! — запыхавшись тараторит Арсений, забегая в студию. Да, ему пришлось обмануть Антона, дабы не раскрывать все карты. — Арс, ты обычно не опаздываешь. Ты случаем не заболел? — в шутку спрашивает Воля, дотрагиваясь ладонью до лба Попова. — Очень смешно, Паш. Пришлось задержаться из-за моего ассистента. — А, это тот, который Антоша Шастун? Так его фамилия, вроде? — с издёвкой спрашивает Павел. — Да-да, он самый. Пошли репетировать, а то мне в 9 надо уже ехать забирать Антона на вокзал. — Он сам не доедет что ли? — Он не местный же, заблудится, не дай Бог, опоздает на поезд ещё.       Арсений хватает электрогитару, перемахивая ремешок от неё через голову. Подключив необходимые провода к усилителю и всё настроив, как нужно, он проверяет звук, дёрнув несколько струн. Улыбаясь самому себе, мужчина воспроизвёл несколько начальных аккордов для новой песни, сильно удивив этим Волю. — Аккорды шикарны! Со словами сможешь сейчас исполнить? — Не знаю, но могу попробовать. — пожимает плечами Попов, прибавляя звук на усилителе. — Думаю, будет кайфово.

***

06:34 «Антон (менеджер)» — Привет, Ир. Сорян, что пишу в такую рань. Я тут это…сегодня выезжаю в Воронеж, так что скоро сможем увидеться, поговорить. 06:36 «Антон (менеджер)» — На самом деле…так не хочу уезжать, ты бы знала… 06:37 «Антон (менеджер)» — Я так устал за эти дни, что тут нахожусь…но с ним…я чувствую себя так свежо и довольно энергично, пока он рядом. 06:50 «Антон (менеджер)» — Ир…я не хочу уезжать, что мне делать? 06:55 «Антон (менеджер)» — Чёрт…как я мог, я не верю…я не верю, что смог влюбиться в него…

06:58 «Ира Кузнецова» — Боже, почему ты не спишь в такую рань?

06:59 «Ира Кузнецова» — …Можешь не отвечать на прошлое сообщение…я прочитала и поняла причину…

06:59 «Ира Кузнецова» — Ну, что сказать тебе… Крепись, Антон. Влюблённость злая штука…

07:02 «Антон (менеджер)» — Почему именно в него…я не понимаю, Ир! Последнее время он ко мне вообще стал холоден, пытается меня избегать и всё такое…

07:03 «Ира Кузнецова» — Хм, как бы мне не хотелось сейчас тебе про такое говорить, но…может у него кто-то есть, потому он пытается тебя в это не вмешивать?

07:03 «Ира Кузнецова» — Как у него вообще со знакомыми? Есть какие-то парни или девушки, которых ты рядом с ним видел в последнее время?

07:04 «Антон (менеджер)» — Да…имеются…

07:05 «Ира Кузнецова» — Мда…если это будет то, о чём я думаю, то тебе будет очень больно пережить такое…

07:04 «Антон (менеджер)» — …Она бывшая жена Леонида Сергеевича… Я не хотел бы думать о том, что у них что-то может быть серьёзно, если она замужем за другим…

07:05 «Ира Кузнецова» — Говорю тебе, как девушка… Мы непостоянные натуры, потому всё может быть возможно, Антон. Так что…надеемся на лучшее!

      Положив телефон на матрас экраном вниз, Антон трёт глаза тыльной стороной ладони, смаргивая еле заметные слёзы, что стали резко наворачиваться от лишних мыслей. — Да быть не может, что он к ней поехал! Не верю, что такое отношение ко мне просто-напросто для развлечения…       Шастуна выводит из мыслей дверной звонок, что звенит слишком громко и противно в такое раннее время суток. Кому приспичило сходить в гости в 7 утра? Интересный вопрос, который интересует всех, в том числе и Антона. — «У него нет глазка в двери? Серьёзно? Как он живёт вообще…» Кто там? — Эм… Лёнь, я знаю, что ты не хочешь говорить, но я хотела бы, чтобы ты выслушал меня сейчас… — Простите, но его нет дома. — проговаривает Антон, приоткрыв входную дверь. — Я его…кхм, ассистент по работе, Антон, проходите… — А, да нет…я хотела с ним обговорить кое-что. Думаю, что приеду в другой раз, до свидания! — Хм, как хотите. До свидания, Светлана… — Откуда Вы знаете как меня зовут? Он что-то говорил Вам про меня? — услышав своё имя, женщина обернулась на парня, громко матерящего самого себя глубоко в своей голове. — Знаете, Антон, я всё же зайду! — Да, конечно… — пропускает её в квартиру, думая об одном. — «Только бы Леонид Сергеевич не узнал про это…»       Светлана, даже не разувшись, прошла на кухню, громко стуча каблуками. Шастун вовсе не был удивлён тому, что она ведёт себя слишком по-хозяйски, ведь она всё же бывшая жена Виноградова. — Мда, сразу видно, что дому требуется женская рука. Вы так не думаете? — спросила женщина, немного сморщившись, увидев пару грязных чашек и кучку тарелок в раковине, что лежали там уже вторые сутки. — Как по мне здесь всё в порядке. Леонид Сергеевич может сам о себе позаботиться. — более резко и холодно огрызнулся парень в ответ. — Вы зашли что-то узнать или же просто полюбоваться квартирой, в которой давно не живёте? — Хм, знаете, Антон, не понимаю, почему Вы ко мне так грубы? Вы меня знать не знаете, а так разговариваете, будто я Вам должна. — женщина оперлась на столешницу, пронзая Шастуна недовольным взглядом. — Погодите-ка, Вы же тот самый парень, что был с Лёней тогда в ресторане? Я же права?       Антон замялся, вспомнив тот день, и немного покраснел. Он искренне не мог понять, чего сейчас хочет эта женщина и чем закончится этот разговор. С одной стороны, было бы замечательно, если бы Леонид Сергеевич смог прямо сейчас выйти из соседней комнаты и прогнать свою бывшую, а с другой… он бы ввалил таких пиздюлей Антону, за то, что он вообще её сюда впустил, что до вокзала ему пришлось бы ехать самостоятельно… — Вы меня с кем-то путаете, простите. — Ха! Врёте и не краснеете, уважаемый! Я Вас прекрасно помню! — складывает руки на груди. — Неужели он настолько по мне скучает, что уже с девок на молодых парней потянуло? — Простите? — Не притворяйтесь, молодой человек! Или Вас лучше называть «Антоша»? — сделав акцент на имени парня, Света скорчила недовольную гримасу. — Аж противно…       Антон стоит напротив женщины с глазами по пять рублей, находясь в полном шоке от ситуации, что сейчас тут развернулась. Светлана лишь громко захохотала, вводя юношу в неловкое состояние. — Что смешного? — Смешно смотреть на того, кто надеется на то, чего никогда не случится! — подходит почти вплотную к Антону. — Он никогда тебя не полюбит, смирись, он тот ещё эгоист. — Ч-чт…да что Вы несёте-то вообще?! С каких это пор Вы думаете, что я его люблю или что-то в этом роде? — А с того, что я помню, как ты смотрел на меня в ресторане. С таким недовольством и злостью, что чуть ли не из штанов вылезал, только бы Лёня на тебя внимание обратил! А как он тебя ласково по имени назвал, так ты сразу растаял на месте! Боже, ты же ещё ребёнок совсем, он тебе в отцы годится! — …Хватит говорить чушь…уходите, пожалуйста. — Что?! Ты тут никто, так ещё меня и выгоняешь?! Ты хоть знаешь, кто я? — Светлана, то, что вы бывшая жена моего директора и то, какие у Вас с ним взаимоотношения — мне известно. Большего мне знать не нужно. Простите, но мне нужно собирать вещи, так что, прошу, покиньте квартиру Леонида Сергеевича… — …Бред… — шепчет женщина, проходя мимо парня, бортанув его в плечо. — Я не позволю Вам быть вместе! Он всё ещё любит меня! Я знаю это! — крикнула она напоследок, выйдя из квартиры, хлопнув дверью.       Антон медленно проходит в прихожую, вслушиваясь в каждый звук, что исходит из-за двери, с другой стороны. Убедившись, что женщина ушла, парень закрывает дверь на защёлку, шумно выдыхая, устало опускаясь на пол. Вынув из кармана толстовки телефон, открыв на нём нужный чат, он записал голосовое сообщение: — Ира, это пиздец…

//Два часа спустя//

      Антон давно собрал всё, что привёз с собой из родного города, решив ещё немного посидеть на кухне, пока ждёт Виноградова. Сейчас хочется только того, чтобы время остановилось и не позволило парню уехать из этого города, оставив его рядом с тем, кто ему стал сильно дорог и любим. Многие могли бы сказать «Вы работаете вместе! Он же всё равно приедет, Вы увидитесь!», ох… если бы они только знали, как тяжело жить, постоянно думая о человеке, к которому ты прилип, будто банный лист… Как трудно работать, когда голова забита мыслями о нём, его глазах, улыбке и бархатистом голосе. Как сложно каждый день прокручивать в голове моменты, воспоминания о прошедших днях, что были самыми лучшими в жизни, предполагая или даже зная, что…всё это может быть лишь игрой, развлечением и не больше…       Шастун незаметно для самого себя засыпает, положив голову на рюкзак, что он ранее положил на кухонный стол. Проснулся он только через полчаса, и то не от дверного звонка или телефона, а от нежного поглаживания по затылку, что сопровождалось тихим шёпотом директора, недавно зашедшего в квартиру. — Антоша, просыпайся, проспишь поезд. — Л-Леонид Сергеевич? Простите, сам не заметил, как заснул… — потягивается юноша, зевнув. — А к-как Вы? …Я же закрыл… — Запасной ключ под ковриком. Всё собрал? — объяснил, а затем спросил старший, получив кивок от ассистента. — Что ж, тогда поехали.       Выйдя из квартиры директора, Антон нехотя спустился по лестнице к подъездной двери, украшенной витражными окнами, благодаря которым парадная была достаточно освещена, дабы не споткнуться и не упасть. Даже в обычном доме чувствовалась своя эстетика, своё настроение и вкус.       Сев в машину, что буквально секунды две назад мигнула фарами, Шастун пристегнулся и отвернул голову к окну, насупившись. Он понимает, что сейчас он последние минуты может видеть этот дом, в котором жил всего несколько дней, тот балкон, на котором его чуть ли не выебали, те улицы, по которым они ездили с Виноградовым и тот ресторан… — Ты чего хмурый такой? Молчишь всю дорогу. Случилось что? — спрашивает голубоглазый спустя минут 15 поездки, что Антон провёл в своих размышлениях. — Нет. Всё в порядке. — Ты не спал всю ночь, я угадал? — вновь задаёт вопрос Леонид. — Могу я узнать, почему? М? Думаешь о чём-то, что не даёт заснуть? — «Скорее о ком-то…» Нет. Я же сказал, всё прекрасно. — снова врёт юноша, перебирая в руках бусины браслета, подаренного когда-то его бабушкой. — Как знаешь. До вокзала ехать ещё минут 20, можешь пока вздремнуть. — Ага… — кротко промычал юноша, продолжая гипнотизировать красивые пейзажи за окном.

//Вокзал//

      Полноценно заснуть за время поездки младшему не удалось, но немного подремать, укутав нос в ворот толстовки, он смог. Ничего, в поездке ещё успеет выспаться. Ну, по крайней мере, он сам так думал… — Шастун, мы приехали. — Леонид тихонько треплет ассистента за плечо. — Антон~, просыпаемся, давай. Опоздаешь на поезд! — Да не сплю я, слышу всё! — одёргивается парень, недовольно глянув на старшего. — Выхожу уже.       Антон в этот момент был так раздражён, что вышел из машины, хлопнув дверью так, что ругань директора, пока ещё сидящего за рулём, было слышно за километр. Несмотря на то, что парня уже нагнали и остановили за руку, пытаясь развернуть к себе лицом, он не поддавался действиям старшего, всячески отказываясь вступать с ним в контакт. — Антон, ты меня слышишь? Да что с тобой сегодня?! — Леонид Сергеевич, спасибо, что довезли. — поблагодарил его тот, убрав руку Виноградова. — Мне пора. — Хм, а ведь ещё вчера по тебе было видно, что ты не горишь желанием уезжать. — твердит директор ему вдогонку, заставив того приостановиться вновь. — Что такого произошло за ночь, что ты меня возненавидел? — Ничего, просто то, что было вчера — осталось во вчера. Сегодня мои желания и мнение поменялись. — Интересно, из-за чего? — Простите, я опаздываю на рейс. Посадка заканчивается через 15 минут.       Шастун не горит желанием рассказывать Виноградову о том, что именно из-за мыслей о нём не спал всю ночь, что трепал Кузнецовой нервы с утра пораньше, да ещё и эта Света… Даже вспоминать противно её лицо, которое она кривила во время всего разговора, а точнее своих долгих монологов и рассуждений по поводу своего бывшего мужа, которого, как оказалось, до сих пор любит…       Антон уже дошёл до главной вокзальной арки, практически перейдя за её границы, как почувствовал, что на нём чего-то не хватает. Чего-то ценного и нужного для него. Такого, что он никогда бы не позволил себе потерять. — Блять. Браслет… Сука! — ругается Шаст, разворачиваясь на пятках. — «Судьба, не играй такие злые шутки со мной…»       Юноша поспешно возвращается обратно к машине Леонида, проходя через толпу, что также спешит на своё рейс, надеясь, что авто ещё стоит на месте и мужчина никуда не уехал. К счастью или же к сожалению Антона, Виноградов ещё не успел уехать. Почему к сожалению? Хм, наверное, потому что мужчина у машины стоял не один…с женщиной.       Светлана. — Чт… Снова она? — шепчет себе под нос Антон, ревностно сжав лямки рюкзака на своих плечах. — Как она вообще тут оказалась?       Догадок много по этому поводу, но Шасту уже было неважно. Увидев, как женщина налетела на Леонида с объятиями и поцелуями, он быстрым шагом вернулся ко входу на вокзал, решив, что не будет мешать и рушить эту идиллию… — Антон! — слышится вслед юноше, понемногу затихая в толпе. — Антон… — «Это нечестно…» — думает про себя ассистент, не замечая возгласов со спины.       Забив на оставленный в машине директора браслет, Шастун проходит на пирон, быстро находя нужный вагон, показывая проводнице документы и электронный билет на поезд. В кармане толстовки провибрировал телефон, на что Антон не особо заострил внимание, но позже заметил новое сообщение:

09:55 «Леонид Сергеевич» — Антон, не смог докричаться до тебя, ты забыл свой браслет в моей машине. Верну, когда приеду в Воронеж. Сообщи, как доедешь! Хорошей поездки!

*Сообщение прочитано*

— «Стоит ли мне чего-то ожидать? Может мне…остановиться?» — беспрерывно крутится в голове у парня. — «Ничего не случится, если я просто промолчу…»       На часах пробило ровно 10 часов утра. Поезд трогается с места, а за ним начинают бежать и люди, что долгое время никак не могли распрощаться с родственниками и друзьями. Среди всего этого народу можно было заметить одиноко стоящего мужчину, крепко сжимающего в руках чей-то браслет. Он стоял почти неподвижно, смотря только в одно из вагонных окошек, в котором было видно печальное лицо его ассистента, что ощутил на себе пристальный взгляд, но не подал виду. — За что мне такое наказание, как ты? А, Антон? — бурчит себе под нос голубоглазый, смотря вслед уходящему поезду. — Видимо, такова судьба.