балансирующий на грани

Когда-то давно мы с тобой так же, как сейчас лежали на земле и смотрели на звездное небо, следя за перемещением небесных тел, казавшихся маленькими цветными точками. Синие точки — корабли сил сопротивления, красные — соседние плантации, белые — звезды, зелёные — порталы… Всё это казалось таким близким, но таким далёким. Находясь в вечной тени более крупных плантаций, мы вместе хотели вступить в ряды сил сопротивления и стать стражами, чтобы защищать Баланс. Сколько уже прошло времени? Лет 10? Сейчас я не могу вспомнить даже твоё лицо. В воспоминаниях остался лишь твой силуэт и голос, что говорил верить… Это было, когда мы жили на Каруте. Мне жаль, что ты так и не увидел этот мир. Мне жаль, что в тот день, ты умер.

***

Снова эти воспоминания. Рэйден потёрла виски, в надежде, что скоро они улетучатся. Воспоминания о жизни до трагедии Карута преследовали её после каждого обследования после вылазок за пределы столицы. Стандартная процедура после любой операции: возвращение в корпус исследований, сдача оружия в камеру хранения, осмотр повреждений, сдача крови, душ, приём пищи, сон. Главы команд пишут отчёты о прошедшей операции, механики чинят оборудование и оружие, сказители сразу идут отдыхать. Рутина. Если пораскинуть мозгами, то как ни старайся, но из неё не вырвешься. Да, здесь у всех цель стать звеньями, но что от этого изменится? Всё так же надо будет ходить на задания по зачистке, правда уже более опасных плантаций, но всё же. Реально ли обрести свободу и жить так как хочется? Вступив в ряды сопротивления об этом можно забыть. Пусть в стенах штабов и есть кусочек повседневной невоенной жизни, но всё же все здесь остаются ограниченными в действиях под пристальным контролем прорицателей. -Рэй, на тебе сегодня только оружие, корабль не пострадал. — перекрикивает шум воды из душа беловолосая девушка. — и да, наш отряд снова не попал под перераспределение. Знаешь, мне кажется, что это и здорово. Всё-таки мы уже сработались данным составом, не надо заново привыкать. Конечно обидно, что никого не повысили до звеньев, но, почему-то мне кажется, что в ближайшие лет 5 минимум нам всем это не светит. Всё же показатели по эффективности у нас далеко не самые лучшие, да и выдающихся способностей нет. А да, чуть не забыла, Виктора вряд ли возьмут из-за его нелюбви подчинится, меня из-за неумения контролировать баланс, а тебя из-за твоей прямолинейности. Эй, не надо закатывать глаза, когда с тобой разговаривают! -Раздражаешь. — Рэйден не любила подобные разговоры. Почему-то ей казалось, что если она пополнит ряды звеньев, то сможет найти причину трагедии на родной плантации и отомстит за потерю близких людей. Но это зависело не только от неё. Если у всей команды низкий показатель успешности, то их попросту не заметят. — Чем трепаться, лучше бы больше времени уделяла тренировкам, может тогда и научилась бы нормально сражаться и не подставлять нас. С этими словами, Рэй выключила воду, обмоталась полотенцем и направилась в свою комнату. Из общей душевой выходило порядка 20 коридоров — каждый вел в чью-то комнату. Коридор слабо освещался электрическими лампами, которые постоянно издавали неприятный шум. «Хорошо, что это место хотя бы отапливают» пронеслось в голове у девушки. Подойдя к двери в комнату необходимо пройти идентификацию личности — сканирование сетчатки глаза, хоть это и отнимает время, но поделать с этим ничего нельзя. Как говорится — безопасность на первом месте. Рэйден зашла в свою комнату и внимательно её осмотрела. Эта привычка появилась после жизни в распределительном лагере, куда попали все выжившие после бойни на Каруте. но в комнате всё было так же, как и было до её ухода. Футболка и шорты для сна всё также валялись на кровати, чертежи для оружия были разбросаны по полу, а стол завален книгами. Скинув с себя полотенце и надев пижаму Рэй упала на кровать. Черные с красными концами волосы разметались по одеялу, глаза начали закрываться. Сон накрыл её тяжелой пеленой, унося в пучину воспоминаний…