Красные нити

Юичиро плыл следом за Микой. Прохладная вода охлаждала разгорячённое тело. За последние 15 минут его тело успело охладиться в пещере, разгорячиться от недавнего и снова охладиться в воде, из-за чего тело покрылось неприятными мурашками, на что Аманэ лишь поморщился. Что это было в пещере? Он действовал лишь на рефлексах, отключив голову. Может в этом все его беды? Что он отключает голову тогда, когда она нужна, чтобы не совершать лишних ошибок. А может это была и не ошибка? Блять, вот теперь это из головы не выйдет. Правильно ли он поступил? Может ли он довериться Мике? Может всё это было лишним? Может это стоит прекратить, пока не зашло слишком далеко? Что если он доверится Шиндо, а Микаэла ему нож в спину. Честно, он был бы не особо удивлен, если бы так произошло. Но в этом вся беда. Аманэ слишком быстро привязывается к людям. Что если с Микой всё получится также, как и с Уэдой? Юичиро этого больше не переживёт. Больше того, он не сможет это принять. Как бы Юи этого не отрицал, но если бы Коджи снова появился в его жизни, то, возможно, Аманэ бы хоть раз подумал о том, чтобы дать рыжику ещё один шанс. Вдруг он изменился, понял свои ошибки, вырос. Чёрт! Снова он об этом думает. Здравый смысл даёт сильную пощечину глупому Юи, а тот снова наступает на одни и те же грабли. Так же и с Микой. Что если Юичиро привяжется к Шиндо, а тот его оттолкнет, больно ранив. Нет, такого быть не должно. Если его оттолкнут вновь, Аманэ не сможет это принять. Он больше не сможет пережить это. Он боится, что снова впадёт в то состояние, после предательства Коджи. Те времена были самыми тяжёлыми в жизни Юичиро, после чего он решил закрыться в себе и больше не привязываться ни к кому. Но тут явился этот белобрысый хрен, внаглую проламывая стену, которую Юи строил эти 3 года. Ещё чуть-чуть и он окончательно её снесет. Такого быть не должно. Может... — Эй, Юи, Мика! Где вы были? Присоединяйтесь к нам, — Шиноа помахала рукой, другой приобнимая Мицубу. Юичиро вынырнул из размышлений, поворачивая голову в сторону девушек. Рядом, на берегу, стояла чем-то недовольная Крул. Что-то случилось? Аманэ поплыл к друзьям, решая продолжить размышления позже. Бульб? Голова резко опустилась под воду, лёгкие от неожиданности не успели сделать вдох, разрываясь от давления. Юичиро снова погрузился под воду с головой. Вернее, Мика снова начал его топить. Вот скотина! Опять шило в жопе. Аманэ ухватился за топящие его руки, и выплыл на поверхность, хватая Шиндо за волосы, оттягивая их в сторону. На сука. Хе-хе. — Блять, заколебал, хватит топить, оторвую нахер волосы, — Юичиро ослабил хватку, но всё ещё продолжал держать за волосы. — Давай попробуй! — Мика поддался вперёд, опрокидывая его своим телом, ноги скользили по песку под водой, поднимая гул из сотни брызгов. Руки напрягались, не давая телу и голове выплыть. Пинок, и небольшая боль в икре. — Тц-с... — отсчёт в голове начался. Раз. Два. Три. Может слишком долго? Четыре. «Ладно» Мика расжимает руки и быстро бежит к берегу, ноги путаются и затягивает в песок, но он, даже спотыкаясь, бежит к песку. — Вот сука! — Юичиро вдохнул ртом побольше воздуха, оказавшись на поверхности. Увидев, что Шиндо уже на берегу, Аманэ поспешил за ним, нагоняя. — Иди сюда, все патлы повырываю. — Эй, голубки, может уже успокоитесь? Успеете ещё убить друг друга, — Хиираги внимательно наблюдала за ними, улыбаясь своим мыслям. — Фух, — Аманэ остановился отдышаться. Он ещё не восстановил дыхание после того, как Мика его топил, а уже бегает как угорелый по всему берегу за Шиндо, — подожди, Шиноа, мне нужно догнать одного балбеса. — Хуй тебе! — он выставил средний палец, не останавливаясь бежать к Крул. Песок обжигал ступни, а яркое солнце не давало разглядеть дорогу. — Мика! — недовольный голос послышался слева, Мика резко повернулся и, разглядев мутный силуэт, обнял его. — Попался, хрен гороховый! — Юи подбежал к Микаэле и Крул, схватив Шиндо за волосы. — Оторву твои патлы и повешу на стенку как трофей. — Не трогай! — Крул резко потянула Мику на себя, но Юи не отпускал. — Ай-яй! Блять! Отпусти! — Не отпущу. Из чего куклу Вуду делать буду, если волосы не возьму? — Юи потянул Мику на себя, всё ещё держась за волосы. Такие мягкие... Даже вырывать жалко. — Да больно, отпусти! — он вцепился ногтями ему в руку, скручивая кожу. Юичиро резко потянул Мику на себя, пытаясь вырвать того из крепкой хватки Крул. Мика схватил обеими руками его за шею и резко укусил. — Ай! Ты долбоёб? Больно вообще-то, — Юичиро за волосы оттащил Мику, но тот продолжал держать его руками за шею. — Я бешенством не заболею? — Юичиро еле оттолкнул Шиндо, потирая место укуса. Под подушечками пальцев чувствовались следы от зубов. Ключица, куда Мика его укусил, болезненно ныла. Не прокусил, но след остался достаточно глубокий. Исчезнет ещё не скоро. — Крул! — он спрятался за её спиной, прижимаясь. — Чё надо? Не трогай его! — она ударила его по руке. — Не тронь! Так! — она взяла Мику за запястье и повела в сторону. — Идём отсюда. — Пф. Больно надо. Этот придурок первый начал, — Юичиро развернулся спиной к "токсичной" парочке и направился к своей компании. Лишь сейчас Аманэ опомнился, что до сих пор сжимает кулак, которым держался за волосы Шиндо. Разжав кулак, Юи увидел выдранный клок блондинистых волос. Хех, всё-таки выдрал. Заслужил. Может серьёзно сделать на него куклу Вуду? Посмотрим на его поведение. Юи присоединился к друзьям, плескаясь и веселясь. После длительного веселья, компания направилась в столовую. Особо есть не хотелось, даже после нескольких часов баловства, поэтому Юичиро взял лишь чай и какой-то десерт с творогом и вареньем. На вкус неплохо, но слишком сладко, а чай как и следовало ожидать не особо хороший, но терпимо. Впринцепе, если запивать десерт чаем, то достаточно вкусно. Несладкий чай контрастирует с приторным творожным десертом. Аманэ это даже нравится. Ему всегда нравился контраст в пище. Например, есть солёную жареную картошку, запивая сладким яблочным или персиковым соком. Взгляд Юичиро прошёлся по всей столовой, цепляясь за белобрысую макушку. Тот пил кофе, выслушивая недовольный монолог Цепеш. Провинился в чём-то? Чёрт, укус все ещё побаливает. Псина. Вот и что делать с этим неугомонным? Шиноа проследила за взглядом друга, упёршись в тех двоих. Хиираги подмигнула Аманэ, вставая и направляясь в сторону парочки, чувствуя на себе недоуменный взгляд Юичиро. — Хэй, приветик, красавчик, приветик, Госпожа, — Шиноа отодвинула стул и плюхнулась на него, не обращая внимания на безразличный взгляд Мики и, сверлящий и ненавидевший всё существо Хиираги, взгляд Крул. — Что? — Крул выжидающе сложила руки. — Да так, просто поговорить пришла. А что нельзя? — Хиираги подпёрла кулаком подбородок, улыбаясь Крул. — О чём? — Хм, как на счёт поговорить о вас с Юичиро? — Шиноа перевела взгляд на Шиндо. — Например? — Например ваши похождения. Вас не было минут 15, но на шее Юи куча укусов и ещё несошедшие засосы, — девушка придвинулась поближе. — Рассказывайте, как у вас там? Уже ебались? — Угу, выебал его, так стона-а-ал... — он подпёр рукой голову, скучающе прикрыв глаза. В голове промелькнуло воспоминание как он берёт в рот член, как двигает руками и ласкает языком верхушку... Как их губы встречаются, а горячие языки сплетаются, и безумное ноющее чувство внизу. Он сглотнул. — Вот как... — хитро улыбнувшись, Шиноа посмотрела на Крул, а потом вновь на Шиндо. — Тебе явно понравилось. Вон как щёчки порозовели. — Сарказм, — лицо вновь стало каменным и уставшим. — Ага, все вы так говорите, — девушка поднялась со стула. — Рада была поболтать. До скорого. А тебе особенное "до встречи", Госпожа, — Шиноа послала воздушный поцелуй Цепеш, направляясь к столику своих друзей. — Эх... — Чё «эх»? — Нам на завтра сценку нужно сделать... И ещё сегодня будем песни у костра петь... — О-о-о... Ну ты как лидер, обязательно должен участвовать. — Я знаю, но та-а-ак не хочется... — Ну а я что сделаю? Щас сценку поставишь и отдохнёшь. Ночью. — Угу... — Мика открыл стакан и слизал оставшуюся молочную пенку. Придётся ставить... После столовой компания направилась на площадь. Там собирались ставить сценку. Юичиро плёлся туда медленно, нехотя. Лучше бы он вернулся в палатку и подремал добрые пару часиков, но нет, хрен там плавал, никто его не отпустит. Кимизуки ясно дал понять, что отлынивать никто не будет, даже если они близки друзья. Никаких уступков! Вроде и классно, что он такой ответственный, но на этот раз это его качество сыграло против Юи. Аманэ посмотрел на весело идущую рядом Хиираги. И откуда в ней столько энергии? После разговора с Микой и Крул, Шиноа вернулась, улыбаясь во все зубы. Кажись, такую улыбку называют "рот до ушей". Интересно, о чём они разговаривали? Однако, расспрашивать девушку он не собирался, да и та вряд-ли ответит. И снова они на площади. В прошлый раз они были здесь на этом глупом квесте. Юичиро прекрасно помнил то, что произошло во время квеста, да и такое сложно забыть, особенно за такое короткое время. На площади уже собрались оба класса, а пятеро друзей присоединялись одни из последних. Шихо сразу отошёл от компании, направляясь в центр, чтобы выполнить свои обязанности в плане "капитана" класса. Аманэ принимать участие во всём этом мракобесии не собирался. Так, потусуется здесь до конца репетиции, якобы присутствовал, чтобы никто не придирался. Юичиро нашёл глазами Шиндо. Тот активно раздавал указания, погрузившись в работу. Может же когда хочет. А то вечно с кислой миной "ничего не хочу", "не трогайте меня, я психованный". И каким образом Юи только связался с ним? Да и их отношения достаточно неоднозначные. Даже не понятно друзья они или кто они вообще друг другу? Знакомые? Не, для знакомых у них слишком уж тесная связь. Друзья? Возможно, но дружба у них явно не такая как у остальных. Разве друзья сосутся при любой возможности? Или может Юи просто чего-то не знает? И они уж точно не любовники. В этом Юичиро убежден больше, чем в существовании безответственных качеств Кимизуки. Вот и Аманэ не знает что за фрукт их взаимодействия с Микой и во что всё это в итоге выльется? И что делать? Просто продолжать наблюдать или... остановить это, пока не поздно?Юичиро пришли в голову утренние размышления. Он ещё не успел сильно привязаться к Шиндо, но если он продолжит вести с ним "дружбу" уже совсем скоро Юи привяжется к Мике. Аманэ ненавидел в себе эту черту. Он слишком быстро привязывался к человеку. И если он привяжется, даже после предательства, он готов вилять хвостиком, как верная собачка хозяину. Это он уже проверил на собственном опыте... Честно, повторять не хотелось. Именно поэтому Юичиро особо ни с кем не сближался слишком сильно. Конечно, у него есть друзья, но с ними он держится на расстоянии. Максимум Шиноа чуть ближе, чем остальные, но не настолько, чтобы он изливал ей душу и привязывался на всю жизнь. А теперь самый сложный вопрос. Что ему делать с Микаэлой? Юичиро проследил за Шиндо. За всё время рассуждения Аманэ не отводил от него взгляда. Не будь тот слишком увлечён работой, точно бы заметил, готовый просверлить в нём дырку, настырный взгляд. Всё это время Мика злился, когда одноклассники что-то делали не так. Чесал затылок с задумчивым взглядом, пытаясь собрать мысли воедино и выдать в одну конкретную мысль. Тяжело вздыхал, так как ужасно утомился, Юичиро подозревает, что командовать этими идиотами куда сложнее, чем кажется. Чтож, верно, Аманэ просто оттягивает время для принятия решения. И всё же... Юи остановился на том, что дружбу водить с ним точно не то, что должен делать Аманэ. Чёрт с ним. Было, конечно, весело, но пора прекращать. Так, решив порвать все возможные отношения с Микаэлой, Юичиро двинулся в сторону места, где должен начаться вечер с костром уже через несколько минут. Аманэ успешно побездельничал на репетиции, при этом извлекая пользу для себя, а вернее наконец разобрался с тем, что делать дальше. Найдя глазами свою компанию, он нагнал их, ввязываясь в разговор друзей. Друзья приблизились к костру и брёвнам вокруг него. Там уже толпилась половина классов. Гурен что-то кричал остальным, призывая то ли вести себя тише, то ли сесть по местам. Как только компания ближе придвинулась к костру, Гурен двинулся к ним: — Так, слушаем меня внимательно. Повторяю последний раз! Справа садится 11 «А», слева – 11 «Б». Тот у кого гитара в середину! — Ичиносе кричал во весь голос, из-за чего Юичиро поморщился. Слишком громко. — А вы чего стоите? Бегом по местам! — Зачем ты так орёшь? — Ферид закрыл одно ухо и поморщился. Он собрал волосы в красивый хвост и надел блузку, растегнув пару пуговиц, сейчас он выглядел словно мифологическое божество источающее свет. — Можно говорить и тише, иначе детям обеспечите слуховые аппараты. Так, скоро стемнеет, нужно спички или зажигалку найти, и эти... Ну... Зефир для костра. — Маршмеллоу? — Эллис натирала шпашки на бревне, скучающе наблюдая за учителями. — Да... Эллис, а где Мика? — Мика? М-м-м... Он вон там, на Крул спит, — она махнула ладонью к лесу, где Мика, накрывшись курткой, спал на плече Крул. — Тебя забыл спросить орать мне или нет, — Гурен покосился на "аристократичную морду". Аманэ тяжело вздохнул и направился к месту, куда указал Ичиносе. Юи устроился где-то с краю, надеясь, что сможет улизнуть, когда все увлекутся песнями и всем тем, что они собираются делать. Юичиро просто хочется наконец вернуться в палатку и заснуть, не просыпаясь, пока не выспится. Даже Шиноа на этот раз не помешает ему выспаться... По крайней мере, Юи надеется. Постепенно небосвод окрашивался в приглушённо-оранжевые цвета. Тени сгущались, покрывая землю и деревья, и лишь в некоторых местах догорали ярко-оранжевые блики закатного солнца. Гомон разносился, кто-то вскрикивал, кто-то бегал от друг друга. Было тепло, уютно... И так тоскливо... Они лишь наблюдали за ними в полудрёме из холодной тени леса, они бегали, оживлённо болтали, а эти двое смотрели, а что делать? Особо друзей у них нет, костер зажгут только когда стемнеет, и обнимать родную руку намного приятнее, чем стоять как чужой без единого собеседника. Холодало. — Эй! — Ферид махнул рукой подзывая Мику и Крул к себе, — почему вы там сидите? Так, сели вот сюда, понятно? Промычав, Мика спрятал замёрший нос под воротник водолазки и посильнее натянул куртку, брёвна холодные, а костра до сих пор нет. Холодно. Очень холодно. Почему Мике всегда и везде холодно? Юичиро нашёл взглядом Микаэлу. Ему настолько холодно? Аманэ сидел в одной толстовке и ему было вполне себе нормально. Иногда подувал прохладный ветерок, но он даже освежал, так что Юи не на что жаловаться, разве что на свою сонливость и лень. Если задуматься Юичиро ужасно не любил жаркую, а главное, солнечную погоду. Ему была больше по душе прохладная, пасмурная, желательно, дождливая погода. По скорее бы дождь, а то от этой жары уже воротит. — Эй, чего такой хмурый сидишь? — Мицуба села рядом с Юи, улыбаясь яркой улыбкой. Видимо, ей очень понравилась эта затея с костром. — Просто устал, — парень вытянул руки вверх, потягиваясь. — Кряхтишь как старый дед. Скоро песок сыпаться начнёт, — Шиноа плюхнулась справа от Сангу, слегка наваливаясь на ту в сторону Аманэ. — Ага, не дождёшься, —Юи показал язык Хиираги, на что та охнула. — Он не дед, просто идиот, — Кимизуки вклинился в их перепалку, присаживаясь на место. — Что вы, день сегодня и вправду был слишком насыщенный, я тоже уже устал, — Йоичи присоединился к друзьям, садясь рядом с Шихо. — Вот, один единственный нормальный человек из всей компании. Йоичи, с меня мороженка, — Аманэ улыбнулся другу, на что тот тихо посмеялся. — Дядя Гурен, когда мы уже начнём? — Юи повернулся в сторону Ичиносе, что усердно испепелял Ферида взглядом, пока тот игнорировал его, говоря что-то Микаэле. — Как только – так сразу. Сейчас все рассядутся, костёр зажгут и начнём. Пока всё это случится солнце успеет 10 раз вокруг земной оси пройтись, — Ичиносе тяжело вздохнул, отходя куда-то по делам. Может опять кто-то что-то не так делает? Ох, действительно, пока начнётся этот костер, Юичиро успеет, поспать, поесть, погулять и ещё повторить это несколько раз. Время тянулось бесконечно долго. Аманэ всё ждал, когда сможет улизнуть, но, видимо, сегодня идёт всё против него. Солнце постепенно скрывалось за верхушками деревьев, тени сгущались, покрывая землю, и лишь в некоторых местах догорали ярко-оранжевые блики закатного солнца. Толпа постепенно успокаивалась, кто-то до сих пор в предвкушении костра не замолкал, обсуждая с подругами насколько это прекрасный момент. Прекрасный? Хотя да, пожалуй, представление о темноте вокруг, об оглушающем ночным пением сверчков где-то в гуще тёмного леса, о костре, таком ярком, завораживающем, танцующий безумный танец, извиваясь своими красными языками, отбрасывая на всех тусклые, бегающие блики. Как все сидят с пустым лицом, глядя лишь на костёр, ведь этот момент слишком больной, он прекрасен, да, но его больше не будет, все сдерживают слёзы от этой тёплой и слишком уютной красоты. И, конечно же, гитара, изливающая слишком родную, приятную, и такую глубокую мелодию, приглушённый мужской голос, напевающий знакомую, грустную песню. Холод проберётся под одежду, но какой смысл? Сейчас он будет чувствовать лишь обжигающее тепло на лице и коленях. Холодало. — Ты спишь? — М-м-м? — Мика сонно приоткрыл глаза. Солнце ещё догорало. Ещё немного и полностью стемнеет. Группа из обоих классов пытались поджечь поленья, склонившись над небольшой ямой. Маленький огонёк блеснул среди пары рук, осветив ладони тусклым оранжевым светом, и скрылся в домике из дров. — Хочешь какао? — Крул шёпотом и пустым голосом произнесла. То самое состояние, в полудрёме, когда еле как размыкаются губы. — Угу... — Можно ещё пледик взять... — Угу... Пойдём?... — Угу... Так они ещё сидели минуту. Не хотелось вставать и разрушать хрупкое и тёплое удобство. А Юи? Юи? А я его люблю? Эту лохматую макушку? Я хотел поиграться... Он бил меня, кричал, домогался и я всего лишь хотел ему отомстить... А тут сам полез целоваться... Разве я могу любить? Любовь – восхищение или привязанность, или зависимость, любви так таковой нет, но что из этого я чувствую? Ничего? Правильно, значит, я его не люблю. Я хочу быть рядом, и при этом ненавижу его и хочу вцепиться ногтями в лицо и разодрать его. — Там какао раздают... А в палатке пледик... Пойдём? — Угу, эй! Джин, если что это наше место, окей? — Ага, — Джин кивнула и отвернулась. Аманэ сидел со скучающим видом, оглядывая всех по несколько раз. Поют они, кстати, неплохо. Мицуба, сидя справа от Юи, светилась от счастья, подпевая со всеми. Юичиро и не знал, что у неё такой красивый голос. Он раньше никогда не слышал её пения, да и пение кого-либо из друзей, кроме Шиноа. Та любила по утрам, когда красится, петь какие-то, неизвестные Юи, песни. Аманэ нравится как поёт Хиираги, но он никогда не признается ей в этом, прося каждый раз перестать выть и дать ему спокойно поспать, на что девушка или закатывала глаза, или тихо смеялась, продолжая петь. Ребята пели спокойную, протяжную музыку. Под неё хотелось закрыть глаза и качаться из стороны в сторону, гляди так и заснёшь, но не от скуки, а от умиротворения, спокойствия и какого-то своего особого уюта. Однако, каким бы Аманэ ни был любителем чужого пения, сейчас он просто хочет вернуться и отдохнуть в тишине. Юи перевёл взгляд на костёр. Он даже залип на несколько минут на горящие языки пламени. Есть что-то своё – смотреть на огонь, не отрывая взгляда и при этом не думая ни о чём. Посидев так некоторое время, кажется, ребята начали петь уже другую песню, Юичиро тяжело вздохнул, взглянув на друзей. Они наслаждались вечером. Ему бы тоже этого хотелось, но, видимо, не сегодня. Аманэ не чувствует себя частью этого вечера, поэтому и оставаться здесь, теперь, он точно не собирался. Ну, разве что ещё чуть-чуть послушает как поют другие, совсем немного. Лёгкие прикосновения к металлическим струнам вызывали необъяснимый трепет, он был тёплым, но и тяжёлым, будто давило грудную клетку, и родным, словно гитарная мелодия преследовала всю жизнь, напевая эти ноты ласковым шёпотом на ухо. Пальцы прошлись сверху вниз, издавая «бреньк», ласковый и тёплый, завлекающий сейчас встать и в печальной эйфории закружится в обезумевшем танце, разбрасывая раскаленные искры в людей. «...and I wanna cry I wanna learn to love ~...» Этот отрывок был самый красивый, самый эмоциональным, губы стали напевать, немым шёпотом, не решаясь произносить в слух. «... But all my tears have been used up ~» В голове промелькали знакомые слова. «... И я хочу плакать, я хочу влюбиться...» Перевод, пожалуй, ужасен. Стало стыдно, что ему понравились такие строки, они глупые, но сама песня классная. Внезапно Юичиро поднялся с места и аккуратно скрылся в тени леса. И куда он? Опять депрессия? В туалет? В палатку? — Эх... Крул я отойду... — поднявшись с места, он двинулся следом за ним. Темнота поглотила весь лес, превратив его в одну непроглядную массу, луна светила только на первый ряд деревьев и озеро, силуэт исчез. Мика остановился, в недоумении оглядываясь и всматриваясь. Где он? Он тут был? Может он на озере? Ноги сами повели к залитому голубым светом водоёму, хруст из под ног не давал нормально мыслить, то и дело заставляя съёживаться от нагнетающей темноты. Ля. А вдруг опять сатанистов встретит? Но ровная земля стала будто защитной территорией, и, с быстротой ступив на лужайку, он облегчённо выдохнул. Но даже здесь его нет. Но впрочем и ладно, здесь был неописуемый вид водной поверхности, над которой возвышалась полная луна. — Красота... Он был на том самом обрыве, с которого он спросил Юи, но ночью он намного красивее. Сев на холодную траву, он свесил ноги с обрыва, страх пробрался с ног до головы. Это слишком страшно. Он поджал ноги обратно, наслаждаясь лунной дорожкой, поблёскивающего озера, прекрасной россыпью драгоценных звёзд на небе, переливающиеся с белого на красный, с красного на синий. Сверчки играли в дуэте с ночной тишиной, усыпляя всё живое, будто лунная колыбель. Юичиро бродил по территории лагеря. Он решил немного прогуляться перед тем, как вернуться в палатку и впасть в беспамятство на долгое время. Аманэ сначала сходил до столовой. В ночной темноте здание выглядело заброшенным. Жутко. При свете дня Юи не особо разглядывал здание, да и вообще не разглядывал, что уж там, и лишь сейчас заметил в некоторых местах потрескавшуюся поверхность. Теперь оно точно не вызывает больше доверия, однако выбирать где им есть не приходится, так что придётся отложить все неприятные мысли, разбушевавшегося воображения. Потом он отправился к главной площади. Ночью здесь было даже как-то атмосферно. Сверчки добавляли к этой необычной атмосфере. Сильно задерживаться здесь Юичиро не стал. Мало ли, вдруг воображение ещё чего подкинет, из-за чего Аманэ вообще сюда больше не явится. Единственное место, которое Юи нравится больше всего в этом лагере – озеро. Казалось бы, прошло не так много времени, но уже столько воспоминаний с этим местом. Честно, не все хочется вспоминать, далеко не все. Интересно, как долго будет длится костёр? Его друзьям там хорошо? Может там поют красивые песни. В любом случае, если там случится что-то интересное, завтра он это обязательно узнает от Шиноа. Ему даже просить не придётся и она расскажет поминутно каждую деталь, а Юи будет не против послушать. Хиираги всегда рассказывает так эмоционально, что даже самая скучная и неинтересующая Юи тема, покажется ему увлекательной настолько, что он останется под впечатлением ещё доброе колличество времени. Шиноа и вправду невероятна. За мыслями Юичиро и не заметил как дошел до озера. Оставалось совсем немного шагов, чтобы приблизится к берегу. Выйдя на небольшой берег, Юичиро заметил Мику, что сидел спиной к нему на обрыве. — Мика? И ты здесь? — парень остановился в пяти шагах от Шиндо, смотря на переливающиеся на лунном свете блондинистые волосы. Какие же они красивые. Голос прозвучал как гром, вызвав страх по коже. Чего он тут? Почему я его не слышал? Там же всё что можно хрустит. — Ты чё тут делаешь? — Наверняка то же, что и ты, — Юичиро тяжело вздохнул. Волнение поселилось в груди, щекоча горло. Дыхание слегка участилось, к счастью для него, этого не было заметно. Это отличный момент для того, чтобы закончить с ним эти глупые недо-отношения. — Нам нужно поговорить. Выжидающий взгляд, выражающий усталость, проникал в мысли. Голубые глаза, сейчас казались тёмными и отчуждёнными. Он выжидал. — Хватит на меня так смотреть, — Аманэ поёжился. Было жутко некомфортно под этим взглядом, но если он будет оттягивать разговор – ничего хорошего из этого не выйдет. — Нам нужно прекратить. Прекратить эту недо-дружбу, — после сказанного Юичиро внимательно смотрел на эмоции Микаэлы, а в горле стоял ком. Секунда. Переваривание информации. — Пхах-ахах! Ахахах-хах! — он залился смехом, этот смех постепенно перешёл в истеричный. — Ахха-ха! Прекратить! Пха-ха! — его звонкий смех разносился пугающим эхом по водной глади и растворялся в огромном пространстве между лесом и озером. Он схватился за живот от такого смеха. Он как электрические искры, бегающие по всему телу и сковывающие тело в лёгкой судороге. Смех постепенно стих, но теперь заиграла улыбка. Он поднялся на ноги и подошёл к нему, широко улыбаясь. Сейчас глаза были темноватые, пустые, но с интересным, безумным блеском. — Прекратить? Правда? — он выжидал небольшую паузу, не отрывая глаз. — Тогда скажи... Ты любишь меня? — Ч-что? — этот вопрос поставил Юи в тупик. Любит ли он его? Какая любовь? Всё, на что Аманэ способен, лишь преданная привязанность на долгое время. Какая любовь? Максимум симпатия. А в случае с Микаэлой это зарождающаяся привязанность, с толикой интереса и какой-то своей ненависти. Сердце продолжало бешено стучать. Юичиро страшно. А что будет дальше? — Попроще вопросов нет? Я не знаю. Не. Знаю. — Да или нет? — он произнёс жёстким голосом, даже не дожидаясь пока он закончит. — Нет, — недолго думая, Юичиро громко выкрикнул, смотря в глаза Шиндо. К чему вообще этот вопрос? — Поэтому давай просто разойдёмся и всё. Мика сладко улыбнулся и покачиваясь отошёл на пару шагов, и слегка закружился. Его фигура вышла на лунный свет, белоснежные волосы блеснули голубым отливом. Слабый лунный отблеск белой вуалью тронул лицо и отразился в голубых глазах, превращая их в небесный хрусталь. Он улыбается, а лунный свет обнажает его обкусаные губы. Бело-голубые волосы чуть развиваются, светясь холодным светом на фоне чёрного неба. Блеск волос теряется посреди россыпи звёзд. Такие радостные, но пустые глаза... Он был нимфой ночи. Он обернулся и, снова близко подбежав, засмеялся. — Ахах!... Юи! — он впивается в его губы, но и так же быстро отбегает назад. Улыбка так и не сходит с лица. Ноги отходят ещё назад и останавливаются на краю. Юи слишком поздно заметил. — Стой! — он рванул к нему, но Мика жестом его остановил. — Скажи, ты любишь меня? — безумец любил манипулировать. Секунда. Пять. — Если ты не примешь мои чувства, то я спрыгну. Спокойный, радостный голос. Но он же боится. У него ноги сводит от страха. — Раз... — ему безумно страшно, но улыбка не спадает. Чуть наклонил голову, изображая задумчивость. — Три! Ноги оторвались, стало слишком страшно, тело сковала судорога, говорящая о падении. Силуэт ускользал, падая. Юичиро замер на месте, смотря на ту точку, где только что стоял Шиндо. Что делать? Аманэ переминался с ноги на ногу, не решаясь сделать хоть что-то. Времени на колебания нет. Он же выплывет? А вдруг нет? Юи рванул к обрыву. Глянув вниз, он с надеждой посмотрел на дрожащую воду. Блять! Юичиро прыгнул следом за ним, погружаясь в холодную воду. Всплеск! Ледяная толща воды встретила тело как удар об жёсткую доску, медленно переходящая в самое мягкое одеяло в мире. Кожа онемела, одежда прилипла к телу, плавно развиваясь под водой. Он тонул. Белые волосы совсем стали голубыми, мерцая под водой. Тело не успело включиться, оно тонуло, наслаждаясь мягким падением. Рывок. И руку больно рванули наверх, чужие руки шарили по его телу, стараясь удобнее ухватиться за талию, вызывая лёгкую вибрацию под водой. Рывок. Постепенно, но с трудом на поверхность. Желанный вдох, липкие волосы и нестерпимый кашель. Мы выплыли. — Кха, кха, — Юичиро откашливал попавшую в рот воду и вдыхал воздух, из-за чего лёгкие болели. Чутка отдышавшись, Аманэ свалился на песок спиной, смотря на звёзды, а после перевёл взгляд на Микаэлу. — Ты идиот? Нахер прыгнул? Было так темно... Даже в близи всё утопало в темноте. Мика лежал на холодном песке, раскинув руки по сторонам. Звёзды вызывали трепет внутри, всё равно на боль в лёгких, на лежащего рядом Юи, на всё. Они слишком красивы... Тело немело от напряжения, постепенно раслабляясь. Мика повернул вбок голову, с трудом разглядывая его лицо в тени. Изумрудный цвет глаз был не виден, лишь наверху от света луны, выглядывал тёмно-зеленый блик. Интересно, а я его люблю? Почему я за ним так бегаю? Я хотел лишь сломить этот бесячий нрав, оставив шрам на всю жизнь. А что теперь? Мика глубоко вздохнул. Взгляд опустился на мокрые губы и сбившееся дыхание. Прямо сейчас ему хочется его. Он придвинулся чуть ближе, не прерывая зрительного контакта. Холодная капелька скатилась от волос по лицу. Губы манили, Юи не отодвигался, но и не шёл на встречу. Лёгкое прикосновение. Он не шёл на встречу. Задрал. Мика толкнул его на песок, а сам жадно впился в губы. Горячее дыхание, мокрые тела и разрывающее желание под лунным, блеклым светом. Язык проник, нежно, с жадностью лаская его губы. Они слились в чувственном танце, где каждый пытался поглотить другого. Юи углублял поцелуй, обхватив его лицо, прикусывая до крови губу, а Мика перехватывал инициативу, не давая себя победить. — Мх...~ Юи потёрся пахом об его, возбуждение накатило, вызывая приятные искры по всему телу, Мика не сдержал стон. — Ахах! Юи! — Мика чуть отодвинулся от его губ, нежно улыбаясь. На губах появилось чувство пустоты, тянувшее обратно к чужим губам. — Ну и что ты тут устроил? — Аманэ смотрел в глаза Мики, все ещё чувствуя на губах остаток тепла от чужих губ. Он коварно улыбнулся и неспеша прикоснулся к губам. — А ты как думаешь? — Так! В душ! — Юичиро резко вскочил на ноги, беря Шиндо за руку и таща к душевым. Слава Богу, сейчас их никто не увидит, ведь все заняты посиделками у костра. Сейчас у Юи всё смешалось в голове. Нужно время переварить, но белобрысик явно не даст этого времени. Вот ведь неугомонный. ... «Чё?» Мика спотыкался, ещё не поймав равновесия, и в растерянности поспевал за Юи. «Чего?!» Он резко схватил его, даже ничего не объяснив, так почему ещё душ? Хотя... Мика прислушался к ощущениям – вся одежда была мерзко мокрой и вся в грязном песке. В волосы попало достаточно песка, а кросовки хлюпали, собирая на белую поверхность прилипший песок. Пиздец. — Перестань! Слишком быстро! — Не знаю как тебе, а мне не особо приятно ходить в мокрых вещах, ещё и с кучей песка по всему телу, — Аманэ не остановился, но всё же сбавил темп. Одинокая лампочка освещала только малую часть здания. Оранжевый свет падал на лестницу, дверь и малую часть фасада, одинокий мотылек зловеще бился об лампу, шелестя крыльями. Окружающая вокруг темнота давила, вызывала в воображении в каждой полутени зловещие образы. — Чёт мне как-то стрёмно... — Куда же делась вся твоя смелость? Или последнюю потратил, когда с обрыва прыгал? — Юичиро тяжело вздохнул, проходя в глубь здания. Мда, ночью здесь было холодновато, даже слишком. По мокрому телу пробежались мурашки, от чего Аманэ слегка передёрнуло. — А твою язвительность так и не удалось искоренить. Мудачина... — Тц, раз привязался – терпи. Я тебя не держу, — Аманэ закатил глаза, вспоминая цель разговора. Он хотел закончить их отношения, а не продолжить. Ну что за хуйня? Сука-а-а. Юи мысленно дал себе пощечину. Ну какого чёрта он не смог отлепить от себя этого еблана? И что теперь делать? Вот не сможет же дать ему от ворот поворот. Этот дебил опять к нему припрётся, сколько отворотов не давай. — Бе-бе-бе, — Мика недовольно фыркнул и вошёл вместе с ним в душевые. В комнате, где стены, пол были из плитки находилось 5 душевых, которые перегораживались только шторкой. Пол оставался как всегда мокрым, а воздух был пропитан сыростью и теплом. Юичиро стянул с себя верх. Неприятная мокрая ткань наконец оказалась в стороне. Следом побыстрее сняв все остальное, он облегчённо выдохнул. Наконец-то избавился от этого ужасного и мерзкого ощущения мокрых вещей на теле. Аманэ включил горячую воду, согревая замёрзшее тело. Вода обожгла кожу, из-за чего Юи слегка вздрогнул, а по телу вновь прошлась волна мурашек. Мика со скрипом отодвинул соседнюю шторку, кольца заскользили по трубе. Сомнительный кран, подвешенный к стене душ и пластиковая полочка для шампуня. Горячая вода покатилась градом по спине и голове, согревая холодное тело. Мика потёр ладонями плечи, вызывая толпу мурашек, тело ещё не согрелось. А ведь сейчас он стоит за шторкой совсем обнажённый... ...горячие губы ласкают тело... Мокрый язык опускается на набухшие соски, посасывая их и оттягивая губами, зализывая красные укусы, губы опускаются ниже, проводя мокрую дорожку языком от торса и опускаются ниже бёдер... Пульсирующий член вставляется под возбужденные с наслаждением стоны. — Кх... — Мика удержался за плитку. Горячая вода скатывалась по телу, касаясь набухшего члена. Рука опустилась, с наслаждением касаясь горячую плоть, зубы сомкнулись, подавляя томные стоны. — Юи... — голос хрипел, еле как выдавливая слова. — Ты меня любишь? — Да чтож ты прикопался? Я... не знаю, — Аманэ слегка замялся. Какого чёрта ему надо? Заладил со своей любовью. Ах ты сука! Мика резко рванул шторку, тяжело дыша. Оба голые смотрели на друг друга. Юи испуганно на него уставился на грани крика, но Мика без капли смущения быстро к нему подошёл и впился в губы, прижимая к холодной стене. Аманэ упёрся руками в грудь Микаэлы, пытаясь оттолкнуть, но тот ещё сильнее прижался к Юичиро. — М-м-м, — Юи протестующе промычал, когда Мика прикусил его язык. Что ж, вырваться, видимо, не получится. Аманэ разрывался между двух огней, с одной, он хотел оттолкнуть Шиндо, а с другой, ещё ближе притянуть к себе. И что делать? Ладно, будь, что будет. Юичиро ответил на поцелуй, одной рукой сжимая мокрые волосы, притягивая Мику к себе ближе. Он подавил вздох от боли, в ответку укусив его за нижнюю губу, медный вкус растекся по языку, придавая более животную жадность поглотить друг друга. Губы не останавливались, лаская гладкую, внутреннюю сторону губ, несогревшиеся тела прижимались под барабанную дробь из раскаленных капель. Языки сплелись и каждый пытался доминировать друг над другом, вжимая каждого то в стену, то углубляя поцелуй и отталкивая его назад. Воздух кончался, последние мгновения жадных прикосновений... И они с тяжёлым дыханием оторвались. Мика устало уткнулся в плечо, тяжело вздыхая. Десять секунд. Мика отпал от его и опустился вниз. — Э-эй!.. ых!... Мика встал на колени, прикоснувшись к возбуждённому члену. Обхватив его ладонью, он провёл вверх-вниз... Ещё... Ещё... По телу пробегали искры, сводя всё тело в судороге. Он нежно лизнул верхушку и обхватил член ртом. Он двигался постепенно, работал языком, лизал, будто сладкое мороженое, растягивая язык во всю длину. Юи выгнулся, не в силах сдерживать сладостные стоны, наслаждение, возбуждение, животное желание помутнило разум, вынуждая испытывать ещё бо́льшее блаженное чувство. Он резко схватил его за волосы, сжимая их в ладони, и с силой прижал ближе, изгибаясь от удовольствия. Рот Микаэлы внезапно заполнился почти во всю длину членом, упираясь в глотку, глаза расширились от внезапности, но не растерявшись, он стал двигать ртом вперёд-назад. — Ах!...~ — рука сжалась сильнее, голова откинулась и он приподнялся на носочки. Он кончил ему в приоткрытый рот, раскрытый специально для этого. Белая жидкость растеклась по высунутому языку. — Ах...~ — Мика смотрел на него снизу, издавая стон от наслаждения. Юи нагнулся, увлекая того в поцелуй. Аманэ слишком быстро примкнул к губам Микаэлы, из-за чего они стукнулись зубами. Тут же углубив поцелуй, Юи почувствовал на языке вкус собственной спермы. На вкус она была также ужасна и отвратительна, как и в тот раз в пещере, но изо рта Шиндо она была особенно отвратительна и вкусна. Они продолжили свою бесконечную борьбу за доминирование, из-за чего воздух в лёгких кончался быстрей. Оба тяжело дышали, лёгкие болели, задыхаясь от недостатка кислорода. Когда воздуха окончательно начало не хватать, они отстранились друг от друга, а от их рта растянулась ниточка слюны в перемешку с белесой жидкостью. Аманэ, жадно глотая воздух, засмотрелся на лицо Мики. Глаза были затуманены пеленой похоти, щеки раскраснелись, рот приоткрыт, также жадно глотая воздух, а внутри всё ещё виднеются остатки спермы. Микаэла прикрыл глаза, глубоко вдохнув, и придвинулся обратно, опрокидывая Юи на локти, он не спешил, лишь медленно прикоснулся к губам и томно выдохнул. Микаэла спустился к шее, водя носом по мокрой коже. Звук непрекращаемого шума капель сводил с ума, мысли путались, горячая шея манила укусить её, губы соприкоснулись, зажав нежную кожу. Усталость Юи была только на руку, Микаэла с трепетом целовал и покусывал кожу, красно-багряные следы как метка светились на горячей коже. Одной рукой он дотронулся до возбуждённого члена, а другой ласкал соски, губами он оставлял множество засосов, нежно их зализывая. Его фантазии сбылись. Кроме одной. Юи стонал уже не сдерживаясь, цепляясь за мокрые волосы Микаэлы, Шиндо усиленно мастурбировал членом Юи и теперь опустился языком до сосков. Мике этого мало, он желал большего, а то есть властвовать над ним. Рука остановилась на пике, Юи застонал, требуя дотронуться обратно, но Мика опустил ее ниже. Микаэла медленно ввёл один палец, перед этим хорошо смочив его слюной, на что Юичиро болезненно замычал, жмуря глаза. Было неприятно и немного больно. Дав немного времени Юи привыкнуть, Шиндо начал двигать пальцем, растягивая того внутри. Посчитав, что уже достаточно, Мика ввёл второй палец, тщательно растягивая. Микаэла опустился к вставшим соскам Аманэ, к одному припав ртом, играясь языком, слегка прикусывая, дабы отвлечь Юичиро от неприятных ощущений. Парень стонал от сводящего с ума языка, что теребил сосок. Следом пошёл и третий палец, из-за чего Юи выгнулся в спине дугой, чуть ли не до хруста. Оторвавшись от груди, Микаэла оглядел Аманэ. Собравшиеся в уголках глаз мелкие слезинки, затуманенные глаза, пылающие щёки и тяжёлое дыхание. Чертовски возбуждает! Распределив по длине природную смазку, Шиндо медленно вошёл в Юи, примкнув к губам, отвлекая. Не смотря на неприятные ощущения и боль, Аманэ ответил на поцелуй, обхватывая руками шею, жмурясь и тяжело выдыхая. Войдя во всю длину, Мика остановился, давая время Юичиро привыкнуть. Как только он начал толкаться бедрами в ответ, подавая знак, что можно двигаться, Шиндо сначала медленно входил и выходил, постепенно наращивая темп. — Ах~ Мика! — боль потихоньку начало перекрывать удовольствие. Ускоряясь, Микаэла попал в точку, от чего Аманэ громко застонал, сильно прогибаясь в спине. Вот она! Шиндо ухмыльнулся, целясь именно в эту точку, от чего Юи кричал, срывая голос. Толчки становись всё сильнее и быстрее, а душевые заполнились стонами и звуками стука тел друг о друга. — Мх, Мика... я сейчас... — Юичиро громко застонал, излившись себе на живот. Следом, через пару толчков, за ним излился и Микаэла, выходя из Аманэ и плюхаясь рядом с ним на пол. Оба тяжело дышали, стараясь выравнять дыхание и прийти в себя. Голова кружилась от недавнего оргазма, а в воздухе витала эйфория. Юичиро прикрыл глаза, стараясь вернуть ускользающие мысли. Но на деле ему просто хотелось сейчас уснуть в мягкой уютной кроватке. Он дико устал. Мика лежал рядом, тяжело вдыхая желанный воздух. Капли тарабанили по лицу и телу, раслабляя и погружая в полудрём, глаза щипало, ресницы подрагивали. Немного отдышавшись, он придвинулся поближе и аккуратно прикоснулся к его губам, не убирая их. Он смотрел в затуманенные глаза, внимательно и настойчиво, по свойственному хитро. Аккуратно, медленно, не спеша заигрывал с ними, а руку положил на грудь и опёрся на неё, мокрые губы были отвратительны Юичиро не отвечал, позволяя Мике продолжать. Ещё какое-то время он просто наблюдал за тем, что делает Шиндо, приходя в себя. — Мика, я устал, — Юи слегка надавил на грудь Микаэлы, отстраняя того от себя. Если Аманэ сейчас не встанет, он заснёт прям на этом же месте и даже вода не будет его смущать. Но вставать было дико лень и тяжело, поэтому Юичиро остался лежать на месте, стараясь не уснуть. — Ну да-а-ай ещё... — он быстро придвинулся обратно и долго чмокнул его. — М-м-муа! — Божечки, ты вообще не устаешь? — Аманэ перевёл взгляд на Мику, тяжело вздыхая. Теперь ему точно не отвязаться от него. — Неа...~ Я мог бы ещё, но решил пощадить на первый раз, — он гордо закинул голову. — Эх... Пойдём ко мне в палатку? — Зачем? — Хотя почему бы и нет? Хочется дико спать, вот там и засну. И Шиноа не достанет. Отлично. — Ладно, только сейчас нужно нормально принять душ. — А... Окей, — он приподнялся и скрылся за своей шторкой. Вода начинала бесить, заставляя поскорее мыться, и вот, крутанув кран, он прекратил поток воды и вышел, скорее одеваясь. Юичиро тоже быстро закончил, желая поскорее выйти из этого здания. Нет, ну серьёзно, если не стоять под горячей водой тут слишком холодно, особенно если ты ещё мокрый. Наконец, выйдя из душевых парни вышли на улицу. Аманэ втянул свежий ночной воздух, после душа самое то. — Эх... — Рядом послышался тяжёлый вздох Мики. Он задрал голову вверх, не отрываясь от звёзд. Ночь была грустна. Аманэ повернулся на вздох Мики. Вот морда собачья. Так и хочется все патлы повырывать, да по физиономии кулаками пройтись. Хотя... Юи быстро чмокнул Шиндо в щёку, тут же отстранившись. Нахер он это щас сделал? Но хоть и поцелуй длился лишь секунды, Юичиро всё ещё чувствовал прикосновение к гладкой, нежной коже своими губами. — Чё? — ошеломлённый Мика повернулся к нему и прикоснулся к месту поцелуя. Он еле тихо, истерично посмеялся. — Хах... Что он должен сделать? Прижаться к нему и улыбнуться как подобает роли? Или закончить этот весь спектакль, пренебрежительно отпрянув? Я вжился в роль? Разве я умею любить? Тц... Я его разве люблю? Это мерзко? Или приятно? Нет... Я сам начал этот спектакль... Этот ебучий фарс... Я доведу его до конца, я буду любить? Я буду в серьёз любить? Я... Постараюсь... Если ничего не получится, то закончу... Да... Он улыбнулся и притянул за футболку, впиваясь в губы. Я попробую. По дороге они шли молча, каждый думая о своём. Юичиро впервые бывал в палатке Мики и Крул. Кстати о Крул... В последнее время она чем-то очень недовольна. — Так... Зачем мы сюда пришли? По идее посиделки скоро должны закончится и Крул вернётся. — Ничё, — Мика пренебрежительно махнул рукой. — Переспит с Шиноа. Залезай, — он приоткрыл шторку. — Переспит? М-м-м, специально так двусмысленно сказал? За что ты так не любишь Крул? Оставляешь на едине с Шиноа, ай-яй-яй. Какое сильное предательство с твоей стороны, — Юи упрекающе покачал пальцем в стороны. — Наоборот, люблю, но сегодня пусть там переспит, и никого я не придаю! Тц... — он отвернулся в сторону на пару секунд и повернулся обратно. — Залезай говорю! — он ударил его звонко по заднице. — Эй! — Аманэ закатил глаза, залезая в палатку. Такая большая, но вещей в ней столько, будто сюда притащили весь дом. Где-то на полу в углу валяется плойка, рядом открытая косметичка, откуда вывалилась помада или что это вообще. Сразу было видно где сторона Мики, а где сторона Крул. Быстро оглядевшись, Юичиро завалился на место Мики. — Так. Разлёгся тут, ох... — Шиндо вполз следом и направился на своё место. — Подвинься, — он чуть оттолкнул его и улёгся, облегчённо вздыхая. — Ха-а-а... — Охаешь тут как дед, — Юичиро смотрел в потолок палатки, мысленно вырисовывая известные лишь ему узоры. — И чё делать будем?.. — клонило в сон. Будто тяжесть охватила голову, не позволяя векам открыться, Шиндо зевнул. — Мх... — он закрыл глаза, не обращая внимания на задумчивого Юи. Пошарив в темноте рукой, он нащупал мягкую подушку Крул и потянул её к себе. Голова с наслаждением опустилась на мягкую ткань, а родной запах Крул помогал расслабиться и погрузится в сон. — Эй, — Юи вынурнул из потока мыслей и повернулся к Мике. Шиндо лежал совсем рядом, обнимая тёмную подушку, свернувшись в сонный калачик. Спокойствие, исходящее от него, было комфортное и приятно обволакивало разум. Юичиро дотронулся до растрёпанных в темноте волос и зарылся в них пальцами. Мягкость успокаивала, заставляла придвинуться ближе и зарыться в белоснежные волосы носом. Он придвинулся поближе и аккуратно начал перебирать, и смотреть как они мерцают на голубом свету. Золотой водопад. Юи поцеловал Микаэлу нежно в лоб и зарылся носом в шелковистые пряди. Мика не спал. Он поднял голову немного вверх и с нежностью впился ему в губы. Нежность постепенно сменилась жадностью и страстью, как всегда оставляя доминирующий поединок как послевкусие. Этой ночью, Юи одержал вверх. Как победитель, он не стал останавливаться на поцелуе, и, приблизившись к уху, он лизнул мочку, с наслаждением покусывая полностью довольный собой. Аманэ быстро надоело одно место и чуть спустившись, он наклонился к нежной шее. — Нет! — Мика оттолкнул его от себя и недовольно отвернулся на другой бок. — Там нельзя. Ошеломлённый Юичиро не мог разобраться в таком внезапном жесте Мики. — Почему? — Завтра. — Твёрдо отрезал Мика, полностью завершая разговор. Надувшийся Аманэ недовольно цокнул, закатив глаза, и обнял Мику за талию, прижимаясь ближе. Сон поглотил их обоих сразу.

***

— М-м-м, — Шиноа потянулась, шагая рядом с Крул. — Это было неплохо, но я отсидела себе всё что только можно. А ты, Госпожа, чего такая хмурая? — Спать хочу. — Спать, значит. Идём ко мне в палатку, раз так спать хочешь, — Хиираги придвинулась чуть ближе к Цепеш. — Нет, спасибо, обойдусь, — она выставила руку, не давая Шиноа её обхватить. Подойдя к своей палатке, она потянула молнию вниз и приоткрыла шторку. Немного помолчав и посмотрев, Крул повернулась к Шиноа и произнесла: — Хорошо... Поспим вдвоём.