Болен я твоей улыбкой.

На следующий день, как и говорила мед. сестра, Николая выписали, но сказали пропить ещё месяц кое-какие лекарства. Кивнув головой, мужчина взял свою сумку и вышел из больницы на улицу, вдыхая свежий воздух. Посмотрев вперёд, он не смог сдержать улыбки, так как там уже стоял Ламборгини Люцифера, на копоте которого лежал букет цветов. Подойдя к ней, русский взял цветы в руки, вдыхая их прекрасный аромат. — А угадай кто. Прошептал на ухо красивый голос с хрипотцой, закрыв мужчине глаза. Люцифер наблюдал за ним издалека, и когда тот подошёл к машине, то вышел из своего укрытия, подходя к возлюбленному сзади. — Люцифер, прекращай. Я ведь всегда узнаю, что это ты. Николай хихикнул и развернулся к нему лицом, поцеловав своего любимого в губы. Сев в машину рядом с немцем, мужчина расслабился, а затем откинул голову назад, чтобы немного поспать, пока они едут. Мужчина невольно засмотрелся через зеркало на профиль своего избранника. Не зря говорят, что судьба это странная штука и неизвестно, что она подкинет в следующий раз, вещь они были врагами, а сейчас являются возлюбленными. За этими мыслями, немец не заметил, как они приехали к дому. Поцеловав русского в плечо, он начал будить его. Проснувшись, Николай зевнул и потянулся, выходя из машины. К нему сразу же подбежал Пётр который крепко обнял своего отца. Тот явно был рад, но и одновременно зол на отца за то, что тот так влип и чуть не погиб. — Отец, ты такой...Я бы злился на тебя, но не могу. В следующий раз будешь с маячком ходить, чтобы следить за тобой. Младший русский отстранился от отца и скрестил руки на груди, обиженно надув губы. Он бы мог злиться, да, но он слишком любит отца и переживает за него, чтобы это делать. Посмотрев на эту мини-драму, оба немца подошли к своим любимым, обнимая их за талии. — Семейная драма, как мило. — Да, как же русские любят всё драматизировать. Сказав это, оба получили за такое, а затем громко засмеялись, идя за русскими в дом. Пока старших не было, Вильгельм и Пётр успели приготовить всё для ужина. Стол ломился от большого количества блюд, которые могли прокормить всю роту. Но кого это волнует, правда? Самое главное, что сейчас они все вместе, что очень радовало Николая. — Папа! Афина, как только увидела отца, подбежала к нему и обняла. Девушка сразу же начала ругать мужчину за то, что тот их так сильно напугал. Но, смирившись с тем, что отец всегда будет попадать в такие ситуации, она села за стол. — Кошмар, вообще не уважаете старших. Тихо засмеялся Николай и тоже сел за стол рядом с Люцифером, который сразу же потянулся к бутылку с коньяком, но получил за это по руке, чуть не выронив от этого дорогой алкоголь. — За нас! За нашу семью! Крикнул Вильгельм и они стали бурно обсуждать всё, что произошло, пока старших не было дома. У младших даже возник спор, поэтому те ушли, чтобы им не мешать. — Какой же ты, придурок! Зашипел Пётр, хватая немца за края футболки и смотря ему прямо в глаза. Понимая, что сейчас настанет, Афина улыбнулась и ушла в свою комнату, чтобы не мешать им. — Ты такой красивый, когда злишься. Произнёс Вильгельм шёпотом, притягивая к себе возлюбленного за талию, целуя прямо в губы. Он целовал его долго и сладко, переходя на шею, оставляя на ней лёгкие укусы. Русский откинул голову назад, закрывая глаза от удовольствия. Мужчина не удержался, издав тихий стон, когда с него сняли футболку, чтобы перейти поцелуями на грудь. *** После оргазма мужчины приходили в себя и смотрели друг другу в глаза. Они поняли, уже давно осознали, что не смогут прожить без другого, ведь любят по-настоящему и никогда не расстанутся. — Больше не будешь злиться, любимый? Прошептал Вильгельм, уткнувшись носом ему в шею и стал гладить возлюбленного по спине, что-то неразборчиво шепча. А младший русский тихо хихикнул, обнимая немца в ответ. Последний секс у них был недели так две назад, и то, опять из-за ссоры. Иногда ругаться с возлюбленным очень полезно и продуктивно, особенно если вы оба импульсивны.