Non sumus questus ex.

Кажется, это безумие. Беллатрикс знает, что скрывается под маской её безумия. Знает, что её личный ад складывается из двух слов. Том Реддл. А может, и больше. Её сумасшествие так многолико... Том Марволо Реддл. Тёмный Лорд. Волдеморт. То-чьё-имя-нельзя-называть. Её Повелитель. Её Хозяин. Она послушна у Его ног, словно домашнее животное. Словно собака, что преданно смотрит в глаза Хозяина. Что сможет пожертвовать своей жизнью ради Него. Она давно смирилась с тем, что её история любви закончиться должна, увы, печально. Ей останутся лишь осколки зеркала, в отражении которого она увидит не себя... Его. Она влюблена до беспамятства. Она видит своё Божество, и мир разлетается на миллиарды звёзд, что светят вслед, угасая, отдавая своё сияние и тепло лишь Ему. Беллатрикс не отдаёт отчёта своим действиям. Боится поднять глаза и поймать острое лезвие Его взгляда... Он одним взглядом подчиняет не хуже Империуса. Багряные, словно орошённые кровью, омуты глаз, в которых она устала искать своё отражение.  Как боится она увидеть в них.. разочарование. Это страшно для неё. Пытает людей, идёт на немыслимой жестокости убийства, несёт за своей спиной кровавый шлейф... Неужели эта женщина боится осуждения в глазах одного-едиственного человека? Для неё это самая страшная кара. Она сгорает изнутри, когда ощущает Его прикосновения. Его губы жалят сильнее роя самых ядовитых ос. Его руки выжигают на коже несмываемые следы — для других они незаметны, а вот для неё... Бледную тонкую кожу жжёт под прикосновениями умелых пальцев, что обнажают обманчиво хрупкое тело из-под потрёпанной одежды. Ей нравится, как Он берёт её — грубо, жёстко, не церемонясь и не размениваясь на прелюдии. Как впивается цепкими пальцами в её запястья, почти до боли скручивая за спиной. Как хватает за волосы, заставляя запрокинуть голову и оставляя на шее болезненные следы, что не сходят неделями. Как сжимает изящными, слишком красивыми для мужчины, ладонями талию, и проникает внутрь, заставляя гореть как в лихорадке. Он — её личный кошмар и в то же время — самая сладкая пытка. Его касания впитываются в кожу, проникая быстродействующим ядом в кровь и прорастая смертельным растением сквозь сознание. Он ставит её на колени, и она подчиняется без малейшего колебания. Без этого она не проживёт. Притягивает её голову ближе к своему паху и наслаждается абсолютной покорностью. Беллатрикс счастлива в такие моменты. Она одна удостаивается чести видеть Его таким — полностью потерявшим контроль. На пике блаженства Он хрипло стонет, сжимая пальцами волосы на её затылке особенно сильно и болезненно, заставляя вскрикнуть от столь сладкой и желанной боли. В горло льётся семя, и она глотает всё, стараясь не потерять ни капли, наслаждается горьковато-пряным, терпким вкусом. Он даёт ей частичку себя, и она готова рыдать от счастья. Он никогда не заботится о её удовольствии — и ей это не нужно. Она готова подойти к краю лишь от ощущения жёсткой руки на своей тонкой, беззащитной шее, лишь от ощущения полной власти и контроля над собой. Когда внутренности скручивает сладчайшая судорога, он приближается к её губам и едва слышно выдыхает в поцелуй... второе Непростительное заклинание. Ловит крики и кровь губами и языком, смакуя солёный, металлический вкус. А она мечется в агонии, сгорая дотла от такой необходимой, нужной боли — ведь та, что в сердце, в сто крат сильнее. Он состоит из противоречий. Сейчас нежно гладит её щеку длинным пальцем — в следующую секунду на скулу обрушивается сокрушительный удар, заставляющий голову резко мотнуться в сторону. Сейчас он ладонью приподнимает её подбородок, чтобы поймать чуть испуганный взгляд, полный обожания, — и через несколько мгновений кидает в неё одно из пыточных заклятий, наблюдая, как она корчится в муках на полу у его ног. Сейчас его глаза блестят от гнева, в глубине зрачков разгорается адский огонь, но вот Он толкает к стене, страстно целуя в губы и заставляя стонать от невероятных ощущений. Он не сдерживает магию в присутствии Беллатрикс. Энергия вырывается из Его тела, окутывая плотным коконом. Это не магия — это сама тьма в своей сущности. Вязкая, липкая, она забирается в самые дальние уголки тела и души, вытаскивает самые грязные желания на поверхность незащищённого разума. Беллатрикс утопает в этой тьме, что забирается в уши, нос, перекрывает дыхание и вливается обжигающим пламенем в горло. Она туманит разум и порабощает. Она жаждет потонуть в этой вечной темноте, лишь бы оказаться рядом с Ним... От этой мощи подгибаются колени, а тело начинает умолять одновременно о прекращении мучений, и о продолжении таких прекрасных пыток. Он любит Беллатрикс. Своей извращённой, испорченной, поломанной любовью. Той, что связывает две израненные души, ищущие наслаждения в страданиях другого.. а иногда и своих собственных. Он любит её, несмотря ни на что, своей сумасшедшей, лишённой рассудка любовью, заставляя тонуть в тёмных чувствах. Он любит её по-особенному... Это только его Белла, ничья больше. Это его игрушка, куколка, марионетка.. Он может её сломать — и потом так же починит, он может причинить ей боль и залечить раны.. Но вот только если кто-то другой посмеет посягнуть на его девочку — он труп. Трогать Его собственность — подписать себе смертный приговор. Беллатрикс не знает, когда это началось. Она была нормальной... Но потом мысли заполнились безумием, она лишилась рассудка и способности мыслить здраво. Теперь существует только Он. - Видишь, как я тебя люблю? — спрашивал мужчина, разрывая её нежную кожу особо беспощадным заклинанием. Она сжимает зубы до скрипа и боли в дёснах, едва не теряя сознание и понимая на периферии сознания, что хочет получить больше увечий... Он наклоняется и пьёт её кровь.. Нет, он не вампир. Но точно сумасшедший. Она такая же. - Видишь, как я тебя люблю? — спрашивает Беллатрикс, оставляя своими длинными ногтями кровавые борозды на его спине. Получает в ответ прокушенную шею. Они нездоровы, но зато вместе. Стараются нанести как можно больше боли партнёру, чтобы в конце концов понять, что, если поубивают друг друга, то будут после смерти держаться за руки. Беллатрикс зависима от Него и не скрывает этого. Она ползает в Его ногах и целует пальцы, получая в ответ проклятия и пытки. Он зависим от неё, хоть и не признаёт этого. Глаза горят алым, страшным огнём, когда кто-то смеет касаться её хоть пальцем. Он метит её своей вновь и вновь, но не может остановиться. Это безумие. Их личный кошмар. Их общая грязная тайна. Они никогда не выберуться отсюда, ведь иначе... просто не смогут выжить.