Всего лишь стечение обстоятельств

"Чёртов Берк Озкайя! Да чтоб его... Угх!" Айбике шла по дороге к станции метро, чтобы сесть на нужное и доехать до места, быть в котором ей необходимо уже меньше, чем через час. Она честно старалась не проклинать рыжего нахала всеми возможными проклятиями, но получалось плохо. Благо, там, куда девушка направлялась, был душ, а в ящичке кудряшки имелась сменная одежда, потому что надеяться на понимание со стороны руководства равно возвращению домой. А домой ей возвращаться не хотелось. Правда, помыться она сможет уже только после выполнения обязанностей, но, хотя бы, снимет с себя липкую майку с кардиганом. Балетная школа, в которую Айбике устроилась летом, отличалась спокойной уютной атмосферой, которая так нравилась девушке. Её группа маленьких девочек дошкольного возраста не сразу приняла нового преподавателя. Но вскоре, после пары недель работы, ей всё-таки удалось добиться расположения проказниц. Помимо того, как Айбике привыкла к своим подопечным, её более чем устраивала зарплата, конечно, она была на порядок ниже учителей старших групп, однако, на проживание, еду и остро необходимые цели хватало. Прекрасным бонусом было то, что по программе обмена ей полагалась стипендия, благодаря которой платить за обучение было не нужно. Иначе девушка бы так и осталась в Стамбуле, без возможности вести самостоятельную жизнь. В свои двадцать лет кудряшка выделила для прекрасного существования три необходимости: жильё, пища (включающая воду) и подавители течки*. Особенные комплексные подавители, которые притупляли не только течку, но и сильный омежий запах, таким образом заменяя ей ещё и блокаторы**. Только благодаря им все считали девушку бетой, что было только на руку. И все эти прелести жизни имели общий камень преткновения – деньги. Когда в 12 лет родители узнали, что Айбике является омегой, они явно расстроились, хоть и старались не показывать девочке виду. Содержать омегу – весьма накладно, учитывая ещё то, что семейное положение Эренов было далеко не на высоте. Отец с горем пополам зарабатывал на необходимые препараты. Ей пришлось начать пить эти таблетки, иначе девочку бы забрали в другую, гораздо состоятельную семью, в которой по достижении совершеннолетия кудряшку бы обязательно отдали какому-нибудь богачу на содержание. С самого детства для Айбике данный исход был худшим. Впервые услышав разговоры взрослых о том, как оба уставали на работе, девочка проплакала почти всю ночь, ненавидя свою биологическую сущность всеми фибрами души. Но ничего не исправишь. Нельзя сделать операцию, меняющую видовую принадлежность. И даже если бы можно было, это стоило бы колоссальных денег, коих у бедной семьи не набралось бы и за двадцать лет. Но маленькая брюнетка допускала мысль, что если бы такое могло существовать, она бы всенепременно отдала любые средства, а пока оставалось смириться. Как только ей исполнилось четырнадцать, кудряшка еле упросила знакомого продавца на рынке маленькую подработку, чтобы хоть какими-то копейками помогать родителям с братом. Но стоило об этом узнать господину Орхану, как он отговорил дочь заниматься подобным, напоминая ей об образовании и балетной школе, которую девочка посещает с 6-ти лет. "– Каждое твоё усилие не напрасно, малышка. Я очень ценю твоё желание помочь нам с мамой, но подумай сама, что будет лучше – оставить школу и балет ради каких-то грошей, или потерпеть немного, выучиться и зарабатывать гораздо, гораздо больше? Уверен, с твоим талантом и любовью к танцу, однажды ты будешь собирать огромные залы, которые будут с восхищением наблюдать за каждым твоим движением. Нельзя бросать мечту, которая может привести тебя к гораздо большему, чем ты можешь представить." И она не бросила. Окончив балетное образование, Айбике пригласили в группу одного из театров Стамбула. И на последнем смотре как раз присутствовал балетмейстер из данного заведения. Четырнадцатилетняя ещё наивная кудряшка мило полагала, что в ином кордебалете найдёт себе новых друзей. Эти надежды разбились о суровую реальность так же быстро, как появились. Но по крайней мере, она познала жестокость конкуренции в искусстве. "Какой кошмар, как тебя вообще приняли с таким лишним весом?" "Совсем не стойкая, тебе стоит лучше тренироваться, иначе можешь случайно упасть со сцены." "Посмотрите на этот неряшливый пучок! А форма, где ты покупала эти пуанты***? Они же сейчас развалятся, ха-ха." "Так ещё и бета. Где твой характер, девочка?" Каждый раз, слушая очередной подкол со стороны сверстников, Айбике сильнее стискивала зубы, стараясь не показывать своих чувств. А потом, приходя домой, закрывалась в комнате, утыкалась в подушку и выплёскивала все накопившиеся обиды. В один из таких случаев девочка даже не заметила, как в комнату прошла мама, аккуратно садясь на край кровати. Она легонько коснулась плеча дочери, отчего та вздрогнула, поднимая красные заплаканные очи. Ничего не спрашивая, женщина потянула к ней свои руки, отчего из глаз новым потоком хлынула солёная жидкость. Материнские объятия грели, как ничто другое, вместе с тем принося волны спокойствия. "Ты прекрасна, милая, такая, как есть. Особенная в своём виде. Пускай все вокруг говорят, что хотят, смеются и дразнят. Как только ты выйдешь на сцену, всё внимание публики будет твоим. И тогда мы вместе посмеёмся в ответ этим глупым завистникам." Она больше никогда не сжимала кулаки. Лишь вдыхала побольше воздуха и шла на сцену, чтобы вновь отработать движения. Падение. Подъем. Снова падение. Колени, периодически заклеенные несколькими пластырями, говорили о том, что быть балериной – не так уж и радужно, как показывают в мультиках. Пальцы на ногах, почти стёртые в кровь, неприятно саднили в конце каждого тренировочного дня. Однако, это никак не отталкивало Айбике. Она перевязывала пуанты, поднималась с пола и начинала по новой свой танец, в котором чувствовала себя как никогда живой и свободной. А в ответ всем завистливым личностям с гордостью поднимала подбородок под звуки оваций. Когда господин Орхан попал под пулю одного из бандитов, не потерпевшего задолженности, кордебалет в театре отошёл на второй план. Вернуться туда девушка уже не пыталась. После окончания лицея она поступила в стамбульский университет искусств на факультет сценаристики - просто, чтобы отвлечься от своей жизни, в которой уже даже танец был на втором месте. Они с братом много работали, цепляясь за каждую возможность. И в один из трудовых дней, работая во вторую смену в цветочном магазине, хорошая знакомая их семьи подсказала студентке работу, очень интересную работу. В США. Странное, но заманчивое предложение. Вот только что ей делать в Америке, если даже здесь, в родном городе, она не может найти своё место? В первую очередь, это было страшно, но при этом жуть как захватывающе. И она рискнула. Подала заявку на обучение по обмену, в перечне университетов было достаточно различных, но среди них красным пятном для Айбике выделялся Джуллиард, один из лучших университетов США. Правда, чтобы в него попасть, пришлось хорошенько попотеть, зарабатывая себе отличную характеристику, чтобы иметь стипендию. И пускай по характеру Айбике не была тихоней, её школьная жизнь прошла гладко и без конфликтов, что безусловно было плюсом для поступления. Огулджан тогда познакомился с богатой девушкой, Харикой Маньяслы и кажется, влюбился по уши. Он трезвонил о том, какая та невероятная и прекрасная двадцать четыре часа в сутки, от чего у кудряшки вскипала голова. Это бесило, особенно первое время, когда блондинка не то, что бы не замечала парня, а даже презирала людей, не имеющих увесистых банковских счетов. Но потом её собственное состояние оказалось почти что на дне, и Айбике точно не знает, что ударило по неприятной ей блондинистой голове: бедность или обильное внимание её брата? Выяснить это девушка даже не пыталась. Несносный брат становился счастливее с Харикой, а она, вроде как, даже смягчилась со временем. Сама Айбике никогда не испытывала влюблённости, а тем более той самой любви. Она много читала о ней в книгах, на сайтах, форумах. В разделах об омегах писали, что найти пару по любви означало обеспечить себя не только надёжным будущим, но и счастьем. Быть может, с ней было что-то не так, но все мальчики, а в последствии парни, которых брюнетка знала, не интересовали её подобным образом. Дружеские беседы и свободное общение - было, сердечный трепет и желание большего – никогда. Не то, чтобы ей не хотелось найти себе кавалера, в конце концов, каждая девочка когда-нибудь да задумывалась об этом, вот только у неё был танец, учёба и семья, поэтому времени на многочисленные знакомства просто не было. Что уж говорить о телесных связях, даже неловких прикосновений ни с кем не случалось. Пускай ей было непонятно поведение брата, его чувства и что вообще пробудило симпатию к такой стервозной личности, Айбике старалась не задумываться об этом, всё больше настраивая себя на самостоятельную жизнь в другой стране. Ведь если девушка решилась на такой шаг, она ни за что не отступится. Хотя, не будь эта работа в сфере балета, ничего бы не вытянуло её из привычного уклада жизни. Она ни разу не работала с детьми, но прекрасно ладила со своей младшей кузиной, да и вообще, дети вроде не разбегались в страхе, завидев брюнетку. Поэтому, Айбике подумала, что стоит попробовать. "Если что-то пойдет не по плану, всегда ведь можно вернуться домой, так?" Последней работой, которую Айбике попросили написать, был сценарий для конкурса. Поначалу девушка хотела отказаться, но в один из вечеров слова как-то сами собой полились на бумагу, будто одна из многочисленных записей в её дневниках. Её преподавателю работа понравилась настолько, что она даже сделала копию и несколько раз спрашивала, как Айбике удалось придумать такой проницательный сюжет, на что Айбике не смогла дать чёткого ответа. Как с характером девушки объяснить, что этот сюжет – её жизнь? Она даже представить не могла, что жить в шумном Нью-Йорке будет настолько комфортно. Нет, ей не то, чтобы нравился шум постоянно движущегося города, но эта работа и её новое место жительства, рядом с которым как раз кстати находился Старбакс, сами собой отложились в её понимании комфорта. Ох, в этот кофе кудряшка влюбилась с первого глотка. После работы можно было прогуляться по парку, наблюдая за бегущими туда сюда людьми и подмечая в них всё самое интересное. Порой ей так сильно хотелось обсудить это с кем-нибудь, но такие разговоры не подходили для Асие, Огулджана, кузенов или родителей, общающихся с ней по телефону. Приходилось копить это в себе с мимолётной надеждой на то, что однажды, этот словесный поток откроется кому-то, кто станет слушать, возможно даже с интересом. Объявление победителя на последней паре первого учебного дня было для Айбике сюрпризом. Она ведь даже забыла об этой работе, как всегда погрузившись в свои заботы. А тут первое место, так ещё и обошла финалиста с третьего курса. Эта победа не вызывала у девушки такую бурю эмоций, как любимый танец, однако всё же было приятно. А то, что девушку ещё и представили тому самому третьекурснику, вызвало внутри некую неловкость. В первую очередь, Берк Озкайя был альфой, наверное с чистейшим генофондом. Потому что его вид ну просто заставлял всех вокруг относиться с почтением. Большинство альф, которых встречала Айбике, были напыщенными уродами. Но в глазах шатена она увидела что-то особенное, что-то необычное, как будто проблеск её самой. Такие глубокие карие глаза, смотреть в которые хотелось всё больше. Скорее всего, ей показалось. Ведь то, что сделал парень, не отличало его от остальных подобных личностей. Даже наоборот, он оказался ещё противнее обычных альф. Те хотя бы при знакомстве не обливали девушку сладкой жидкостью, неприятно шипящей на теле. После окончания занятий, попрощавшись со всеми девочками и пожелав им доброго вечера, в полном распоряжении Айбике оставались пустые залы и сцена. Чаще она выбирала второе. Просторный тёмный зал с пустыми креслами успокаивал своей тишиной, позволяя наконец расслабиться. Под звуки 5SOS, в данный момент "If Walls Could Talk", девушка разминала мышцы и позволяла себе для начала несколько вольных движений. Затем повторяла пять позиций и переходила к отрабатыванию и повторению элементов по степени сложности, самое трудное повторяя чуть ли не по тысяче раз. Единственными свидетелями её движений были музыкальные исполнители, играющие в колонках. Правда и те не могли поделиться своим мнением. Кудряшка вспомнила о Берке, выходя из здания. Всё-таки душ она примет уже дома. А по пути забежит в кондитерскую за свежим вечерним вишнёвым пирогом, обмениваясь с милой продавщицей преклонного возраста новостями. У них с мужем самая вкусная выпечка в Мидтауне****, а ведь Айбике успела перепробовать много всего со своего приезда в город. Уже после душа, отужиная и принимаясь за пирог, Айбике позволила себе немного поразмышлять о ситуации в университете. То, как он назвал её "сладкой" было до невероятия неприятно, но с другой стороны... Нет, кудряшка отметнула любые мысли о том, что Берк Озкайя всё-таки был интересным. Сначала она подумала, что при новой встрече неплохо бы было вырвать все бронзовые волосы с головы парня, однако ни к чему хорошему для её репутации это не привело бы, так что пришлось сменить мысли на другую тактику. И в итоге выбрала для себя правильным то, что всегда выбирала – игнорировать парня. Даже если ему вновь захочется сказать в её сторону что-то колкое, она просто сделает вид, что не заметила. По крайней мере, постарается. Очень постарается. Но всё же, пока Шерлок на экране ноутбука пытался решить новую загадку, в голове у Айбике появился самый главный вопрос: "Почему?" Зачем это парню? Что такого сделала обычная двадцатилетняя студентка со второго курса, пускай и приехавшая из другой страны? Ей просто вдруг стало интересно, каковы его мотивы? Но по видимому, это так и останется для неё загадкой. Берк, к большому удивлению кудряшки, не сказал ничего в сторону Айбике. Ни ехидного "здравствуй", ни "до свидания". Абсолютно ничего, даже не замечал её. Почему-то она ждала от него типичного поведения задиры, но может парень был умнее? Иногда брюнетка ловила на себе его взгляды, но они были такими же мимолётными, как беседы с их одногруппниками. Прошло около месяца с этого инцидента. Айбике перестала ждать подвоха от рыжего наглеца, продолжая свою новую привычную жизнь. Она так же регулярно посещала занятия, три раза в неделю замечая краем глаза парня на его привычном месте. С того раза они так и не обменялись словом, но и первичного отношения к друг другу не было. Во взгляде брюнетки всё так же присутствовала колкость, а в карих глазах шатена - огонёк издёвки. По крайней мере, они не прикидывались, будто прекрасно ладят. В эту пятницу Айбике решила пообедать на улице. Её бутерброды, которые обычно готовила девушке мама, ждали своего часа ещё с вечера. Лёгкий прохладный ветер приятно щекотал кожу и насыщал тело свежестью после ужасной духоты в здании. Сегодня было непривычно тепло для октября, отчего из под распахнутой объёмной толстовки девушки виднелся белый простой топ и завышенная талия джинс. Она устроилась у большого раскидистого дуба на заднем дворе учреждения. Тихое местечко вдали от остального народа, что было странно, учитывая, что народа было достаточно. Похоже, погода разморила даже учителей, отчего все вдруг решили заполонить обширную лужайку, выползая из своих кабинетов. Девушку сначала пригласили присоединиться её одногруппники, но она вежливо отклонила это предложение, улыбаясь им вслед. У неё был час перерыва, в который хотелось насладиться тишиной и спокойствием. Но похоже, этому было не суждено случиться. – Я смотрю, сладкая, тебе нравится забирать то, что является моим. – Девушка уже собиралась откусить первый кусочек сэндвича, как из-за спины послышался знакомый голос. Она закатила глаза, поворачиваясь к парню и ясно давая понять, насколько он был не вовремя. – Является твоим? О чём ты? – Она слегка сузила глаза, наклоняя голову вбок. – Твоё первенство в конкурсе и это место. Уже вторая ошибка, совершённая кудрявой головушкой. – Хоть сегодня Берк и не был в настроении, подходящем для издёвок, убитый усилившимся давлением отца, тут просто не может молчать. Он месяц откладывал свои подколы для брюнетки, как ему казалось, выбирая подходящий момент. На деле же что-то внутри постоянно останавливало шатена, будто подсказывая, что это не истинное желание парня. А в итоге, она сидит на его месте, где обычно шатен проводил большинство перерывов. – С чего ты взял, что это место принадлежит тебе? Ты посадил этот дуб? Если да, тогда я не удивлюсь тому, как хорошо ты сохранился с тех времён. – Айбике хотела было вскипеть из-за глупого повода для прошлого инцидента с газировкой. Да, не сложно догадаться, почему он это сделал. Однако сейчас, ей хотелось отстоять своё право, чисто из принципа. Почему это она должна уходить отсюда, если пришла первая? Ну уж нет. – Если ли бы ты чаще выходила на задний двор, то могла бы заметить, что я постоянно сижу под этим дубом. Никто другой не садится сюда именно по этой причине. – Её намёк на вампира пришёлся Берку скорее забавным, нежели обидным, однако он всё равно не подал виду, вскидывая брови и приоткрывая губы в настойчивом жесте. – Не хочу расстраивать ваше вампирское величество, но я не собираюсь отсюда никуда уходить. С другой стороны дуба ещё достаточно места, а если моё общество настолько тебе неприятно, то милости прошу, устраивайся на остальной лужайке. – Она гордо задрала подбородок, отправляя парню полный непоколебимости взгляд, а затем отвернулась, наконец откусывая заждавшийся сэндвич. Берк стиснул зубы, двигая желваками. Вот же упрямая бета, как она вообще смеет? Однако, он всё же устроился с другой стороны дуба, перед этим прожигая макушку девушки раздражённым взглядом. После окончания пары по сценарию, которая была последней, Айбике так торопилась на работу, что забыла свой телефон на парте в кабинете. Найдя пропажу на том же самом месте, где и оставила, девушка так же скоро побежала на выход. В коридоре её окликнули. – Хей, сладкая, куда так спешишь? Хотя я угадаю, за новой порцией спрайта для тела? В прошлый раз он отлично дополнил твой образ. Пожалуй, тебе стоит поблагодарить меня за наводку с новым парфюмом. И достаточно бюджетно, знаешь. – Двое парней рядом с шатеном противно ухмыльнулись, один из них даже хлопнул Берка по плечу в поддерживающем жесте. Айбике не знает, что подтолкнуло её больше всего: ухмылки этих особей или то, как парень затронул тему её бюджета, будто бы зная, как она живёт. Но в следующее мгновение, она уже решительно и злобно смотрела прямо в наглые глаза. Берк лишь сильнее расплылся в издевательской улыбке. Видимо, вся эта затея очень его забавляла. – Ну, что-то я не слышу слов благодарности. – Он двинул бровями, слегка опускаясь в её сторону. А в следующий момент широко раскрыл глаза от поразившей скулу острой боли. Сильно сжатый, хоть и небольшой кулачок девушки встретился с лицом парня так быстро, что она сама не успела сообразить. Всё-таки, она не сдержалась, а ведь так хотела. Ну и ладно, по делом рыжему вампиру. Пускай знает, как распускать язык. Пара кофейных глаз налилась злостью. Кажется, каждый мускул парня напрягся от переполняющих негативных эмоций. Но это никак не подействовало на Айбике, лишь больше уверяя её в том, что брюнетка смогла произвести нужный эффект. – Что такое, сладкий, тебе не понравилась благодарность? – Она изобразила на лице притворное изумление, после меняя его на ухмылку. А затем, не дожидаясь ответной реакции, развернулась на пятках и гордой походкой устремилась в сторону выхода.