неровности

Даби вытаскивает из волос мелкие остатки стекла. Щеку и нос неприятно саднит, а еще кажется у него на ключице выдрана скоба. Резонно. Он первый начал. Первый набросился с кулаками, первый начал орать, но справедливости ради, Птица сам начал этот уебищный разговор! Блять. Это не оправдание. Их с Ястребом разделяет девятнадцать квадратных метров кухни и одна столешница. Это не учитывая разбитого вдребезги кофейного столика, чьи осколки до сих пор валяются по полу, сломанной лампы и, возможно, похеренных на корню отношений. Ну конечно же, умник, ты же можешь только ломать и рушить все до чего дотягиваются твои руки! У героя царапина на щеке и разбита губа. Взгляд внимательный, зрачки опасно сужены… Как у хищной птицы. Прикидывает будет ли второй раунд или сейчас они поговорят нормально. Нужно ли держать оборону дальше или… «Даби» и «нормально» в одном предложение, вещи не совсем совместимые, пора бы и запомнить, Птенчик. Дерьмо. Какое же это все дерьмо. А по сути Ястреб прав. Вот с чего все началось. Правда настолько резала глаза, что единственной реакцией на нее стала агрессия. Даби пиздился со всем миром ровно столько, сколько себя помнил и вот результат. Он неуравновешенный кусок говна, которого вынесло с одной невинной фразы про Старателя. — Почему именно он? Это какая-то огненная конкуренция? Или тебя просто бесит, что вы похожи? Даби закрывает глаза и мысленно считает до десяти. Птица может и начал говорить первым, но с кулаками не бросался и причуду не активировал. Как и сам Даби, все по честному. Тупая бессмысленная драка, которая кончилась… да ничем она не кончилась. Потому что кое-кто повел себя, как полное мудло. Или как отец! Восторженно и едко подсказывает внутренний голос. Он же тоже однажды ударил маму. Один единственный раз и больше никогда, конечно же! Как и ты… Хотелось выдрать себе клок волос или въебать себе так сильно, чтоб память отшибло. По-хорошему надо извиниться и уйти. Или просто уйти. Ястреб прочищает горло и наливает себе воды из графина. Тишина между ними начинает казаться почти физической. — Извини, — это звучит жалко и тихо. Слова нихера не значат и вероятнее всего Птенчик сейчас пошлет его нахуй с такими вещами. (Или не пошлет, потому что членство в Лиге ему важно, как и Лиге важно иметь своего засланного казачка на той стороне). Даби поднимает взгляд и сталкивается с абсолютным недоумением на лице Ястреба. — Я не расслышал, — тихо произносит герой. Без издевки и всякой прочей хуйни. — Извини, — уже громче повторяет Даби и поднимается с пола. Мелкие осколки стекла падают с него с тихим звоном. — Я повел себя как скотина и мне не стои… — Мне кажется ты приложил меня головой сильнее, чем казалось, — неуверенно говорит Ястреб не отрывая взгляда от злодея. — Буквально услышал, как ты сказал «извини». У меня точно слуховые галлюцинации. Его поза все еще выглядит достаточно напряженной, но губы дергаются в привычном намеке на самую обворожительную улыбку. Может не все Даби и похерил сегодня вечером. Он делает шаг, другой и вот он стоит на расстоянии вытянутой руки от героя. Ссадина на виске выглядит не такой уж и серьезной, а вот разбитая губа припухла и вызывает беспокойство. Даби осторожно протягивает руку к Ястребу и заправляет выбившуюся прядь светлых волос тому за ухо. — Я принесу спирт, чтобы… — Хей, выдохни, горячий парень, — к чести Пташки он не выглядит напуганным, оскорбленным или злым. Он скорее даже не удивлен и… это, что? Вина в чужом взгляде? — В конфликте всегда виноваты двое. Мне не стоило поднимать эту тему. Извини меня. В голове Даби что-то отвратительно пошатнулось и поменяло свои ориентиры. Это было нелогично. Вся ситуация в целом была абсурдом, но это… Это Ястреб. Он не держит зла, смотрит на ситуацию рационально. Вот он весь светлый, сильный и понимающий. Возможно, если б все геройское сообщество обладало хоть долей этой непобедимой силы, что таится внутри Номера Два… Все было бы не так дерьмово. Да и веры к этому сообществу было бы чуть больше. — Ты не дышишь. Мне стоит начать беспокоиться? — Нет, точно нет, — Даби сгребает Птенчика в объятья. Целует ссадину на виске, мягко поглаживает основание крыльев и просто… просто ловит себя на мысли, что мог бы стоять так вечно. Руки Ястреба уверенно обнимают его в ответ и накрывает неплотным коконом из собственных крыльев, и пожалуй, для счастья больше ничего и не надо. — Не хочу нарушать нашу маленькую идиллию, но предложение про то, чтобы обработать губу было довольно актуальным, — произносит Ястреб. — Да и… осколки стола до сих пор в твоих волосах и их должен кто-то убрать. — Под «кто-то» ты подразумеваешь меня, Птенчик. Смех Ястреба Даби буквально ощущает кожей. — Заметь, не я это сказал.