Начать вновь

      Иван особо и не понимал мотивов Кристофа, он мог его позвать в свою комнату с чашкой кофе, а после предлагал остаться на ночь. Ему поначалу хотелось отказаться, но как бы странно это ни было, он оставался. И сейчас, находясь на отдельной тренировке Свиты, парень понял, что палач его специально звал ночью к себе в комнату с кофе.       Иван со всей силы ударил по мячу, прямо в ворота, в это время Люк зевнул и не успел предотвратить гол.       — И этот человек мне утверждал, что сон важен, — упрекнул его Иван. Люк кинул мяч обратно.       — Слишком много домашки навалилось, — признался вратарь.       — И только домашка? — подмигнув, спросила Саманта.       — Она слишком много знает, — сказал Энджел, обращаясь к Люку.       — Нужно от нее избавиться, — посмеиваясь, поддержал Люк. Саманта улыбнулась и замахнулась клюшкой, словно мечом.       — У вас это не получится, я — сэр Саманта Храброе Сердце.       Люк подкинул в руке свою вратарскую клюшку и подыграл девушке:       — Ну, в таком случае я Рыцарь на белом коне. И вызываю тебя на дуэль.       Саманта и Люк устроили на поле импровизированную дуэль. Жан от их ребячества закатил глаза.       — Пора бы вырасти.       — Куда ещё расти? — спросил Филл.       В это время Люк изобразил, как он умирает, упав на поле.       — Боже мой, я его убила! — Саманта, словно в опере, пропела слова и стала смахивать с глаз воображаемые слезы.       — Энджи, спаси меня, — хриплым голосом молил Люк, на что Энджел отвернулся от них, будто он их не знает, тогда Люк перешёл на угрозы: — Сегодня ночью я тебе припомню твое предательство.       На этом глаза Саманты заблестели. Люк доиграл свою смерть. Жан отошёл от них, чтоб ответить на сообщение. Иван уже знал, с кем общается Жан, это была Рене Уокер, девушка из команды «Лисов».       На ужин все было как обычно, чем Иван был недоволен. Ему хотелось чипсов, колы или соленых огурчиков. Но всего этого в Гнезде не было. А хотелось ещё алкоголя. Крепкого. Водки. В столовую, цокая каблуками, вошла Луиза. Она холодно осмотрела всех и подошла к столу, где сидела Свита.       — Рико, господин Морияма желает тебя видеть, — сообщила девушка. Иван, тяжело недовольно вздохнув, пошел за ней. Что его злило, так это то, что секретарша была выше него ростом.       Она постучала в дверь кабинета, и после очередного «войдите» пустила парня в внутрь.       — Хозяин, Вы звали? — спросил Иван. Тренер бросил взгляд на стул, Иван сел.       — Натаниэль Веснински не будет больше играть, — холодно произнес тренер Морияма. Иван непонимающе посмотрел на своего так называемого дядю.       — В смысле? Но почему?       — Его заберёт Лола Малкольм и вернёт обратно к Мяснику.       Иван чувствовал, как его сердце уходит куда-то вниз.       — Они же его убьют!       — Мне плевать, свободен, — Морияма указал взглядом на дверь, но Иван уходить без боя не собирался.       — Мы могли бы связаться с его дядей, с Хэтфордом, — Иван встал со стула и посмотрел на тренера.       — Нам не нужны проблемы с Мясником, так что выйди, — холодно произнес тренер.       «Замуж что ли?» — хотел подшутить Иван, но понял, что ещё не время.       — Но так нельзя, Натаниэль принадлежит нам, а не Мяснику, — настаивал парень.       — Ты глухой? Я тебе уже второй раз повторяю: мне проблемы не нужны, так что освободи кабинет.       Иван покинул помещение. Через несколько дней должна была состояться игра «Лисов» против «Бинтуронгов». После этой игры по сюжету трилогии Нила похитят люди Мясника.       Иван позвонил Жану, а после Люку для того, чтобы эти двое пришли в его комнату. Люк был недоволен — видно, оторвали от какого-то важного дела. Иван рассказал им о Ниле.       — Я могу без проблем связаться с Хэтфордом, — признался Люк, пожав плечами.       — Давай, вперёд, — ответил Иван, крутя в руке ручку.       Люк позвонил Стюарту, спустя несколько гудков телефон на другом конце провода подняли.       — Кастерниол, что-то случилось? — спросил Стюарт.       — Хэтфорд, твоя любимая сестрёнка мертва, а племянник через несколько дней будет у Мясника. И да, включи телевизор, на матч экси «Лисов», там будет некий Нил Джостен, и он очень сильно похож на твоего какого-то родственника.       На втором конце провода что-то зашуршало, пошумело. И спустя пару минут Стюарт ответил:       — Кастерниол, я в долгу не останусь.       — Окей.       Вскоре они отключились, Стюарт собирался прилететь в Соединённые Штаты, чтобы спасти племянника. Люк, довольный, ушел в свою комнату, а Жан вновь что-то печатал в телефоне.       — С кем переписываешься? — поинтересовался Иван.       — С Джереми Ноксом, — ответил Жан, не отрываясь от телефона.       — А Рене? — спросил Иван удивлённо.       — А, так она с Раей, — Жан встал, — ладно, я пошел, спокойной ночи.       Жан покинул комнату. Иван был потрясён. Этого в трилогии точно не было. Но поразмыслить у него не получилось: ему пришло сообщение от Кристофа, тот как обычно просил кофе.       Иван с чашкой кофе зашёл в комнату Кристофа, не постучав. Кристоф сидел за столом и смотрел в монитор. Капитан «Воронов» поставил чашку на стол и собирался уйти. Но Кристоф встал из-за стола.       — Рико, — позвал он его.       Иван повернулся лицом к палачу, ожидая следующих действий. Кристоф сделал несколько шагов вперёд, не оставляя между ними расстояния, из-за чего Иван сделал пару шагов назад, а Кристоф столько же вперёд.       Капитан «Воронов» почувствовал за своей спиной стену, Кристоф навис над ним. Глаза напротив. Кристоф наклонился, приблизившись, — теперь между губами оставались считанные миллиметры.       Последнее, чего Иван ожидал от Кристофа, было то, что палач прикоснется к его губам своими. Лёгкий поцелуй.       Ивану потребовалось несколько секунд, чтоб это понять. Он попытался оттолкнуть Кристофа от себя, но Ховс держал одной рукой его запястья, подняв их над головой и прижав.       — Ты что?.. — не успел обрушить на Кристофа все русские маты Иван, так как его заткнули поцелуем. Но уже французский.       Иван чувствовал, как чужой язык находится у него во рту. Поцелуй был совсем другой — нежный, чувственный. Иван прикусил чужую губу. Кристоф отстранился от Ивана, и языком слизал собственную кровь, усмехнувшись.       — Ах ты, садист.       — Сам ты садист, — прошипел Иван, пытаясь выдернуть руки, но Ховс держал их крепко, что ужасно огорчало Ивана.       Кристоф улыбнулся и заново поцеловал, но вновь иначе — грубо, жёстко, властно. Сердце капитана «Воронов» билось бешено, дыхания не хватало, а ноги начали подкашиваться. Кристоф свободной рукой обнял его за талию, тем самым прижимая к себе и не давая упасть.       Он с поцелуя в губы начал переходить на шею. Кристофу хотелось с шеи уже перейти на тело, но его остановили.       — Хватит, — голос Ивана был хриплый. Кристоф остановился, отпустил чужие руки. Ховс ожидал, что Морияма начнет его материть или даже драться полезет. Но он ничего из этого делать не спешил. Тот просто пытался восстановить дыхание, опершись спиной на стену, закрыв глаза.       Кристоф обнял его. Удивительно, что никто не стал его отталкивать.       — Идем спать, — позвал Кристоф.       — Ты, сволочь, все объяснишь, — ответил Иван.       Кристоф ничего отвечать не стал, ну что там объяснять-то? Иван заснул сразу, а Кристоф лежал, глядя в потолок. В комнате свет был выключен, так что на потолке ничего интересного не было.       Он не мог понять свою сестру, которая от безответной любви собиралась покончить жизнь самоубийством.       Ховс повернулся на бок, лицом к Ивану. Второй мирно спал. Кристоф стал изучать его лицо. Лицо у него светлое, даже немного бледное, ровные черты лица, единица на скуле. Кристоф приложил большой палец к единице, закрывая ее. Он уже не был уверен в своих чувствах, ему казалось, что он чувствует к капитану «Воронов» нечто большее, чем просто любовный интерес. Словно это настоящая любовь, та, которую описывают в романах.       — Такого быть не может, — очень тихо произнес Кристоф.