Начать вновь

      Тренер Морияма ещё не вернулся с похорон, но в Гнезде стояла мрачная атмосфера, что ужасно нервировало Ивана. Все старались вести себя тихо из-за смерти Кенго.       — Люди, вы меня бесите, — произнес Иван, обращаясь к своей команде во время утренней тренировки, — так что от ночной и завтрашней тренировки вы будете освобождены. Возражения имеются?       — Нет, капитан, — за всю команду ответил Люк.       — Шикарно, — обрадовался Иван.       Утренняя тренировка вскоре подошла к концу. Вечер этого же дня Свита провела за просмотром фильма. Учитывая, что тренера не было в Гнезде, они позволили себе выпить "немного" алкоголя.       — Давайте сыграем в «Я никогда не»? — предложила Саманта, забирая бутылку с водкой у Филла и делая пару глотков.       Свита была не против. Водку разлили по стаканам. Игру начинала Саманта.       — Я никогда не, — девушка на добрых десять секунд задумалась, и ее глаза загорелись, — целовалась с человеком моего пола.       Энджел и Люк переглянулись и сделали по глотку глоток, следом и Рая. Филл, недолго поглядев на свой стакан, повторил за ними. Иван вздохнул и тоже выпил. Не выпили только Жан и Саманта.       — Не поняла, когда это вы успели? — спросила Саманта. Люк усмехнулся, но и отвечать не стал так же, как и другие. — Я жду подробностей, — потребовала она.       — Гадость, — отозвался Филл, — я не буду ничего рассказать.       — Она была красивой девушкой, ну, и я была не особо против, — ответила Рая, закусив орешками.       — Я лично рассказывать ничего не буду, — сразу отрезал Иван. Саманта разочарованно вздохнула: ни Филл, ни капитан не хотели рассказывать.       — Теперь я, — произнес Жан, — я никогда не мечтал убить своего соседа.       Выпили все, кроме девочек и Ивана. Саманта и Рая дружили между собой, а у Ивана соседа просто-напросто не было.       — Прости, Моро, но иногда я хочу тебя убить, — признался Филл.       — Если ты знал бы, как это взаимно, — ответил Жан.       — Я никогда не каталась на роликовой каталке, — продолжила Рая.       Выпили Саманта, Энджел, Филл, Жан и Иван.       — А я ещё и на русских горках катался во Франции, — похвастался Люк.       У Ивана в прошлой Вселенной было много возможностей покататься на американских горках, но страх упасть не позволял ему этого.       — Повезло, — сказала Саманта, Свита была с ней согласна.       — Я никогда не, — задумался Люк, он окинул Свиту задумчивым взглядом, — думал о самоубийстве.       Филл посмотрел на свой стакан и сделал глоток, за ним Рая и Энджел.       — Ужас, я не думал, что вы выпьете, — признался Люк.       — Меня не берите всерьез, у меня просто в горле пересохло, — соврал Филл.       «Им нужен психолог», — в который раз понял Иван.       — Меня тоже, — поддержала Рая, — я прошла этот этап после того, как меня заметили «Вороны».       Саманта обняла ее. Энджел что-либо говорить не собирался, он всего лишь положил свою голову на плечо Люку.       — Я никогда не испытывал чувств к человеку из команды противников, — сказал Филл, скрестив ноги.       Жан и Рая переглянулись и выпили.       — Снова не догнала, — произнесла Саманта, — почему тут у всех любовь-морковь, а я одна?       — Не ты одна, — подбодрил подругу Филл.       — Пока я не найду себе пассию, не смей влюбляться.       Филл кивнул.       — Кто это? — спросил Люк, обращаясь к Рае и Жану. Они оба молчали.       — Ну и фиг с ними, — отмахнулся Энджел. — Я никогда не подслушивал чужие разговоры.       Выпили все, что было не удивительно.       Спустя пару дней в Гнездо вернулся тренер Морияма, а Кристоф нет. Ховс остался рядом с новым Лордом, чтоб помочь ему. Вначале Кристоф написал пару сообщений, но Иван не ответил ни на одно — зачем? Они вряд ли встретятся. На душе было паршиво и пусто. Словно чего-то или кого-то не хватает. Бессонница стала его вновь мучать. Он до последнего не хотел пользоваться снотворным, но выхода особо и не было.       Дни проходили для него словно вечность, ничего не менялось и все было словно серым, хотя на самом деле черным.       — Ты что-то в последнее время мрачный, — подметила Саманта на одной из тренировок, — что-то случилось?       — Да все нормально, — но это была ложь.       Игра «Лис» против «Троянцев» закончилась победой «Лисов» со счётом пятнадцать к восьми. Хотя в оригинальной трилогии счёт был тринадцать к девяти. Как говорится, живой Сет знает свое дело.       После состоялась игра «Воронов» против «Троянцев». Игра принимала жестокий оборот, ведь на поле вышли две самые сильные команды Соединённых Штатов. Но «Вороны» были куда сильней, и, конечно же, они победили. Жан и Джереми отдельно от всех о чем-то переговаривались. Кристоф тоже больше не писал сообщений, что сильно расстраивало Ивана, хотя он сам не ответил ни на одно, просто игнорировал.       Через неделю должна была состояться финальная игра с «Лисами», и тем самым приближался конец трилогии. Неделя пролетела быстро и без каких-либо изменений.       Сборная Эдгара Алана выделяла секцию для семьи и друзей прямо позади скамейки запасных. Места выделялись для команды противника. Лисам предоставили восемнадцать мест, которые надо было поделить между десятью игроками. Для гостей собственной команды места выделялись у Восточной башни. Так что многие игроки команды «Воронов» смогли увидеться с близкими, хотя пришедших было мало. Иван знал, что в одной из башен находится его "брат".       За час до начала игры даже перед общежитием Эдгара Алана не осталось ни одного свободного парковочного места. Вся территория стадиона кишела фанатами, облачёнными в траурно-чёрные одежды.       «Словно они пришли на похороны», — подумал Иван.       Безостановочная череда вспышек камер и крупные мужчины в официальных костюмах сопровождали появление очередной знаменитости. Полицейские были буквально повсюду, а для автобусов даже оцепили специальную секцию.       Как только главный комментатор принялся перечислять имена Лисов, выездной оркестр университета Пальметто «Рыжие тона», расположившийся в специально выделенном месте, с нескрываемой искренней гордостью заиграл командный гимн. Дождавшись окончания композиции, диктор перешёл к списку Воронов. Гимн сборной Эдгара Алана звучал так же враждебно и угнетающе, как и всегда.       «Забыл поменять, — признался самому себе Иван, — после игры обязательно поменяю».       Барабаны продолжили отбивать тяжёлый ритм даже после окончания гимна. Фанаты топали ногами, вторя барабанам, и, казалось, что весь стадион слился с этой злой, мучительной мелодией.       Иван окинул трибуны взглядом, но человека, которого он ожидал там увидеть, не было.       Капитаны команд встретились на поле, чтоб подбросить монетку.       — Удачи вам на игре, — пожелал Иван Дэн после их рукопожатия.       — Спасибо, вам тоже, — ответила девушка.       Вскоре подбросили монетку, первая подача выпала Лисам.       Толпа всё ещё выстукивала ритм Воронов, словно собиралась продолжать так до конца игры.       Вороны вышли на поле первыми и чётко разошлись по своим позициям. Сначала объявили Рико, потом Саманту. Среди Лисов первым объявили Кевина, сразу после него назвали имя Сета. Дэй и Гордон направились к середине поля на линию нападающих. Иван проследил за взглядом Саманты и увидел Кевина с новой татуировкой.       — Когда ты успел стать Королевой и почему меня не позвал на коронацию? — спросил Иван у Кевина.       — А, так коронации ещё не было, — ответил Кевин, гордо вскинув голову.       — Меня не забудь позвать.       — Не забуду.       Спустя несколько секунд Иван сказал: — Ах да, после игры забери свои вещи из моей комнаты.       Кевин кивнул.       Вскоре участники обеих команд заняли свои места на поле. На последней секунде прозвучал гудок, и Дэн сделала первую подачу сегодняшней ночи. Игра началась не слишком жестоко, однако достаточно быстро дошла до этого градуса. Тела игроков врезались в стены, падали на пол; клюшки сталкивались со свистом, едва не задевая шлемы. Защитники и нападающие Лисов закрывали ворота не жалея себя. Изо всех сил старались выбить мяч и отдать его своим. Однако их рвение и желание не могло вечно спасать положение. Они просто-напросто были недостаточно быстрыми в сравнении с Воронами. Рене выкладывалась на полную, но ничем не могла противопоставить Ивану и Саманте, которые обходили её серией быстрых и точных передач. Каждый раз ворота «Лисов» загорались красным.       Команды ушли на перерыв со счётом девять к пяти. Хотя в трилогии первый тайм закончился совсем другим счётом.       Пятнадцатиминутный перерыв закончился слишком быстро. Прежде чем шагнуть на поле, Кевин стукнул клюшкой о пол и перебросил её в другую руку. Он шел к центральной линии с высоко поднятой головой, держа клюшку ведущей рукой.       Второй тайм игры превратился в настоящее неистовое побоище. Раз за разом Вороны уверенно оттесняли Мэтта с Аароном в сторону, чтобы ударить по воротам; и каждый раз Эндрю блокировал их броски.       Спустя семнадцать минут счет изменился на двенадцать к десяти, и у Воронов начали серьёзно сдавать нервы. Они собирались полностью снести защиту Лисов.       От второго тайма оставалась едва ли половина времени. И даже то, что Лисы привыкли отыгрывать матч целиком, не отменяло тот факт, что сейчас у них банально кончались силы. Противостояние Воронам давалось им крайне тяжело и стоило слишком многого. Следующие десять минут голов не было, но вовсе не потому, что никто не старался.       Наконец Саманта сумела обогнуть Аарона и быстро ударить по воротам. Эндрю опоздал на доли секунды — едва стена окрасилась красным, Миньярд саданул клюшкой по створке ворот.       — Эй, не нервничай ты так, — крикнула Саманта к Эндрю, — на этом жизнь не заканчивается.       Эндрю окинул девушку гневным взглядом, но Саманта уже направлялась на свою линию. Ваймак выпустил на поле новых защитников: Мэтта и Ники, Нила — вместо Сета.       Игра продолжалась, до тех пор пока над полем не раздался искаженный звон. Нил упал на колени, едва успев подставить руки, чтобы не завалиться полностью. Звонок прозвучал снова. Тринадцать к тринадцати — Кевин успел забить на последних двух секундах. Счёт был равен.       Иван посмотрел на Нила, после на трибуны. Стояла гробовая тишина, все были в шоке. Капитан «Воронов» протянул Джостену руку, чтоб помочь встать. Нил ее принял и осторожно поднялся, но рядом сразу оказался Эндрю. Вратарь забрал Нила к себе.       Иван вновь попытался взглядом найти среди болельщиков Кристофа, но его все равно там не было.       — Спасибо, — отозвался благодарностью Нил. Капитан «Воронов» с трибун перевел свой взгляд на Джостена, тот стоял опершись на Эндрю.       — За что? — не понял его Иван.       — За то, что связался с моим дядей, иначе Мясник меня убил бы, — объяснил Нил с улыбкой.       Иван вскинул левой бровью и ухмыльнулся.       — Прими мои соболезнования, ведь твоего отца убили, это так ужасно.       — Ты тоже прими мои, ведь твой отец откинулся.       К ним подошла Саманта.       — Счет равный, ничья, — начала взволнованно Саманта, — судьи сейчас считают пропущенные мячи и прочее.       Трибуны, затихшие на некоторое время, вдруг разбушевались. Они кричали оскорбления, слова поддержки и многое другое.