Не бросайте меня...

*** Санзу, несмотря на то, что находился в чужом доме, уснул быстро. Ему было тепло и комфортно в объятиях этой девочки. Сон парня прервал посторонний звук. Санзу медленно приоткрыл глаза и повернулся к его источнику. Шион лежала поверх одеяла и громко всхлипывала. Она была одета в толстовку, а на голову был накинут капюшон. Не трудно было догадаться, кому принадлежала вещь. Девочка обнимала себя руками и баюкала, тихонько покачиваясь. «Ранчи», — она бесконечно шептала это по-детски неправильное сокращение имени старшего брата, проглатывая слезы. Санзу был в немом шоке. Она звала во сне своего брата и, в целом, настолько зависима от него… Это пугало. «Что же у них за взаимоотношения такие? А Риндо? Из-за него она тоже так истерит? Эта троица явно с сюрпризами», — пронеслось в голове Санзу. — Шионни, проснись. Это всего лишь кошмар, — парень слегка потряс её и похлопал по плечу. — Ран где? — протянула девочка, натирая зудящие глаза. Санзу пришлось промолчать. Он чувствовал себя паршиво. Будто занимает чужое место. — Хару… Который час? — Пять утра, — ответил парень, игнорируя первый вопрос. — Мне через час вставать. Полежим тогда еще немного, — сказала девочка, снова укладываясь на груди блондина. — Ши? — обратился к ней Санзу. — Что? — Насколько вы с Раном близки? — глаза парня лихорадочно бегали по потолку. В силу возраста, она не видела никакой проблемы. Близки, дальше что? Они же семья. Разве так не должно быть? — Насколько это возможно, — сухо ответила Шион. — Понятие возможного растяжимо. — Что ты хочешь от меня услышать? — с раздражением посмотрела она на Санзу, — Ран и Риндо — мои братья, самые близкие люди. Они разные, и их характеры разные, поэтому и взаимоотношения внутри нашей семьи тоже разные. — А что если у кого-нибудь из них появится… — не успел закончить Санзу, как был перебит. — Харучиё… Не будем об этом, — Шион закрыла своей ладонь рот парня. Голос был, несвойственно ей, низкий и хриплый. Хайтани вскочила с кровати и начала собираться на учебу. Она пошла к шкафу и резко стянула с себя толстовку с футболкой, под которыми, почему-то, не было белья. Хотя, какое белье полагалось десятилетней девочке, тело которой даже не до конца сформировалось? — Шион, твою мать! Ты вообще меня за парня не принимаешь что ли? — завопил Санзу. — Так, стоп. Ты парень? — с сарказмом спросила Хайтани. — Да ладно тебе. У меня грудь пока не больше, чем у тебя. Если не меньше. — Ладно. Тогда, когда ты подрастешь, я проверю, — засмеялся Хару. — Тогда и я твою проверю, — с серьезным лицом сказала Шион. — Что? — Что? — передразнила его. — Чего вылупилась? Иди готовь еду. Я не умею. — Я тоже не умею. Для меня готовил всегда Риндо. Поэтому я решила, что съем твою вчерашнюю часть пиццы, — сказала она и рванула к кухне. — Только тронь! — завизжал Санзу. — А нечего было вчера отказываться! Остаток пиццы они поделили пополам. Тот жалкий, уже располовинчатый по вертикали кусок поделили еще раз пополам. Теперь он был тонким, как катушечная нитка, но им хотя бы было спокойно, что все поделено честно. Иногда не верится, что у них разница в возрасте 3 года. *** — Какие планы на сегодня? — спросил блондин. — После школы пойду в додзе Сано. — Не понял. Что ты сказала? — поднял на нее глаза Санзу. — Майки позвал на тренировку. Я хочу отработать пару захватов. Слизала их у Риндо. Для первых 10 боёв будет более, чем достаточно. — Стой, что за бои? Только не говори, что ты хочешь пойти их путем. — Да, я уже иду по их пути. — Ты ебнулась совсем? Куда ты лезешь вообще? Ты девушка! И то громко сказано. Ты девочка, совсем ребёнок. Вырастешь, получишь образование, выйдешь замуж и будешь жить своей прекрасной розовой жизнью. Вот как должно быть. — Я не буду счастлива, если буду без них. Мой путь переплетен с Раном и Риндо. — Угомонись, Шион. — Разве ты не должен уважай мое решение? — пытливым взглядом сверлила его младшая. «Боже, тебе всего лишь 10 лет. Как ты можешь принимать решения, которые повлияют на всю твою жизнь, в таком возрасте?» — про себя вёл с ней диалог Санзу. — Ты думаешь, что я совсем еще ребенок, да? — она будто прочитала его мысли, — и ты прав. Но вчера я увидела Майки на этом вашем собрании, и ко мне пришло осознание. За ним хочется идти. Хочется доверять ему, как лидеру, как другу. Но быть ведомой я не хочу. Лидером быть хочу. Как он. Тогда я буду уважать себя. Буду считать, что живу не зря. Ран и Риндо столько раз защищали меня, получали за меня… Я — слабое место, трещина в нашем корабле, которую надо залатать. Иначе мы не только не поплывем, но и потонем. Мои братья были еще младше меня, когда начали этим заниматься. Если бы они продолжили вести себя, как дети, то мы через неделю умерли бы на улице. Мне необходимо забраться на верхушку и закрепиться там. Именно поэтому я пойду тернистым, грязным и опасным путем. Это своего рода закалка. Или я не права? «В ее словах точно есть смысл. Да и я стал гопником будучи ее ровестником», — сказал про себя Хару. Парень помялся еще какое-то время, снова бросил на младшую недовольный взгляд и тяжело вздохнул. — Я понял тебя. Только, если будет тяжко, обещай, что скажешь мне и позволишь помочь, — Санзу нагнулся к ней, щёлкнул пальцами по лбу и улыбнулся, когда та нахмурила брови. Шион, закатив глаза, протянула долгожданное «ладно» и побежала собираться в школу. Сегодня ей предстоит сложный день. Еще не ясно, как теперь будут реагировать люди на младшую Хайтани. Особенно в родном Роппонги. *** В школе всё было как раньше. Девочки, что сохли по братьям Хайтани, пытались водить с Шион дружбу, а парни держались подальше. Однако были и те, кто возомнили себя новыми королями района. Фатальная ошибка. Никто особо не стал трогать девочку, которая не имела отношения к пацанским разборкам. И Шион была уверена, что никто и не рискнет. Однако смельчаки нашлись. Все произошло в обед. Девочка пошла поесть в столовую, после нескольких уроков математики подряд, которая давались ей не очень. Недовольная своими результатами за прошлый тест, Шион плелась в поисках свободного места в забитом помещении. — Эй, мышь Хайтани! — окликнул ее грубый голос с другого конца столовой. Все присутствующие сразу уставились на Шион. Она скривилась и окинула парня брезгливым взглядом. — «Мышь» значит? Не суди других по себе. Животное только в твоем отражении, примат ебаный. В такие моменты она позволяла себе выражаться покрепче. Словарный запас у нее растянутый, благодаря друзьям-матершинникам её братьев. Можно было себе позволить. Глаза подростка словно залились кровью. Этот бык конкретно завёлся. — Ты мелкая шлюха! Думаешь, если отсасываешь Рану, то можешь базарить так со мной?! Парень был старше Шион на пять лет, старшеклассник, еще и выше нее на голову. Но ведь чем больше шкаф, тем громче он падает. — Придумал бы что поинтереснее… А, я поняла! Ты сам хотел сделать это с Раном? Мерзость какая. Разочарую тебя. Мой брат не зоофил. Про себя Шион обязательно пообещала, что замолит каждое ужасное слово, которое ей пришлось сегодня сказать. А иначе было никак. Надо же ставить таких животных на место. — Завали рот! — он разорался так, что Шион вся сморщилась от раздражающих звуков. Парень тут же занес кулак, расчитывая, что избиение маленькой девочки сделает ему имя. Но неужели он думал, что младшая Хайтани будет жалкой соплячкой и подстилкой? Ребёнок впитывает все как губка. Бьют — бей первым. Так они её учили. — Следи за мной. Девочка подняла руки на уровне лица, слегка согнулась в коленях и нанесла два удара правой под нос и, когда парень открылся, получил быстрый и точный удар левой в живот. Три парня, что были с главным, решили тоже включиться в драку. Не теряя ни секунды, второй проскользнул к сопернице, но не успел замахнуться, как грубая подошва Хайтани впечаталась в его челюсть. Третий и четвертый подобрались с двух сторон. Шион только лишь благодаря условному ревлексу успела поймать одного из них за шиворот рубашки и толкнула в другого. Парни вместе упали на паркет. Шион подошла к первому, взяла его за волосы и с полным чувством справедливости била самопровозглашенного главаря школы об стол, пока его лицо не стало переливаться синими и фиолетовыми гематомами. Живее всех были второй и четвертый, они уже готовы были встать на ноги и с новыми силами оттаскать маленькую выскочку по всем коридорам. Хайтани понеслась на них, наполненная адреналином, и влетела ногами в лицо четвертому. В юбке особо не помашешь ногами, но кто бы ей об этом напомнил. Шион прибила парня к стене, от чего тот с рассеченной головой отключился. Она быстро встала с него и поплелась ко второму. Парень защищался. Он точно занимался карате или капоэйрой. Сечет ногами, как надо. Шион поймала тяжелую ногу и обхватила ее руками, резко потянув на себя. Парень упал на спину. Резкий поворот ступни. Хруст. Шион ослабила хватку, как вдруг кто-то схватил ее за волосы, пытаясь ударить коленом лицо. Это был Первый. В Шион бились паника и злость. Она не могла позволить себе опозорить имена братьев. Рывком Хайтани освободила свои волосы, оставляя густую копну в сжатом кулаке гориллы. Она выхватила вилку из рук какой-то старшеклассницы и с размаху воткнула ее в глаз парню. Тот завопил, словно дикий зверь, на которого он и внешне был похож. По всей столовой прошлись возгласы ужаса, девушки завизжали, отварачиваясь от кровавого зрелища. — И это ваш главный? — Шион приподняла за волосы окровавленную голову, брезгливо поморщившись. Нос у парня был синий и вывернут в сторону. Девочка бросила его валяться на холодном полу. Оглядевшись, она увидела толпу испуганный школьников. Многие из них были старше нее, но в их глазах Хайтани уже не выглядела маленькой соплячкой. Разве ребёнок мог такое сотворить со старшеклассниками? Девочка решила, что это как раз тот самый момент, когда ей нужно обозначиться. Если она не сделает это сейчас, то другого момента может не подвернуться. Она подошла к столу, за которым сидели её одноклассники, смахнула одним движением все посуду на пол и встала на него ногами. Все уставились на нее, не представляя, что еще можно ожидать. — Я Шион Хайтани, — начала она. — Теперь средняя и старшая школа Роппонги подо мной. Кто не согласен, имеет право прямо сейчас оспорить мои слова. В бою. В столовой воцарилась тишина. — Тогда решено, — Шион хлопнула в ладоши, спрыгнула со стола и с серьезным видом вышла из столовой. Она быстрым шагом направилась в уборную и закрылась в кабинке на замок. *** Глупая улыбка сама собой расцвела на её лице. «Это было так просто. Доминирование, превосходство — экстаз. Я устроила жесткое шоу, наверное, не надо было доламывать нос тому парню. Хотя, чем больше крови, тем больше страха. А где страх, там и уважение. Власть Хайтани строиться только на этом. Надо узнать, кто в школе еще состоит в банде, кроме той четверки, и в какой именно банде. Наша школа третья в Токио, — продолжала размышлять Шион. — Первая находится в Шибуе. Вторая в Уэно. Было бы неплохо знать, кто там дергает за ниточки.» *** До конца учебного дня к Шион никто не подходил. Почему ее не вызвал директор? Потому что теперь по школе гуляют рассказы о жестоком избиении тех самых «Четырех медведей». Шион на деле показала, что такая же, как и старшие братья. Никто не оставил территорию, принадлежащую Хайтани, без присмотра. Ученики просто боятся ее, ведь около полусотни видело этот кошмар вживую. Никто не посмеет теперь донести на нее. Что с ее «жертвами»? Шион сказала учителю, что парни передрались, а она их пыталась разнять. А очевидцы, кончено же, подтвердили эту информацию. Всех четверых перевели на домашнее обучение. Одного сразу увезли в реанимацию, а троим вправляли вывихи и накладывали гипс. Им было не до школы. *** Новость быстро разлетелась. Около средней школы Шибуя никак не утихали обсуждения. И до ушей Свастонов они тоже дошли. — Баджи, ты идешь? Чего остановился-то? Ты разве не торопишься на встречу с девчонкой? — начал подкалывать того парень плотного телосложения. — Па, ты меня вообще слушал? Это будет тренировка у Майки, блять! — Да-да, — Па потянулся и синул руки в широкие карманы штанов. — Ну-ка постой. Что за толпа там? Какие-то разборки? — Пацаны, что у вас? — крикнул тем Баджи. — Кипишь в соседней школе. Говорят, с сегодняшнего дня средняя и старшая школы Роппонги снова у ног Хайтани, — ответил кто-то из толпы. — Придурки, — Па-чин хлопнул себя по лбу. — Хайтани недавно только сели. — Так это их мелкая сестра. Она «Четырех медведей» разъебала. Шион ее звать. — Шион? — Баджи недоверчиво вскинул брови и сжал губы. «Могла ли та Шион сотворить такое? И действительно ли она в родстве с Королями Роппонги? Тогда почему она была в тот день с Санзу»? — Баджи ненавидел быть в неведении. Столько вопросов, а узнать и не у кого. — Па, я в додзе, — Баджи хлопнул друга по плечу. — Увидимся на собрании. — Погоди, а разве твою подружку…? — Потом, Па. Все решим потом.