Второй

      Дом Ирумы вместо несвязанной нецензурной брани, слышимой аж со двора, встретил гробовой тишиной. Впрочем, стоящая за забором небольшая машина всё объясняла.       «Мать дома», — просто и ёмко заключил Кокичи, когда вышел на улицу из душноватого салона.       Через пару минут четверо подростков стояли перед калиткой, а «лидер» группы планомерно нажимал на звонок, с каждой секундой теряя остатки терпения.       — Что-то она не торопится. А мы и так задержались из-за пробки в центре, — задумчиво произнёс Бэи-чан, после чего как можно громче закричал: — Э-э-эй! Выходи, грубая девчонка!       — Вы совсем кукухой поехали? — резко появившаяся рядом с ними Миу с пакетом из круглосуточного магазина в руках заставила блондина чуть не свалиться от неожиданности.       — Кто знает. Не тупым свиньям как ты судить об этом, — почти на автомате ответил Ома и, мельком глянув время на телефоне, протянул руку вперёд. — Шевели задницей, ногами, руками, что там ещё к шлюхам прилагается, и неси свой гений мысли. А если он до сих пор не готов… — на лице образовалась жуткая широкая улыбка, не несущая ничего хорошего. — Будешь батрачить в Сибири на рудниках, уж мы это устроим.       Услышав угрозу, девушка сразу же растеряла уверенный настрой, но попыталась этого не показать:       — Д-да сделала я, просто в магазин вышла… Хотя, погоди, — Ирума ухватилась за пришедшую ей мысль и вновь начала напирать: — Сначала заплати, а потом забирай! Великая изобретательница за нихуя не работает, особенно для таких мелкий пиздюков как ты!       — А ты сначала покажи, что сделала!       — Ага, вдруг ещё наебёшь Ому-чана! — вступили в разговор Момо-чан и Бэи-чан. Они могли спорить между собой по двадцать раз на дню, хотя на самом деле даже не подозревали, что вдвоём работают чуть ли не синхронно. Кокичи почти сразу понял это, но решил не раскрывать правду. Авось ещё на него накинутся, утверждая обратное, а подобных раздоров в D.I.C.E. существовать не должно.       — Э… Эй! Я одна, а вас тут, блять, четверо! Твои шавки ещё и условия ставят! — последние слова Миу были адресованы самому юному детективу, дабы вывести его из себя.       Тем не менее, тот лишь завёл руки за голову и засмеялся над бесполезными попытками:       — Ни-ши-ши, единственная, кто тут возникает — это ты! Пока я не увижу ключ в твоих липких потных руках, то денег тебе не видать. Я-я-ясно?       Девушка стиснула зубы, но, пробурчав что-то похожее на «Подавись», достала из кармана обтягивающих джинсов упомянутый ключ. Кокичи тут же сменил гнев на милость, доброжелательно улыбнувшись, после чего отсыпал из кошелька нужную сумму.       — Прошу, заслуженные честным трудом, а не как обычно в твоём случае раздвиганием ног, двести иен! — они обменялись железками разного назначения. — Можешь проверить — всё честно!       — Та-а-ак… — Ирума внимательно посчитала всю мелочь, которой было не очень много. Хотя и неудивительно, за такую финтифлюшку мало чего можно… — Эй! Тут же триста, а не двести, счетовод ты ху… — но пока Миу была занята полученной прибылью, вся группа с экстравагантным лидером во главе уже уселась обратно в машину и уехала. — Ну и катись, щедрая, блять, жертва аборта…

***

      Снова темнота, снова дверь, снова вокруг неё столпился D.I.C.E. (всё ещё в составе трёх человек), чуть ли не слепя друг друга фонариками в телефонах. Сам Ома же изо всех сил старался наконец открыть проклятый замок, проворачивая туда-сюда сделанный ключ. Казалось, что результата ноль, ведь тот никак не мог захватить предполагаемую последнюю петлю механизма, но тут раздался так ожидаемый щелчок.       — И года не прошло, — облегчённо выдохнул парень, убирая маленького металлического спасителя в карман пиджака. Снятый замок с глухим стуком упал на асфальт. — Ну что, открываем?       — Спрашиваешь ещё! — наперебой ответили Момо-чан с Бэи-чаном, Кагаяку-чан просто кивнул.       — Тогда, как я и говорил… Сезам, — Кокичи взялся за короткую выемку в крепкой железной двери, после чего одним рывком распахнул настежь: — откройся!       Прежде всего, что бросалось в глаза, а точнее в нос — запах. Противная, тошнотворная вонь гнилого мяса, от которой так и тянуло поскорее найти какой-нибудь пакетик. Такое ощущение, будто здесь кто-то давным-давно подох.       «Мерзость…» — внутренне скривился Ома, но взгляд тут же уловил какие-то освещённые формы, оставленные на очень пыльном полу. Неужто это…       — Стоять! — загородил рукой проход он, дабы никто не стоптал новую улику. Следы явно были свежими, ведь явно выделялись на таком слое пыли. Интересно, давно ли здесь кто-то ошивается…       Впрочем, об этом можно подумать позже. Парень аккуратно переступил порог, освещая уже целые цепочки двух пар обуви. Одни следы были небольшими, скорее даже женскими, другие же, судя по широте шага, принадлежали достаточно высокому человеку, возможно мужчине. Хотя, любой может носить какую угодно обувь, так что пока утверждать о принадлежности пола рано.       — Что там, Ома-чан? — свет, идущий от остальной группы, накрыла тень любопытной Момоки. — Тут просто так воняет, а ты сказал стоять на месте, и мы, собственно, стоим…       — Гидравлический пресс, который, блять, давит людей, — Кокичи разозлился, ведь теперь ничего не было видно, кроме того, что попадало под луч фонарика его собственного телефона. — Момо-чан, будь душкой и съебись, а то всё загораживаешь.       Широкая улыбка, еле видимая в полумраке, явно говорила куда более красноречиво, поэтому девушка сразу же подняла руки, сдаваясь, и ретировалась. Поднявшаяся из-за свежего ветерка снаружи пыль вновь отражалась на свету.       Можно продолжать. Парень аккуратно присел на корточки, стараясь не опираться на пол, и внимательно пригляделся к оставленным уликам. Всё, как он изначально и предположил: две пары уже не, скорее всего, а точно принадлежат разному полу. Конечно, Ома не знаток обуви, но по форме можно было распознать кожаные ботинки и элегантные туфли на небольшом каблуке.       — Они тут что, танцевали? — задал вопрос Бэи-чан, тем самым привлекая внимание к общей картине. Слишком уж хаотичны «отпечатки», из-за чего напрашиваются два вывода: либо тот, который озвучил блондин, либо собеседники были на взводе и спорили. Если бы можно было поставить на предполагаемо правильный вариант — Кокичи пошёл бы ва-банк на второй. Сто процентов ушёл бы с огромным кушем.       — Не думаю, Бэи-чан, — парень с той же осторожностью сделал фотографии новых улик, после чего встал и стал спокойно расхаживать вокруг, рассматривая пыльное оборудование. — Мы тут наблюдаем ссору неизвестной сладкой парочки. Миленькое место для выяснения кто, кого и когда ебал. Хотя… — на полу блеснуло кольцо от какого-то брелока, который тут же оказался у него в руках. — В нашем случае кого похитили. И да, заходите уже.       Таким активным личностям как Момока и Ютака повторять два раза не нужно: они тотчас ввалились в небольшую комнату, подняв кучу пыли (от которой они потом ещё минуты две откашливались) и затоптав следы напрочь. За ними абсолютно спокойно вошёл Хикэру, сразу приступив к осмотру старой техники.       — Оки-доки, а что — БЛЯТЬ! — девушка открыла ржавый щиток, но мгновенно с размаху захлопнула обратно. Словив непонимающие взгляды, та стыдливо опустила глаза в пол: — Там, ну, это… Я нашла откуда вся вонь идёт… Это, э-э-э… Пара крыс, если что… Извините! — она была вынуждена выбежать на улицу, так как содержание желудка отчаянно просилось наружу.       — Слабачка, — констатировал Бэи-чан. — Я должен это заснять, чтобы потом присылать ей каждый раз, когда возникает!       — Э? Почему ты такой злой, Бэи-чан? — Кокичи решил разобраться с брелоком чуть позже, ведь назревающий конфликт нужно было как-то разряжать. — Ты должен лучше относиться к своим товарищам по команде! Поэтому положи телефончик в карман… — на его лице расцвела широкая ухмылка. — Ведь я первый запечатлею эту прекрасную картину!       — Чего?! — от резкой смены настроения блондин аж опешил, даже несмотря на то, что давно знаком со своим «лидером».       — Ни-ши-ши! А раньше надо было думать! — Ома подскочил к злосчастному для Момо-чан щитку и с грохотом открыл. Его тут же обдало «приятным» запахом разложения. — Видишь? Особая эстетика конца цикла жизни!       «Эстетика, блять, отвратности…» — на самом деле считал он, но внешне всё также непринуждённо улыбался. Подобное… Кхм, зрелище тот наблюдал лишь однажды, когда целый ящик приехавшей рыбы оказался далеко не первой свежести. И повторения опыта никак не входило в планы.       Показательно парень сделал пару фотографии бедных крыс, после чего повернулся к двум стоящим парням и подоспевшей Момоке:       — Я считаю, что тут хватать больше нечего. Да и поздно уже, — он мельком глянул на время, убедившись в правдивости своих слов. — Поехали по домам?       — Как скажешь, — пожал плечами Ютака, пока они занимались запиранием комнаты обратно. — Бли-и-ин, а мы сможем зайти сегодня поужинать у Омы-сан?       — Сегодня четверг, так что нет, — скрестив руки на груди, подал голос Кагаяку-чан. Как ни странно, именно у него среди всего D.I.C.E. самая хорошая память, ведь, смотри-ка, запомнил, что говорил Кокичи о графике работы матери.       — Э-э-эх, что за невезуха… — Бэи-чан тяжело вздохнул, так как больше всех обожал морепродукты. Особенно хорошо приготовленных.       — Ты губу-то… — замок благополучно защёлкнулся на своём месте, и теперь нельзя было сразу сказать, что тут вообще кто-то ходил. Прекрасно. Прямо как парень и рассчитывал. — Не раскатывай! То, что моя мама владеет магазином с бултыхающимися морскими тварями ещё не значит, что ты можешь взять их задаром. Хочешь сожрать какую-то каракатицу — будь добр, плати!       На самом деле Ома немного привирал. Конечно, его мама бесплатно товар никогда не раздаёт, но друзьям сына всегда делала огромную скидку или брала в качестве оплаты помощь с поставками (тот же Мори-чан своей силой не раз выручал с особо тяжёлыми рыбинами). Плюс, после работы любила заниматься готовкой чего-либо и, несмотря на далеко не богатое существование семьи, радовала безумно вкусными блюдами, чаще всего из рыбы.       В любом случае, время уже правда поджимает: на часах почти восемь вечера. Да, вечер только начался, но не стоит забывать и о своей обычной жизни, вне расследования. Пора ехать домой, пока окончательно не стемнело.

***

      «Фиолетовый кит — прямиком из вод Японии!». Вывеску дополнял нарисованный в начале мультяшный китёнок с рыбками вокруг него.       М-да. Когда мать только открывала магазинчик на первом этаже их дома и говорила, что назовёт в честь сына — она не шутила. Совсем. Так извернуться, каждый раз напоминая о когда-то безумной в детстве любви к любым вещам фиолетового цвета, ещё постараться надо. Впрочем, ничего другого ожидать от четы Ома и не стоило: все говорили, что они вдвоём — одного поля ягоды.       «Кит» встретил спокойной обстановкой и привычным запахом рыбы вперемешку с сырой землёй. Вокруг аквариумов с разной живностью стояли небольшие длинные горшочки с суккулентами. Немного странная прихоть, учитывая правила санитарии, правда его матери на подобное было плевать. «Я делаю магазин, где будет рыбёха, так пусть там будут и мои кактусы!» — громко заявила та, хлопнув по столу и напугав тем самым десятилетнего Шуичи, который гостил у своего друга. А во главе этого царства флоры и морской фауны за стойкой продавца отдавала пакет с креветками очередному покупателю сама хозяйка. Увидев же кто зашёл, она тотчас оживилась:       — Кокичи-тян, вернулся! Не стой на проходе и проходи быстрее! — женщина жестом подозвала к себе, освобождая раскладной стул, на котором до этого сидела.       Парень махнул рукой в качестве приветствия и послушно занял предоставленное место. Как-то выпендриваться, мол, не ребёнок он уже, не было ни сил, ни желания.       — Набегался, да? — с усмешкой спросила та, после чего всучила сыну небольшой свёрнутый пакет. — Я как знала, что будешь до вечера по городу носиться, поэтому приготовила такояки . Давай ешь, а потом поговорим!       — Спасибо, мам, — просто, без какого-либо сарказма поблагодарил Ома, приступив к еде. Он мог по привычке съязвить в ответ на трепетную заботу, правда, опять же, не особо имел желания это делать. Может, Кокичи Ома и абсолютно не подчиняющийся каким-либо рамкам мелкий говнюк, но в мире всё же существовал один человек, с кем парень мог полностью снять все маски. У этой особы был такой же совсем небольшой рост; такое же аккуратное лицо, делающее обладателя моложе на несколько лет; такие же тёмные волосы, которые невозможно привести в порядок никакими средствами; такой же непредсказуемый характер и просто огромное мастерство выжимать из себя ненастоящие эмоции… Да, и внешне, и внутренне Кокичи взял всё от Наоми, кроме, разве что, фиолетового цвета глаз. Был ли он от отца, которого после расставания с забеременевшей подружкой никто больше не видел? Кто знает.       — …В общем, мы договорились на моих условиях. Ах да, ещё заглянул Рантаро-тян, ну, знаешь, у них там день рождения у одной из сестёр будет, и потом спрашивал о… Ты меня вообще слушаешь? — тем временем непринуждённо рассказывала о событиях прошедшего дня женщина, но заметила, что собеседник задумался о чём-то своём. — Всё о похищении размышляешь, да?       Ома кивнул и отправил ещё один шарик на шпажке в рот. Кто именно замешан в этой истории долго гадать не приходится — стоит вспомнить только вчерашний вечер с таким смазанным концом дела. Мидори Сато точно далеко не последняя фигура здесь, если не главная, но слишком уж… Просто? Да, именно, слишком просто напрашивается подобный вывод, а в жизни мало что бывает настолько легко. В любом случае, нужно завтра или послезавтра наведаться к этой невообразимой женщине на пару с D.I.C.E. с несколькими вопросиками. Так, чисто для профилактики…       Отлично, вот и наметился план действий на завтра. Поток рассуждений пришлось прервать, ведь такояки благополучно закончились, да и игнорировать мать так долго не стоит. Сам по себе знает как это раздражает.       — Извиняй, просто найти Саихару-чана не так легко, как казалось, — с досадой в голосе ответил парень, но тут же мотнул головой и ухмыльнулся: — Но Великий Детектив так просто не сдаётся! Они ещё пожалеют, что посмели тягаться со мной, — последние слова он сказал с жуткой улыбкой на лице, которая напугала какого-то покупателя, выбиравшего тигровых креветок получше.       Хотя, реакция самой Наоми полностью отличалась:       — Так держать, Кокичи-тян! Покажи этим ублюдкам где раки зимуют, ни-ши-ши! Кстати говоря о ракообразных, — Ома-сан тут же сделалась серьёзной, что бывало нечасто. — Я, конечно, всё понимаю и дело Шуичи-тяна безусловно важно, но кое-кто пообещал не пропускать школу в пору экзаменов.       — Ну ма-а-ам…       — Не мамкай и не ной! — она фыркнула, демонстративно отвернув голову. — Ты прекрасно знаешь, что мне не так важны оценки или характеристика, сама далеко не божий одуванчик, но выслушивать каждый раз по телефону, что это я такая-сякая, раз сыну под зад особо не даю за прогулы — честно говоря, неприятно. Просто доходи эту неделю полностью, сложно, что ли?       — Ну ла-а-адно, если ты так сильно меня просишь, то дохожу, — снисходительным тоном проговорил Кокичи. Нарушит ли он обещание снова? Кто знает. Если это потребуется ради расследования — то да. Его мать это прекрасно понимает, но роль родителя подразумевает подобные выговоры, хотя бы для вида.       Женщина была вынуждена на пару минут выйти из диалога, дабы помочь клиенту выловить из аквариума нужные по размеру креветки. Когда всё было сделано, а товар оплачен, она вернулась, сменяя тему:       — Кстати, что сегодня удалось найти? Ты рассказывал только про записи с камер!       — Да ничего особенного, — пожал плечами Ома, откидываясь на спинке стула назад. — Мы потом поехали к туннелю, который на окраине. Там была комната управления под замком, но с помощью одной невоспитанной свиньи открыли её. Внутри кто-то знатно потоптался, и я предполагаю, что это были те самые похитители. А ещё там валялась вот эта побрякушка, — он вынул из сумки на обозрение брелок. На свету можно было, наконец, рассмотреть, что тот из себя представляет: пластиковая плоская форма с рисунком какой-то мультяшной чиби-блондинки в красном, сплошь состоящим из рюшек платье, короне и маской в руках. Это… Странновато?       — Ох, надо же. Кто-то сли-и-ишком невнимательный, ни-ши-ши, — захихикала Наоми, как будто ей не тридцать четыре, а лет пятнадцать. — Продолжай!       — Да нечего больше продолжать, — брелок отправился обратно в сумку. — Потом мы просто разъехались по домам. Знаю, скука смертная, но, думаю, это только начало.       — М? Начало чего?       Кокичи вновь широко улыбнулся, прямо-таки истощая внешнюю угрозу:       — Начало некролога для тех, кто подумал, что ассистента Великого Детектива можно так просто похитить.

***

      «И-и-и… Готово», — к фотографии Мидори Сато была проведена голубая линия, подписанная словом «связаны?».       Парень наконец отложил маркер и окинул взглядом свою работу. Да, пока совсем маленькая, но ещё успеет разрастись. Не зря же эта доска была на половину стены.       Ещё немного поговорив с матерью, он решил подняться к себе в комнату, чтобы записать и упорядочить все полученные улики. Заодно переодеться, а то ходить целый день в школьной форме — затея не очень. В шкаф благополучно отправился немного помятый гакуран , место которого сменили простые шорты и просторная белая футболка. После смены одежды Ома наконец занялся чем изначально хотел — систематизацией для нового расследования. Кристально-чистая поверхность доски так и манила заняться делом.       Спустя сорок минут борьбы со стареньким принтером, перепиской-переругиваниями в чате D.I.C.E. насчёт брелока и прочих доказательств небольшая система улик была готова. Как оказалось, находка Кокичи была довольно необычной, ведь как написали Момо-чан и Кагаяку-чан — такие выдавали только работникам той самой «Team Danganronpa» в честь десятилетия компании. И если складывать два плюс два, то имя Мидори Сато торчит из полученного вывода, как пресловутые заячьи уши, учитывая ранее полученную информацию.       Но этой самой Мидори они займутся завтра. Пожелав в своей шуточной манере команде спокойной ночи, парень отложил расследование и раскрыл учебник по японскому языку. Завтрашний экзамен будет как раз по нему, стоит повторить пройденный материал. Безусловно, он не выглядит как примерный ученик, но в рейтинге класса по любому предмету был на высоких позициях, деля их со старостой Акамацу. Даже Саихара признавал его умственные способности, иногда прося помочь с естествознанием (биология, как ни странно, не давалась племяннику детектива), и совместными усилиями они готовились к очередному устному опросу по терминам.       Саихара…       Кокичи мотнул головой, сбрасывая начинающиеся беспокойные мысли. Господи, да не похоронили же, просто похитили! И совсем необязательно, что где-то в лесу уже закопан труп бывшего напарника! Совершенно точно тот сейчас живёхонек, а старания Великого Детектива с его командой не напрасны!..       «Ты можешь врать кому угодно, но от себя не убежишь. Ты понятия не имеешь, что сейчас с Саихарой-чаном, ведь он уже мог умереть», — в итоге не смог спрятаться от правды Ома, после чего как можно сильнее сосредоточился на иероглифах и их начертании. Пессимистичные мысли никак не помогут, а только добавят сомнений, которые никому даром не сдались. Стоит отстраниться от беспочвенных подозрений и заняться делом.       Спустя какое-то время почти ничем не отличающиеся друг от друга наборы палочек начали казаться одними и теми же, глаза предательски отказывались не слипаться. Абсолютное пренебрежение режимом сна дало свои непримечательные плоды: стоило только расслабиться, не держать себя в постоянном тонусе, как тут же начинало довольно настойчиво клонить в сон. Э, нет, так он точно ничего не запомнит. Лучше уж полноценно поспать, а не бесполезно биться с желанием всё прошерстить-перепроверить…       Ещё несколько минут потупив в книгу рассеянным взглядом, Кокичи вздохнул и захлопнул учебник. Повторит ещё перед экзаменом, сейчас, возможно, правда лучше будет послушать свой организм. Как-никак, Великий Детектив всем нужен в добром здравии и с ясным умом, особенно сейчас. Руководствуясь подобными мыслями, парень встал, бросил телефон на стул, служивший в качестве тумбочки, и плюхнулся лицом прямо на незаправленную кровать. Кто-то считает, что постоянно оставаться эдаким трикстером для людей вокруг, перевирая любые факты направо и налево достаточно просто, но на деле эта маска высасывала много сил. Моральных, конечно же. Интересно, кто-нибудь смог бы перенять такую манеру поведения и поддерживать её ежесекундно? Ах, да вряд ли… Вокруг или слишком тупые для этого, или те, кому подобное нахрен не сдалось…       Ома сам не заметил, как быстро уснул, получая так нужный напряжённому мозгу отдых.