Больше тёплого

Пред ним стоял учитель. Потрёпанный, на коленях джинсы стёрты до дыр. А сам мужчина дрожит от холода. Нихуя себе, подарочек в 3 часа ночи. - Извини за вторжение, у меня просто машина на полпути заглохла и... - Но с него уже начали снимать куртку и ботинки. - Ты... ты что делаешь? - Он с изумлением смотрит на Антона. - Так, я сейчас завариваю вам чай, вы тем временем идете мыться. - Заталкивая брюнета в ванную, чётко говорит Шаст.- Одежду сейчас принесу! - Донёсся крик по ту сторону двери. Мужчине и вправду было бы не плохо согреться. И не важно, что машина у него не заглохла. Это же Арсений. Раздевшись, он уже было хотел встать в душ, но донёсся щелчок двери и в проёме показалась макушка Шастуна. Тот закрыв глаза подавал футболку и шорты. Почувствовав что ткань взяли он удалился из ванной. Простояв под горячими струями, брюнет одел на себя серые спортивки и белую майку. Футболка была размера на два больше, поэтому она висела. Штаны были в самый раз. Как только преподаватель преступил порок кухни, он опёрся о косяк двери и с огоньком в глазах смотрел ученика в довольно... интересной позе. Тот стоял наклонившись вперёд явно что-то искав, но что понравилось учителю это то, что он оттопырил свои аппетитно округлые ягодицы. Решив не терять такую возможность, старший подошёл и немного замахнувшись шлёпнул по одной из половинок рукой. Парень вскрикнул и обернулся: - Арсений Сергеевич! - И взяв кухонное полотенце начал лупить учителя под его громкие возгласы. - Вообще страх потеряли! - Смеясь говорил парень. Мужчина выбрался из под рук Антона и побежал в комнату. - Так нечестно! - Отдышавшись, Тоша маленькими шажочками подошёл и тихонько встал за дверь чтобы подкараулить учителя. И правда: через несколько минут из-за вылезла макушка брюнета, а потом и весь Арсений. Неожиданно, сзади запрыгнул шатен и обвив своими ногами его торс начал опять-таки лупить полотенцем. Мужчина сначала чуть ли не упал, но потом начал жужжать как самолёт. А Антон тем временем кричал: - Вперёд мой самолёт! Дети, блять. Из их игры их вывел настойчивый звонок в дверь. Удивлённо переглянувшись с Арсением Сергеевичем, он пошёл открывать. Пред ним стояла их соседка снизу Яна Григорьевна. Средних лет дамочка, с примерным сыном заучкой. Та, как только открылась дверь начала в полголоса говорить: - 3 часа ночи! - Оба парня сразу вздрогнули. - А они тут хохочут как ненормальные! Прекращайте или я вызову полицию! - И "эффектно" взмахнув волосами, женщина ушла на свой этаж. Когда женщина скрылась (я сначала написала "вскрылась), оба скачала поыснули, а потом завалились в немом хохоте, держась за плечи друг друга. Но с полицией так или иначе связываться не хотелось, та что в скором времени, они уже зашли в квартиру. - Так, чё то мне лень растелать вам диван... Так что придётся вам о Могучий граф Арсений Сергеевич Великий поспать со мной на одной кровате. - лицо мужчины озарила хитрая улыбочка и он последовал в комнату. Уже лёжа в постели, Арсений читал книгу, которая лежала на столе ученика. Эх, а ещё граф называется! В комнату зашёл Шаст и повернувшись к шкафу начал что то активно искать. Потом он снял с себя шорты и оставшись в майке залез под одеяло. И весело усмехнулся: - Надеюсь, ночью мы не подерёмся из-за одеяла. Брюнет оторвавшись от книги прищюрил глаза. А потом сделав максимально любезное лицо, выдал: - Ничего, я дамам уступлю. - И усмехнулся. Шутка за триста, Арсень Сергеич. Шарите?) Увидев хмурый взгляд парня, Арсений чуть сильнее поджал одеяло. - Ну держитесь, граф Попов... - И накинулся на учителя, начав колотить его грудь. Причём получилось так, что Антон оказался на бёдрах учителя. В общей сложности, парня это не смутило,а вот историка кажется да.Когда он дёрнулся, Арс ровно выдохнул. Шаст, покраснев, слез. Но сделал голос всё таки чуть грозным. - Если ещё раз я услышу такие шуточки, Арсений Сергеевич, то выгоню вас ночью на улицу. - Важно произнёс шатен. - Какие мы суровые - Усмехнулся учитель и пожелав спокойной ночи, выключил светильник. Не смотря на то, что улеглись они по разные стороны кровати, шатен обвил своими конечностями тело Попова, а тот в свою очередь уткнулся носом во вкусно пахнущую шею. На улице уже стемнело, но белые ночи всё же пробивались через тьму.