***
лежа на мягком диване осаму зевает, откидывая руки назад, и, сразу же, его сосед хватает его за запястья, радостно улыбаясь и смеясь. рыжий парень. как его зовут?.. тишина. тишина напрягает. боль давит на голову и пульсирует. сильно болят виски. кажется, что шатен задыхается, и, наконец, откидывая голову назад… красивые руки, прекрасный стиль одежды, милейшие глаза и чудная улыбка. он называет дадзая чудаком уже который раз. точнее, всегда называет его так. такое чувство, что и не знает его имени. хотя осаму это и не особо волнует. никогда не волновало. может этому парню нравятся клички? точно. это же очевидно. вздохнув шатен устало улыбается. всё же сегодня был тяжёлый день, дадзай целый день провёл чем-то занимаясь, хотя обычно проводит всё это время вместо с рыжим парнишей. тот же иногда его подкалывает, но зато часто обнимает и целует руки, нос, шею. он его любит. осаму любит его в ответ. как мило. можно отметить то, что его сосед очень тактильный человек. хотя, скорее всего это уже и понятно. редко у осаму проходит день без долгих нежных объятий, что придают жизни хоть какой-то смысл. в каком-то смысле«я тебя люблю. ты… эх, вот бы провести с тобой вечность. ты мне так сильно нравишься. не представляю как бы жил без тебя. хоть мы знакомы не так уж и долго, но я уверен, что ты меня понимаешь. ты заслуживаешь большего, просто знай это. может я и не самый лучший вариант для тебя, милый, но я это знаю. я знаю, что я никогда больше не увижу такие красивые глаза, руки. в душе ты такой же прекрасный. ты один такой. ты уникален, вот, что я хотел сказать. извини, что опять слишком много говорю.»
всё это время«всё хорошо, я понимаю тебя и тоже сильно люблю. мне не нужно, чтобы ты был особенным или идеальным. может иногда ты и бесишь, но я привык. понимаешь? я люблю тебя, дадзай, так что запомни это. мне больше ничего и не надо. мне нравятся наши отношения»
у дадзая на лице появляется довольная улыбка и усмехаясь он притягивает милое лицо возлюбленного ближе к себе. целует в щёку, после чего переходит в место рядом с губами и целует там, всё это медленно переходит в поцелуй в губы. честно говоря, то«тебе же такое не нравится, м?»
шатен задумался, сделав серьёзное лицо. похоже, что он и сам про это забыл«нет, нравится. но только с тобой.» «даже и не пытайся надурить меня. я всё записал тогда. ещё и запомнил, что ты мне сказал, что даже меня в губы и в жизни не поцелуешь. я всё помню»
младший-- или старший? … неважно, какая вообще, блять, разница? он довольно улыбается, скрестив свои руки, похоже, что теперь вся сказанная дадзаем информация будет использована против него же. хотя нет смысла жаловаться на это. он же сам так делает. всегда делал.«а-а… ты тогда ещё и обиделся на меня, да? так вот почему ты это запомнил…» «так! а ну молчать! не было такого!»
«дадзай. у меня вопрос. может, немного и глупый, но ответь. это обязательно. как ты представляешь себе вечность? я имею в виду… объясни как ты это видишь своими глазами.»
он сказал это даже без привычной улыбки на лице. взгляд совершенно пустой. погодите… разве это вообще тот человек? у него явно другой цвет глаз, это слишком бросается в глаза. откуда тут взялся другой человек? и кто это? кто же тогда такой«эй, ответь мне, дадзай.»
осаму молчит. может думает, а может и нет. сейчас ещё хуже чем раньше. неизвестно когда его состояние таким плохим. с каждым днём всё хуже и хуже. словно с каждым днём он всё дальше падает на самое дно и без возможности как-либо двинуться лежит там. молча. каждое слово приносит уйму боли, а он в надежде, что всё когда-нибудь исправится падает дальше. он давно заметил как с каждым днём ему становится всё хуже. давно заметил.«я бы хотел провести вечность с тобой, я никак её себе не представляю.»
дадзай закрыл глаза всё также улыбаясь. ему снова плохо, а его возлюбленный не хочет на него давить. может у него галлюцинации… может. только сейчас осаму заметил, что с каждым днём его сосед как-либо да менялся. цвет волос, рост, цвет, разрез глаз, руки, цвет кожи и другое. он всегда менялся, а вот дадзай нет. разве что мог одежду поменять... а вот«давай сделаем это. ты давно готов, даже не ври самому себе»
***
дадзай осаму остался гнить к своим тридцати годам в уже давно заброшенном доме, который уже скоро и так развалится. с его рта стекает пена, руки исколоты, рядом шприц. последние два года он словно не в себе. постоянно сидит тут явно под чем-то и бубнит себе что-то под нос. это даже выглядит жалко и грустно. хотя вот теперь даже и неудивительно, что такой как он умрет от передоза наркотой к тридцати. хотя в лет двадцать и были какие-то надежды. он выглядел как хороший парень, с хорошей зарплатой и работой, у которого даже и проблем не было. он бы спокойно умер от старости. но тогда уже что-то пошло не так. а теперь… теперь ничего уже и не исправить. было бы ещё у него желание что-то исправлять… этот идиот себе даже воображаемого дружка придумал. чу… да и хрен с ним. никому нет дела до фантазий какого-то торчка, который уже и так скоро помрёт. сам себе жизнь испортил, ну и страдает. как будто он такой один на весь мир. может он уже умер… но всем будет всё равно, разве что его воображаемый «накахара» его всегда поддержит! конечно же, как же подругому? в итоге дадзай так и умер оставшись наедине со своим возлюбленным. на-все-гда. как он и сказал. а того даже и не существовало. с самого начала он был простой фантазией, чтобы заполнить пустоту внутри. а может он просто галлюцинация. кто его знает? с самого начала дадзай осаму был обречён.