Together

Together

Для них рай был там, где они могли быть вместе

Януш Вишневский

***

Зима. Январь. На улице -20, если не меньше. Хлопья снега летят с невероятной скоростью, превращаясь из нежных беленьких комочков, в острые ледяные лезвия, которые только и норовят забраться под слой теплой одежды и заколоть человеческое тело до смерти. Все нормальные люди уже мирно посапывают в своих кроватях или коротают время за чашкой ароматного чая, наблюдая непогоду из окна. Но кое — кому все же не сидится дома. Молодой человек в белой шерстяной шапке, которая скрывает гладкие черные волосы, посильнее закутывается в свое пальто и выходит из подъезда. Его ноги утопают в сугробах, аметистовые глаза слезятся из-за непрерывного ветра, а рук он и вовсе не чувствует. Однако брюнета это совсем не волнует, ведь круглосуточный магазин уже виднеется в конце освещенной фонарями дороги.

***

— Мужчина, у вас помельче купюры не найдется? И вообще, на кой черт вам сдалось переться в магазин посреди ночи? Вот из-за таких как вы, я сижу здесь, а не сплю дома! — уставший, раздраженный и прокуренный голос продавщицы, которая стремилась во всех бедах обвинить незнакомых людей, уже никого здесь не удивляет. — Это вас не касается. И нет, не найдется. — холодный, словно сталь, голос обжигает не хуже вьюги за окнами магазина. А взгляд фиолетовых глаз пронзает человеческое тело без возможности увернуться. Продавщица решает не испытывать судьбу и уже молча обслуживает жуткого клиента. Когда с покупками покончено, черноволосый спешит домой и старается выкинуть из головы этот мерзкий голос, чтобы потом не испортить настроение тому, кто ждёт его в теплой квартире, ради кого весь этот поход, собственно, и затевался.

***

Первый подъезд. Седьмой этаж. Дверь открывается с характерным скрипом. Мужчина раздевается, ставит пакеты на пол, но не успевает сделать и шагу, как на него кто-то налетает. — Феедя, ты пришел! Я так заждался. — Беловолосый парень обвивает своими ручками шею Достоевского и прижимается к продрогшему телу поближе. Ластится словно кот.

Такой теплый. Такой ласковый. Такой родной.

От былого раздражения, вызванного плохой погодой и не очень вежливым персоналом, не остается и следа. Фёдор полностью растворяется в домашнем тепле и нежно приобнимает блондина за талию. — Меня же не было всего десять минут, неужели так быстро успел соскучиться? — в аметистовых глазах пляшут смешинки, а уголки губ слегка приподнимаются. — Да, знаешь, без тебя дома так страшно, одиноко и х-холодно… — под конец голос сбивается и тело паренька пробивает крупная дрожь. Зубы начинают стучать, а босые ступни пронзает ледяными иголочками. — Эх, Коля, ты что, опять без носочков? У тебя организм и так ослаблен, заболеешь ещё, — произносит почти шепотом, боясь потревожить эту умиротворенную атмосферу. — Пойдем, — горячее дыхание опаляет щеку и заставляет Гоголя мило зажмурить глазки. Но не успевает он ничего ответить, как его подхватывают на руки и несут в сторону спальни. — Э-эй, Федя, т-ты что творишь? — блондин смущённо улыбается и прячет покрасневшие щёчки на груди у мужа, — я же… и сам могу дойти… — раздается чуть тише. — Ну уж нет, тебе нельзя перенапрягаться, — Достоевский аккуратно опускает своего возлюбленного на мягкую кровать и собирается уходить, как вдруг его сильно хватают за руку и тянут вниз.

Страх. Непонимание. Обида.

Все это мгновенно отражается в светлых глазах. Солёные дорожки уже стекают по щекам, слышится тихий всхлип. — Солнышко, ну ты чего? Я просто хочу сходить в душ и переодеться, — брюнет стирает слезы большими пальцами и целует аккуратный носик блондина, — я быстро, обещаю, — снова поцелуй, на этот раз в губы, такой лёгкий и невинный, почти детский, но от этого не менее чувственный. — П-прости, не знаю, что на меня нашло. — Ничего, все в порядке. Ты у меня такой эмоциональный теперь, это нормально. Я скоро вернусь, засыпай, — Коля отпускает руку и немного расслабляется. — Нет, я дождусь тебя, — губы брюнета трогает мягкая улыбка и он окончательно выходит из комнаты.

***

Двое молодых людей лежат в обнимку и светятся от счастья. Ведь оба сдержали обещания, первый — вернулся через пять минут, очень быстро, не так ли? Второй — так и не сомкнул глаз, не смог. Темноволосый медленно выпутывается из объятий, задирает майку Гоголя и покрывает его живот множеством нежных поцелуев, проводит подушечками пальцев по бледной коже, рисуя незамысловатые узоры. Блондин стремительно краснеет, протягивает руку к голове мужа и зарывается пальцами в копну слегка влажных, после душа, угольных волос. — Коля, я тебя люблю, — шёпотом, — Я уже не могу дождаться того момента, когда дома меня будет встречать не одно солнышко, а целых два. — теплые губы продолжают целовать слегка округлившийся живот. — Федь, ты у меня такой хороший. Иногда даже не верится, что это все на самом деле со мной происходит, — слезинки, одна за другой, скатываются по впалым щекам, переходя на шею, и забираются под ночную рубашку. Неужели брюнет их не заметил? Почему не успокаивает того, кто ему так дорог? Всё просто. Эти слезы не хочется останавливать, ведь они выражают одну прекрасную эмоцию — счастье. Только когда человек действительно переполнен этим светлым чувством и одной улыбки уже не хватает, солёные ручейки вступают в дело. В такие моменты мы можем убедиться, что эмоции дорогих нам людей абсолютно искренние. Ведь подделать улыбку очень просто, а слезы — не выйдет. Удивительно, сколько значений имеют эти солёные капельки. Но это, согласитесь, по-своему волшебно. Молодые люди так и уснули. Один — прижавшись щекой к животу мужа. Второй — запустив две ладони в волосы возлюбленного. Кажется, они оба забыли из-за чего на время расставались в эту морозную ночь. Из-за чего брюнету пришлось бороться с зимней стихией и выслушивать недовольный клёкот продавщицы. Но ничего, с рассветом всё вспомнится. Коля будет очень рад найти в пакетах на полу, банку тушёнки и солёных огурцов, а потом вдруг поймёт, что он же и отправлял за всем этим любимого мужа. Ночью. В самый разгар метели. Ему станет стыдно, он потупит глазки в пол и пойдет извиняться. Но Федор не будет ругаться, лишь нежно улыбнется, поцелует в лоб и снова подхватит любимого мужа на руки, зарабатывая тем самым нежно-розовый румянец на щечках и смущенное бормотание Николая. Сегодняшнее утро откроет совершенно новую главу их совместной жизни, ведь этой ночью, каждый убедился в том, насколько прочны нити, связавшие их жизни, насколько они зависимы друг от друга. И что на самом деле, все потребности меркнут перед основным желанием — быть вместе.