Короткая история о работяге-черве

Скользкий червь ожиданий слюну хищно сглатывает. Его червивое ложное сердце бубном бьётся. Он желанье впервые вгрызаясь в мой мозг загадывает: «Хочу» — говорит — «Чтоб жена любила и дети здоровыми выросли. Ничего мне от них больше не нужно, лишь бы живы были, ели и пили.» С мыслями этими он продолжает жевать, сжимая бескостную челюсть. Чавкая, торопясь, ведь смена должна быть закрыта во время. А я, скрючившись на дне керамической ванны, плачу навзрыд, страдая от невидимой боли. Рой назойливых мух над ухом недовольством взрывается: «Ты же художник!», «Ты же мой друг!», «Ты же шёл на пятёрку!» — жужжит он, наслаждаясь моими стонами. Секунда — и миллионы таких же бессмысленных тыж ванну до краёв наполняют, беснуясь как волны на лице океана. В моих глазах пустота. В моей голове — восклицания. Ожидания. Одни ожидания. Но я червя не виню, не могу, как бы мне ни хотелось. Он ведь такой же живой, он может даже разделяет мои вкусы в искусстве. Он тоже за жизни семьи тянет лямку ответственности. Он так же ломается, но никак все не сломится. И червь, будто бы извиняясь, сжалившись над моей непримечательной сущностью, из глубин разума голосом хриплым неуверенно шепчет: «Прости, человек, правда, ничего личного. Прости, дорогой человек, но бизнес есть бизнес.»