Под сумраком лесной глуши

Сколько я здесь нахожусь? Несколько минут? Может часов? В темноте сложно определять время. Ноги, прижатые к груди будто это меня защитит, давно затекли, но свешивать их вниз вряд ли самое разумное решение. Ветка, как и ствол, жёсткая, сидеть неудобно, а из-за плотной кроны звёзд не видно, но здесь безопаснее, чем на земле. Так хотя бы кажется. Меня потряхивает. От холода или от страха разобрать не могу. Да и не хочу в общем-то. Хоть и стараюсь убедить себя в обратном, понимаю, прекрасно понимаю: здесь небезопасно. Нигде не безопасно. Не стоило заходить так далеко. Не стоило, рассчитывая на собственные силы, идти в одиночку. Определённо не стоило, но думать об этом уже слишком поздно. Здесь пахнет хвоей и гнилью. Гробовая тишина давит на мозг, а страх мелкой дробью постукивает на задворках сознания. Развести бы сейчас костёр. Согреться, совсем немного. Правда "спасибо" за это мне скажет отнюдь не моё тело, а тот, кто им полакомится. Тёплая еда всегда вкуснее. Нужно дождаться рассвета. К сожалению, жизнь, или скорее выживание, — кошмар нескончаемый: когда появится солнце, тени не развеяться, лучше не станет. Станет легче, немного легче. И я не думаю, что в столь жестоком мире можно просить о большем. Бессмысленно смотрю в одну точку. Уснуть всё равно не получится: дергаюсь от каждого шороха. Но собственные мысли страшнее любого монстра, и оставаться с ними наедине отчаянно не хочется. Поэтому, возможно опрометчиво, позволяю себе крохотную слабость. Достав из сумки маленькую деревяшку, собранную где-то по пути, карманным кинжалом начинаю её затачивать. Фокусируюсь на звуках вокруг и повторяющихся действиях. Движения рваные и дёрганные, хотя руки уже не дрожат. Мысль о неизбежности смерти со временем стала ужасающе обыденной. У тебя нет и шанса на хороший исход, лишь призрачная надежда на то, что смерть будет безболезненной. И ты смиряешься с этим. Не перестаёшь бояться, просто привыкаешь. Человек ведь ко всему привыкает, верно? Вновь слышу шорох, за ним ещё один, настолько отчётливый и близкий, что хочется кричать.

Оно меня заметило

Любые движения тут же прекращаются. Контролируя грудную клетку, отчаянно стараюсь дышать как можно тише, в идеале не дышать совсем, пока руки болезненно сильно впиваются в кинжал и заточку. В настоящей битве эта полутупая деревяшка мне вряд ли поможет, но с ней спокойнее. Насколько спокойно вообще может быть в подобной ситуации. Челюсть сжалась так крепко, что, кажется, сейчас зубы треснут. Слюны безжалостно не хватает, а глотки ощущаются слишком громкими.

Оно приближается

Я слышу, чувствую, каждой клеткой своего тела чувствую, как расстояние между нами сокращается. Хочется дёрнуться. Спрыгнуть, рвануть и, даже если обе ноги сломаны, бежать, изо всех сил бежать подальше отсюда. Но знаю же: бежать некуда. Не поймает один — убьёт второй. Если рок сжалится и мне всё же повезёт, смогу отбиться от... Отбиться? Смеяться нельзя, но очень захотелось. Перед кем я храбрюсь? Хочешь не хочешь, а себя обмануть не получится. Я ничего им не сделаю. Мой единственный шанс на выживание — признать свою ничтожность и прятаться, уповая на судьбу. Пожалуйста, пусть это будет длиннопалый. Пожалуйста. Они мерзкие, такие мерзкие, что кожу после их прикосновений содрать хочется, но почти неопасные. Для людей с короткими волосами точно. Если же меня учуяли другие — сейчас я делаю последние вздохи. Упырь или тощий убьёт быстро, и на том спасибо. Про живодёра даже думать не хочется. Вырвет. Определённо вырвет. Размышления путаются, разваливаются, врезаясь в друг друга. Сердце истерически бьётся о рёбра, стараясь пробить грудную клетку. Одна мысль постепенно заполняет всё моё существо. Я не хочу умирать. Боги, я так не хочу умирать!

Оно совсем близко

Листья, словно криком, шуршат, и ветви, кажется, ломаются. Хочется разрыдаться, хочется кричать, проклиная судьбу, биться в агонии, но я лишь зажмуриваюсь, не желая видеть свой конец. Щупальца. Холодные и склизкие. Я чувствую их на своей коже, и от облегчения вновь хочется плакать. Я не умру. Не сегодня. Но расслабляться рано. Притворяюсь спящей, отчётливо ощущая, как мерзкие отростки проходятся по лицу, оставляя мокрые следы; ощупывают одежду, пытаясь за что-то зацепится; водят по рукам, ногам, вызывая рвотный рефлекс; монотонными движениями оглаживают бритую голову и... Уходят.

Оно уходит

Никаких радостных криков или победных воплей, лишь немного ослабевшая хватка и несколько глубоких вдохов. Я не хочу открывать глаза. Я боюсь. Боюсь увидеть перед собой нечто более пугающее. Боюсь, что этот кошмар не закончился. Я чувствую, как из-за кома в горле сложно сглотнуть слюну. Чувствую, как всё плывёт. Меня вновь потряхивает. Теперь точно от страха. В ушах звенит, а в носу щипет. Я засыпаю или теряю сознание. Я слишком устала. Перед тем как окончательно провалится во мглу, из последних сил цепляясь за реальность, приоткрываю глаза и вижу, как солнце, постепенно просыпаясь, медленно освещает землю. Вижу, как наконец наступает рассвет.