Танцы мыслей. Спустя время.

Спустя пол года, Арсению удалось уговорить Антона сходить к психологу. Психолог принимал парней по очереди, разбирая проблему каждого по отдельности, ставя свои непонятные диагнозы, прописывая пару терапий и антидепрессантов. За всем этим тщательно следил Арсений, постоянно отчитывая молодого за то, что так пофигистически относился к своему здоровью. Конечно же первые приёмы у психолога давались трудно. В основном быстро вскипал Антон. Арсений же старался потушить его огонь. — Да блять, Арс, не хочу я больше к этому психологу! Я тебе всё еле рассказал! Ты же помнишь как меня трясло ещё пол вечера! Я не хочу снова всё вспоминать блять! — Тош, ты не один, сука. Думаешь мне легко? Думаешь мне нравится смотреть как ты после каждого приёма приходишь домой и погружаешься в себя? Нет! Помни, блять, что мы на это пошли, чтобы сделать нашу жизнь лучше! Перестань ныть! Мы всё сможем. Я тебя не отпущу, понял меня? — Да понял я, не ори на меня.— Антона сразу же попустило, когда взорвался Арсений, уходящий на кухню, не желая продолжать разговор. — Арсюш, ну ты чего. Прости меня, дурака. — подойдя к Арсению сзади, обнял крепко, не давая тому заварить себе кофе. — Отпусти, блять, Антон, у меня рёбра хрустеть начали! Я кофе хочу! — А вот и не отпущу, пока не скажешь что всё хорошо,— Антон ослабил руки только для того, чтобы развернуть парня лицом к себе, пристально прожигая щенячьим взглядом. — Как ты, сука, это делаешь? Почему я не могу долго на тебя злиться!? Это всё твои глаза!— тут же улыбаясь, будто и не было ссоры, обнял парня Арсений.

***

Долгий и тяжелый путь, длинною в пять мучительных лет был закончен. Парни прошли все этапы принятия своих ситуаций : Отрицание, бесчисленные истерики, отказ принятия того, что с ними случилось. — Арс, мы не сможем забыть прошлое. — Какими же страшными были последние минуты жизни Сони. А ведь это я не уследил. Гнев. Антон этот этап проходил большую половину своей жизни. — Арс, ты заебал меня своим "У тебя всё получится". Нихуя у меня не получится, иди нахуй! Торг. Парни пытались убедить себя, что с ними могло бы случиться что-то хуже, только что могло быть хуже чем быть проданным, Антон не знал. — Тош, но ведь ты мог и умереть, у тебя есть шанс прожить долгую и счастливую жизнь. — Арсюш, ты не виноват в смерти сестры, ты хотя бы смог её найти и отдать земле. Я уверен она там, на небесах, наблюдает за тобой, помогает, присылая правильных людей. Депрессия. Из которой Арсений упорно старался вывести парня. — Я испорченный товар. Тело, которым долгими годами пользовались. Во мне нет ничего светлого. Я столько всего ужасного сделал. Всё бессмысленно. Это конец. — Зачем я проснулся? Я недостоин называть себя сыном, братом. А ведь у меня был шанс избежать всего. Мог не отправлять родителей в магазин, мог не отпускать Соньку одной. И наконец, принятие. — В конце концов это было в прошлом. Я был всего лишь ребёнком. Я ни в чём не был виноват. Да, это случилось со мной, да, меня продавали, значит у всего есть своя причина. Значит жизнь оплатила все мои страдания, подарив мне настоящую любовь, подарив мне смысл. Весь мой смысл - Арсений. — Это жизнь. Не знаешь какую судьбу она тебе приготовила. Значит так нужно было. Даже если бы мы не отправили родителей в магазин и пошли сами - могло что-то случиться дома или же в другой день, но это случилось бы. Даже если не отпустил бы Соню - она бы сбежала. Я не виноват. Парни приняли ситуации, которые с ними произошли. Отпустили. Освобождая свои мысли от терзаний прошлого, давая волю новым воспоминаниям, которые они хотели наполнить лишь друг другом. — Спасибо вам большое, Алексей Сергеевич, без вас мы бы утонули. — Тут практически нет моей заслуги, ребят, вы сами себе помогли, спасая друг друга из каждого этапа принятия, а я лишь слушал вас, выписывая таблетки. Ведь действительно, на каждом этапе, от отрицания до принятия, парни не отпускали друг друга. Арсений подбадривал Антона, молча обнимая того в самые трудные минуты. Они практически не разговаривали, понимая друг друга без слов. Ведь лучший способ подбодрить себя — подбодрить любимого. Парни улыбнулись психологу, прощаясь. Что может поменяться за пять лет? Много чего. Так, к примеру, благодаря своей любви к Антону, Арсений создал новый уникальный дизайн "МойТанецМыслейПринадлежитТебе" , который современная молодёжь с радостью приняла. Социальные сети были наполнены этими футболками и желающими их приобрести. Ещё пару новых дизайнов и вот — успех, Арсений Сергеевич попал в топ-10 успешных дизайнеров России. Антон стал правой рукой Арсения, вторым начальником. Как оказалось, у него были свои идеи, которые так же успешно продавались, но сам Антон не желал светиться, предоставляя авторство любимому, наблюдая за ним с нескрываемой гордостью. Серёжа и Дима так и остались лучшими друзьями парней, но решили пройти свой путь, занявшись детским развлекательным центром. Арсений и Антон активно их поддерживали. Вот что главное - поддержка близких. Арсений в розовых пижамных штанишках и белой футболке стоял посреди комнаты, включил в телефоне какую-то танцевальную песню и дрыгался в бешенном танце. Если бы сейчас выключили музыку — Арсения можно было бы спокойно посчитать за умалишённого. Но в этой квартире таких умалишённых двое. Антон, недолго думая, оставил пакет с продуктами на столе, тут же подбегая к Арсению, схватил за руки, кружа в своём импровизированном танце. Тридцатилетние дети танцевали ещё минут десять, пока Антон не начал кашлять, задыхаясь. — А я говорил, что курить надо бросать!— язвительно прокомментировал Арсений, выключая музыку, дал стакан воды. — Иди в жопу, Арсюш. — В твою с радостью пойду, родной. — М, хорошо звучит, сердечко не откажет? Сначала потанцевал, а сейчас поебаться хочешь.— Антон явно провоцировал, с нескрываемым азартом на лице, желая вывести Арсения, чтобы он доказал ему обратное. Арсений немного затупил, вглядываясь в томный взгляд зеленоглазого, убеждаясь в серьёзности сказанных слов. Подошёл, беря Антона за руку, унося за собой в комнату. Взяв в руки пульт, Антон настроил свет комнаты под самый, как ему казалось, подходящий цвет — красный, постепенно уходящий в фиолетовый и обратно. Парни одновременно приблизились, посмотрев в глаза, молча сняли друг с друга футболки, откидывая их на пол. Антон прижался кончиком носа к щеке, Арсений немного склонил голову, накрывая губы парня своими. Антон чувствовал его нежность, настойчивость, уверенность. Всё так же, слившись поцелуем, парни двинулись к кровати. Неторопливо раздевали друг друга, отвлекаясь на короткие мягкие поцелуи. Антон под упорством Арсения лёг на кровать, не отмыкая от этих нежных губ. Под выгодно освещающими комнату светодиодными лентами, Антон детально рассмотрел всего Арсения, такого горячего, утыканного в родинках, что добавляло ему больше сексуальности. Взгляд опускался всё ниже, пока не остановился на члене. С выпуклыми венами, ярко выраженной головкой, чуть изогнутый, толстый. Прошло пять лет, но Антон время от времени стеснялся, как и в этот раз, развернулся, уворачиваясь от настойчивого пожирающего взгляда возлюбленного. Арсений медленно вошёл в парня, слыша стон, приостановился, давая своему невероятно милому Тоше время привыкнуть. Антон сжался, постепенно расслабляясь, привыкая ощущать орган любимого. Ждал, когда Арсений начнёт движение, но тот лишь терпеливо искал момент когда Антон почувствует себя максимально комфортно. Однако сегодня Антон отличался от того, каким он был в их первый раз. Теперь он был готов, он привык, ему хорошо. Взяв инициативу на себя, Антон начал медленно двигаться вперёд-назад, получая максимальное удовольствие, уведомляя об этом Арсения сладостным стоном. Тот сразу всё понял, двигаясь в такт любимому. Неспешно, нежно, чувственно. Находясь внутри парня, Арсений наклонился, постепенно входя глубже, расцеловывая спину Антона, поднимаясь выше, к плечам, уху. Антон прогнулся навстречу колким поцелуям его горячих губ. — Тебе хорошо? — прошептал в ухо Антона, тот ответил ему одобрительным стоном, двигаясь немного быстрее. Ещё пару движений и Антон сам освобождается, ловя вопросительный взгляд Арсения. Сердце парня сжалось, он подумал что совершил ошибку, причинил боль, как в тот самый первый неудачный раз. — Я сделал что-то не так? — Нет-нет, я просто хочу видеть тебя.— прошептал Антон, теперь ложась на спину перед облегчённо улыбнувшимся Арсением. Арсений хотел как и десять минут назад — двигаться постепенно, но Антон всё взял в свои руки, в том числе и напряжённый член, вставляя его в себя. Арсений, увидев на лице парня настоящее удовольствие, стал двигаться увереннее. Руки потянулись к бёдрам, сжимая их, притягивали ближе. — Намёк понят, солнышко, — рычащим, вибрирующим голосом проговорил Арсений, проникая глубже. *Какой же он красивый* — подумал парень, рассматривая возлюбленного, такого возбуждённого. Смотрел, учитывая каждую деталь: голова запрокинута чуть вверх, к подушкам, кудрявая чёлка местами прилипала к мокрому лбу, глаза закрыты, приоткрытые губы, которые то жадно глотали воздух, то простанывали имя, его имя. Слышать своё имя именно из уст Антона — самое большое удовольствие. Антон приподнявшись на локтях поймал руку Арсения, притягивая его к себе, упал обратно, придерживая теперь второй рукой за шею, поймал пересохшие губы в мягкий протяжной поцелуй, иногда отпуская их для коротких вдохов. Сейчас в этой комнате горели нежным пламенем два любящих сердца. Фиолетовым освещались тела парней, соединённых воедино, плавно двигающихся, доставляя друг другу невероятные ощущения. Они потеряли контроль над временем. Арсений начал ускоряться. Такое чувство, словно все рецепторы и вся сила сосредоточена на кончике члена, и его соприкосновение с мякотью и податливостью Антона всё усиливается с каждым новым движением. И когда нет сил больше выносить эту сладостную "пытку" — происходит взрыв. Вытерев сперму о футболку, кинул её ближе к выходу из комнаты, как напоминание о том, что её надо закинуть в стирку. Антон явно не ожидал того, что произошло дальше. Арсений просто лёг рядом, повернулся на бок, лицом к удивлённому Антону. — Ну ладно, пойду в ванной продрочусь тогда.— хотел уже обидеться, пока его не остановил Арс. — Вообще-то, вместо обиды ты должен был сейчас чуть ли не прыгать от счастья. — Схуяли это? Выебал и лёг. — Я просто дарю тебе себя, солнышко. Не бойся, ты же в адеквате. Значит и боли мне не причинишь. Ну, на всякий случай я скажу тебе. Антон не задавая лишних вопросов обошёл кровать, не прерывая зрительного контакта. Теперь наступил его черёд. С той самой ночи он и не заикался об этом. Взяв себе в пример то, что было минут двадцать назад, медленно вставил головку. Остановился. Заметил выпирающую вену на шее парня. Антон не двигался, пока не услышал "всё хорошо, Тош, не бойся". Головка и ещё пару сантиметров вошли в парня, снова сделал перерыв. Он любил Арсения, и все его мысли были о том, чтобы помочь ему получить то, что он так нежно хотел, и заставить его любить Антона еще больше. Парень делал такие паузы, пока окончательно не вошёл в Арсения. Начав постепенно двигаться, успокаивал и без того спокойного партнёра, проводя языком от позвоночника до рёбер, удивляясь своей смелости, которой, как ему казалось, не было совсем. Теперь Арсений получал восхитительные эмоции. Антон так нежен с ним, иногда делал паузы, растягивая удовольствие. — Ммм, Тоош, не останавливайся... Ещё несколько ускоряющихся, уже более резких движений, заставляющих Арсения проскользить по мягкой постели, стонать громче, и Антон выходит, помогая себе рукой закончить начатое, спина начала судорожно сгибаться, и он покрыл живот и бёдра любимого тёплой вязкой жидкостью. — Это было ахуенно. — выдохнув прошептал Арсений,— но можно было и подольше. — Подольше будет тогда когда я буду первым, он двадцать минут стоял так-то, пока ты ебал меня, конечно там всё прилило. — Ладно-ладно, не возмущайся, я люблю тебя. — Люблю тебя. Желание продолжало сбываться даже спустя года. Ещё одно лицо. Довольное, нежное. Сходив в душ и переодевшись в чистую одежду, Арсений лежал, ожидая любимого, ему хотелось заснуть обняв Тошу, ощущая его запах. — Тоооша, ты где?— не вставая с постели крикнул Арсений. — Нигде, а чё?— в ответ прокричал Антон. — Жрёшь? — Жру... иди сюда, пожрём нормально. Борясь с ленью, Арсений всё же дошёл до кухни. Там, за столом сидел Антон, пожирая сардельку. — Нихера себе ты проголодался.— усмехнулся Арсений. — Так ты ж не кормишь. — Неблагодарный!— театрально удивился Арсений. — Да шучу, просто ночной жор, родной, садись давай. Тебе чаю сделать? — Давай, — ответил Арс, забирая недоеденную сардельку. — Завтра выходной у нас? — Да, я кстати это, договорился с пацанами, в клуб сходим завтра. — вовремя вспомнил Арсений. — Чего? Клуб? Повод? — А ты не помнишь?— с лёгким прищуром Арсений старался понять врёт ли ему Антон. — Я не помню что я сегодня на работе ел, Арсюш, о чём я должен помнить? — Ладно, завтра узнаешь, ешь давай. Время двенадцать дня. Арсений просыпается один, на прикроватной тумбочке записка. Флешбеком перед глазами всплывает то письмо, кадры сменяются, пока не доходят до спящего, исхудавшего, избитого парня. *Неужели всё повторяется. Нет. Я не верю в это. Мы же справились* Судорожно раскрыв записку, Арсений вчитывается. "Доброе утро, Арсюш, ты так сладко спал, что я не смог тебя разбудить, у меня есть пару дел, до вечера не приду, напиши смс-кой адрес клуба и время. Люблю тебя." Стало намного легче, хотя бы в записке был позитивный настрой. Отправив сообщение с адресом и уточнив, что парень должен быть там ровно в девять вечера, Арсений переоделся, готовясь к вечеру. Арсений мог себе позволить арендовать клуб на ночь. Поэтому часть клуба была наполнена приглашенными сотрудниками, которые более или менее хорошо общались с Антоном, вспышками освещалась вторая часть, где все самые близкие и собрались. Серёжа и Дима стояли в одном углу, о чём-то тихо споря между собой. В другой стороне стоял Женя со своей девушкой, Светой. Время ровно 21:00, когда Арсений обеспокоенно кидает взгляды на вход. Ведущий, Павел Воля, сидел около сцены, наблюдая за людьми вокруг. 21:10. Дверь открывается, Арсений бы вздохнул с облегчением, только вот вошёл не Антон. Девушка поймала взгляд голубых глаз, подошла. — Привет. Правильно понимаю, Арсений? — Привет, да, а ты значит та самая интернет-подруга Антона? — Да, Оксана, спасибо, что пригласил. Антон сейчас весь занятой, редко отвечает. Кстати, где он? — Ещё не пришёл. — Арсения тревожило отсутствие Антона, телефон недоступен, что ещё больше усугубляло состояние парня. 21:30. Дверь открывается. В заведение вошёл высокий, статный, безумно красивый, весь в чёрном костюме, на шее серебренная толстая цепочка, подаренная любимым. Арсений теперь не мог и слова сказать, восхищённый внешним видом Антона. Простил мгновенно его опоздание. — А куда ты так пропал-то Тош? Я переживал. — Зарядка села, а у таксиста провода не было. Представляешь, он ещё с навигатором не сдружился, увёз меня куда-то в Подмосковье. Я там и вышел, поймал другое такси и приехал. — Всё же хорошо? — Да, всё замечательно, ты прости меня, что переживать заставил. — уткнулся лбом в лоб Арсения Тоша, — и расскажи-ка мне, что за повод такой, что ты аж клуб закрыл? — Ах да.— Арсений отошёл, оживился. — Ребяята, на три-четыре. Готовы? Три-четыре! С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ, АНТОООН!!! — хором прокричали все. Заиграли яркими цветами прожекторы, со всех стороны падали конфетти. — Да ладно, я забыл совсем, Боже, спасибо вам огромное.— Антон смущенно проговорил, осматривая всех, удивляясь, — Женя, Света, вы откуда тут? — Да вот, парень твой пригласил, я смотрю ты прям растолстел, — ухмыльнулся Женя,— эти отношения вам явно на пользу. — Ну не прям растолстел. Я в своей форме. Спасибо, Жень. Все резко замолчали. Антон не понял что происходит. Пока не включаются колонки. Нежный голос начинает петь знакомую песню. Антон удивлённо поворачивается на возлюбленного. — Арсюша, ты чего наделал? Как и когда? — не получив ответ, парень разворачивается обратно, пытаясь убедиться в реальности происходящего. Шторка медленно открывается и вот, она, та самая, лучшая подруга, лучшая поддержка тех годов, лучший слушатель, лучший собеседник, которого он ни разу не видел, спустилась и подошла к нему. — Это всё твой парень, цени его, дурачок. — Окс, как же я рад тебе, спасибо за то что приехала.— парень искренне обрадовавшись, сжал бедную девушку в крепких объятиях. — Ещё пять минут обнимашек и я начну ревновать.— подойдя сзади Арсений пощекотал Антона, заставляя отпустить Оксану. — Малыш ревнует?— Антон хитро приподнял бровь. — Кто тут малыш? Кому тут тридцать четыре исполняется? — Пффффф,— закатил глаза Антон,— тоже мне аргумент. — Итак, дамы и господа, раз именинника мы поздравили, то предлагаю начать вечеринку! Выпивка бесплатно у барной стойки. А тем временем наш вечер начинается с песни братьев Гаязовых — синий иней.— проговорив свой текст, Павел спустился к гостям, здороваясь с каждым. Арсений выпивал немного, чего нельзя сказать о его парне. Тоша уже выпил семь бокалов вина и выглядел вполне трезво. Пока не начал танцевать. Слишком уж нравилась ему песня "нас не догонят" в новом ремиксе, что устоять на месте ему казалось невыполнимой задачей. Активно подпевая, Антон прыгал на месте, попеременно двигая руками вверх-вниз, мотая головой из стороны в сторону, отчего его милая чёлка никак не останавливалась, перекидываясь с одного бока в другой. — Родной, тебе завтра за это стыдно будет.— аккуратно подошёл к парню сбоку, не желая получить удар длинными руками Арсений. — Арсюш, поебать, живём сейчас, танцуй со мной. Теперь два высоких парня прыгали на месте, словив моментальный синхрон. Как только музыка затихла — Арсений исчез, а Антон пошёл за дополнительным бокалом. Свет выключился, в клубе тишина как в библиотеке. Антон не понимал какой ещё может быть сюрприз, пока не загорелся свет. Там, на сцене, стоял Арсений с несколькими микрофонами в руках, подняв правую руку, в которой находился один, Арсений начал петь. Спустившись, подошёл к Серёже и Диме, выдавая им по микрофону. Теперь в его руках осталось два микрофона, один для него, второй для парня. — Давай, Антон, иди к своему парню и пой.— Павел протараторил, указывая рукой путь от Антона до компании поющих, сам же остался на сцене. Я помню всё и всё забыл: каким я стал, каким я был. Так мало слов, так много пены… — Арсений лучший!— прокомментировал Павел. — Давай, Арс, ты лучший! —поддержал ведущего Антон, стоя сзади любимого. Я не ищу в толпе твой взгляд, а пламенеющий закат Себе и мне вскрывает вены. Эти строчки громко пропел Серёжа. — И все!— приказал Павел. Мимо нас, мимо нас пьяное Солнце — Оно уйдёт и больше не вернется. Ну, что же ты молчишь, не поднимая глаз? Мимо нас… Мимо нас, мимо нас, люди или птицы? Они летят, чтоб всё-таки разбиться. Убей меня потом, но только не сейчас, Сейчас… — Только русские могут петь грустную песню как что-то невероятно весёлое! Парни, вы лучшие! Благодарим всех за выступление, спасибо что пришли, Антон, ещё раз с днём рождения! Сегодня, наш вечер заканчивается, ждём новые поводы для вечеринки! Хорошей ночи!— попрощался ведущий. Через неделю, Арсений устроил незапланированный выходной из-за встречи с интервьюером, даже несколькими. Наметилась открытая встреча, где каждый мог спросить волнующие его вопросы. — Арсений Сергеевич, расскажите, пожалуйста, как Вам удалось достичь таких успехов, Вы ведь, насколько нам известно, работали сами на себя. Как так получилось, что из простого интернет-магазина Вы переросли в полноценный бренд? — Это всё он. Если я был когда-либо сильным, то лишь потому, что он стоял за моей спиной, как и сейчас.— сказал Арсений, поворачиваясь и приглашая к себе сзади стоящего Антона, который всё это время разглядывал спину любимого, его не интересовали журналисты. — Это Ваш друг? — Это мой парень, Антон.— Арсений с восхищением посмотрел на неожидавшего признаний Антона, — да, вы правильно услышали, он мой парень, он -моё вдохновение, некоторые дизайны принадлежат исключительно ему. — Аа, да, я не отказываюсь от его слов, но я полностью передал всё авторство Арсению.— спасал Антон своего парня, уберегая от лишних вопросов. — Мы вовремя?— ворвался в диалог Серёжа, держа за руку Диму. — Да, всё готово?— спросил у него Арсений. — Почему я всё всегда узнаю последним? — возмутился Антон. — Девушка, передайте, пожалуйста, микрофон.— попросил у ближайшей журналистки Арсений. Девушка протянула ему микрофон. — Внимание. Те кто против однополых отношений - могут сразу уходить. Несколько человек направились в сторону выхода. — А теперь, когда всё устаканилось, я хочу сказать пару слов,— сказал Арсений, немного отходя назад, — Антон, Тошенька, солнышко. Я безумно благодарен в первую очередь Диме, за то что пригласил тебя в Москву, а потом уже судьбе, которая сквозь столько пережитых нами по отдельности моментов, соединила нас, спасая от жестокости этого мира, даря возможность прожить вместе. Помню, как не раз, когда мне было сложно, ты, не бросаясь словами, сжимал мне руку. Давал понять, что ты рядом. Помню, как мы долго молчали, не из-за того, что не о чем было говорить… Так хорошо понимали состояния друг друга, что не могли передать их словами. Именно ты — смысл всего. Жизни, радости, любви. И сейчас, я хочу чтобы ты ответил мне лишь на один вопрос.— Арсений смотрел в наполненные слезами глаза, приподнял брови и улыбнулся, умиляясь чувствительности солнышка. — Будь всегда таким нежным, добрым, милым, заботливым, забавным, грустным, но будь моим. Навсегда будь моим. Я хочу провести всю свою жизнь с тобой, хочешь ли этого ты?— спросил Арсений, забирая у Серёжи подготовленное заранее массивное кольцо с инициалами А+А. Слёзы счастья, очень напоминающие те, которыми Антон плакал после признания Арсения в любви. Тут же Антон вытер их, будто что-то вспомнив, просмеялся. Никто не понимал в чём дело. Что происходит с парнем? — Тош, всё хорошо?— Арсений немного обеспокоился. — Да, Арсюш, всё хорошо, просто...— Антон потянулся в нагрудный карман пиджака, доставая более нежное кольцо, протянул Арсению,— я хотел у тебя спросить тоже самое. Ещё одно доказательство родства их душ. Ведь Антон забыл про свой день рождения, проведя день в поиске хорошего ювелира, готового сделать особенное кольцо для особенного Арсения. — Предложение в предложении? И что вы ответите друг другу?— остановил смех парней Дима. — Да! — парни прокричали хором, одевая золотые кольца на пальцы друг друга. Раздались довольные возгласы, аплодисменты. Но парни ничего не слышали, они были заняты разглядыванием друг друга, словно и не было тех пяти лет, проведённых вместе. И вот, наконец, парням открывается самое желанное лицо. Счастливое, безумно счастливое.