Бойся своих желаний

Аманда ожидала, что Сильвер попытается нагнать ее, начнет оправдывать ее мать, оправдываться сам, но он этого так и не сделал. Просто шел молча за ней, стараясь быть как можно незаметней, что было невозможно — с его-то внушительной фигурой. Но он хотя бы шел тихо, только и слышалось, как поскрипывали шестерни и гироскопы его протезов — и то, негромко. Ей надо было о многом подумать. Аманда вернулась в свой номер, поставила бутылку вина на стол и отправилась в душ. Смывая городскую пыль, она пыталась привести мысли в порядок, но получалось как-то не очень. Мысли прыгали в голове, как бешенные, не желая вставать туда, куда надо. Аманда выключила воду, завернулась в полотенце и выползла из ванной комнаты. Затем она влезла в рубашку и штаны, подошла к столу, села на диван и уставилась на бутылку вина. Вино она себе выбрала игристое, хотя обычно предпочитала красное полусладкое в те редкие моменты, когда его пила. «И зачем я купила именно такое?» — подумала она. Аманда даже открывать его не умела, вечно у нее пробка стреляла куда-нибудь — хорошо, если это было не окно — и шипучая струя обливала все вокруг. Похоже, с вином придется подождать. Мысли Аманды вернулись к Сильверу. Тут же ей пришло в голову, что неспроста он начал тот разговор про ее мать, о родственниках своих заговорил, словно подталкивал ее к чему-то. Подталкивал! Аманда резко выпрямилась. Правильно, он подводил ее к этому разговору, но зачем? Он мог бы держать это и дальше в тайне, и она бы никогда ничего так и не узнала, но Сильвер все-таки рассказал ей все: и то, что он когда-то был пиратом, и про свое знакомство с Амандиным отцом, и о том, что его наняла ее мать! Мать, конечно, сильно доставала ее, Аманду, в последнее время, но этот страх в глазах матери… Обычно мать просто расстраивалась из-за отношения Аманды к браку, но никогда не боялась. А в последний раз испугалась настолько, что ей потребовалась помощь того, кто ей был совершенно незнаком — а мать была очень щепетильна в таких вопросах, для нее связи и рекомендации играли весьма важную роль. И все же обратилась за помощью к пришлому разбойнику, про которого знал только ее отец, и то, судя по всему, не особо распространялся. Отец… Да, Сильвер хорошо его знал, раз называл «Джорджи». К отцу и вправду так обращались только друзья, все остальные называли его «милорд» или «лорд Петри». Ко всяким подлецам ее отец относился с омерзением, брезговал общаться, даже когда подлец был выходцем из высшего общества, с трудом таких выносил. И, если уж он настолько подружился с Сильвером, не может быть такого, чтобы этот киборг был законченным мерзавцем. Отцу Аманда верила. Мог ли Сильвер ей наврать? Да, мог. Но те, кто врут, обычно стараются представить себя в лучшем свете, а он сразу заявил, что напал на ее отца и попытался ограбить, когда они познакомились. Как он там говорил? Прислал цветы на похороны? Аманда обмякла на диване и прикрыла глаза. Она старательно вспоминала день похорон — черный день, они все были убиты горем. Мать тогда себе все глаза выплакала, а Аманда словно застыла, не могла выжать из себя ни слезинки, и только когда гроб опустили в землю, ее прорвало, и слезы полились ручьем. А до этого она сидела в доме, воспринимая все происходящее так отстраненно, словно это происходило не с ней. Она смутно припомнила, что в тот день посыльный принес один из самых огромных букетов, и дворецкий еще удивился и сказал что-то про барбекю… Барбекю! Может, Джорджи рассказал кому в семье, что есть такой Барбекю — ну, в смысле, я, это мое пиратское погоняло, и это запомнили. Аманда припомнила еще и вопрос дворецкого о том, что ему делать с запиской. «Не знаю, Говард. Сделайте с ней то, что обычно делаете…» — ответила тогда мать. Была у дворецкого Говарда такая привычка — сохранять на всякий случай все карточки. Видно, и эту тоже сохранил. А значит, Сильвер не соврал. И мать и вправду наняла его, чтобы он за ней, Амандой, приглядывал. Она боялась, что вы попадете в передрягу в Эфириуме. Уж так боялась, мэм, что лица на ней не было, вы ведь ее единственная кровиночка! Уж какие бы ни были ее отношения с матерью, но, судя по всему, материнские страхи зашли так далеко, что мать все-таки решилась на этот шаг — наняла незнакомца без писем и рекомендаций, почти никому не известного в том обществе, где они вращались. И все же, зачем Сильвер Аманде обо всем рассказал? Он ведь наверняка знал, как она отреагирует. Не мог не знать, проведя столько времени рядом с ней. Аманда вспомнила его поцелуй в парке, когда она пыталась вызвать щит. И вообще его отношение все это время — то, как он о ней заботился, беспокоился за нее… прикасался к ней. И уж нельзя было не заметить того, что он время от времени флиртовал — вроде бы в шутку, но… он это делал с таким удовольствием, словно это была не шутка, и… она действительно ему нравилась. И самое главное — это до безумия нравилось ей! Она обмирала от восторга, когда он прижимал ее к своему крепкому пузу, или поправлял ей волосы, или… целовал. Вполне невинные поцелуи — в лоб или в щеку, но у Аманды сладкие мурашки бежали по телу. Впрочем, был еще один поцелуй, совсем не невинный: там, на яхте, когда он пытался вывести ее из того тягостного состояния, в котором она была. Мог бы, например, встряхнуть ее хорошенько, дать пинка, наорать — все, что угодно! Но он начал ее целовать… Аманда задохнулась и резко выпрямилась. Какое-то время назад она слышала, как хлопнула дверь в комнату Сильвера. Надо бы с ним поговорить…

***

Сильвер оттянул прилипшую кое-где к пузу рубашку и подумал, что надо было вытираться после душа потщательнее. Ну да ладно. В комнате тепло, наверняка скоро высохнет. Он со вздохом уселся на диван перед пылающим камином и принялся набивать трубку табаком, но тут в дверь постучали. — Вот черт, ни минуты покоя… — с раздражением пробурчал Сильвер и с трубкой в руке подошел к двери. Но, когда он распахнул ее, то все его недовольство испарилось. За дверью стояла Аманда. Она протянула бутылку вина и предложила: — Мир? — Да я, вроде, с вами не ссорился, мэм, — брякнул Сильвер и, спохватившись, посторонился. — Да вы проходите, мэм. Я вон и камин разжег. Она прошла в комнату и уселась на диван, поставив бутылку и два бокала на стол. Сильвер опустился рядом. Диван вдруг показался ему очень маленьким, хотя до этого, вроде, был довольно вместителен. Аманда сидела слишком близко, он почти касался ее. У Сильвера даже мурашки пошли по телу. — Ты можешь ее открыть? — Аманда ерзнула на своем краю дивана. Сильвер кивнул. Он положил трубку и взялся за бутылку. Пробка выскочила с тихим хлопком, и Сильвер разлил шипящее вино по бокалам. Отпил из своего, курить хотелось страшно. — Мэм, не возражаете, если я закурю? — спросил он. — Ты же в своей комнате, мог бы и не спрашивать, — Аманда глотнула вина. — Да все равно как-то неловко при даме… — Сильвер с удовольствием раскурил свою трубку. Они молча пили вино, Сильвер пускал дымные колечки. — Трубка у тебя похожа на те, из которых курил мой отец… — Аманда решила прервать молчание. — Не похожа, мэм, она и есть. Папаша ваш мне ее подарил, когда мы с ним в последний раз виделись. А уж табачок у него всегда был хороший, теперь только его и курю, — Сильвер выпустил дым из ноздрей, допил вино и разлил по бокалам остатки. В голове, да и во всем теле появилась какая-то легкость. «Вино же вроде совсем не крепкое… — подумал Сильвер с недоумением. — Меня и ром свалить не может, а сейчас-то что?» Аманда хихикнула, наблюдая за его растерянным лицом. — Ты, я вижу, в осадок выпал, — она, хихикая, потянулась за бокалом. — Странное вино, от него в голове какая-то веселая пустота. — С игристыми винами такое все время. — Вот я и чувствую — что-то такое играет в теле. Пузырится, — Сильвер ухмыльнулся и поерзал на диване. И как-то так получилось, что рука у Аманды дрогнула, и Аманда пролила на себя вино. — Ох, черт! — Сильвер покраснел. — Да ничего. Не последняя рубашка, — Аманда отряхнулась. Сильвер сглотнул. Вино пролилось прямо ей на грудь, рубашка ее тут же плотно облепила. А уж когда Аманда прошлась там руками, он увидел, как напряглись ее соски. «Боже мой, да она без лифчика!» — он почувствовал напряжение внизу и запаниковал. — Может, полотенце? — хрипло предложил он. — Нет, не надо, так высохнет, — она легкомысленно отмахнулась. «Она что, не понимает, какой у меня теперь вид сверху?!» — Сильвер закашлялся. — Подавился? По спине похлопать? — Дым не в то горло попал, — Сильвер схватил бокал и выхлестал сразу половину содержимого. — Уже прошло. В глазах Аманды чертики так и прыгали. «Да она со мной флиртует! А последствий не боишься, милая?» — ноздри у Сильвера раздулись. Ее грудь снова притянула его взгляд, и рот наполнился слюной. Сильвер облизал губы, представляя, как расстегивает рубашку Аманды. Ужасно хотелось дотронуться до ее груди, а уж эти напрягшиеся соски… так и просились в рот. Аманда допила остатки вина и поставила бокал на стол. — Хорошее вино, — сказала она. — Обычно не пью такое, но это мне понравилось. Ее губы показались Сильверу слегка влажными, и его дыхание сбилось. Внутри все так и кипело. «Ну все, с меня хватит!» — он наклонился и мягко поцеловал Аманду в губы. Сильвер не спешил, с трепетом ожидая, что она будет делать: оттолкнет его или нет? Аманда ему ответила. Ее губы приоткрылись, она подалась вперед, и Сильвер прижал ее к себе, скользнув языком ей в рот. Возбуждение накрыло с головой так сильно, что Сильвер затрясся. Он коснулся пальцем ее рубашки и начал расстегивать пуговицы. Он не торопился — не хотел вызвать в Аманде протест. Но, когда закончил, то с наслаждением сжал ее грудь в ладони, поглаживая и лаская. Аманда тихо застонала, и Сильвер, оторвавшись от ее губ, прильнул к соску. Пальцы Аманды зарылись в его короткие волосы на затылке, прижимая Сильвера к груди. Ей это нравилось! Сильвера охватило ликование. На секунду он выпустил ее сосок и впился во вторую грудь. Груди у нее были пышные, аппетитные, и он задыхался от удовольствия, целуя то одну, то вторую. Его член напрягся так сильно, он не мог больше терпеть. Сильвер дернул Аманду на себя так, что она оседлала его пузо. Ее зрачки расширились, дыхание было прерывистым, и он снова поцеловал ее в губы. Придерживая ее за бедра, он встал и понес Аманду к постели. Они почти рухнули на кровать, и Сильвер поспешно сорвал с Аманды одежду и разделся сам. Опустился рядом, поглаживая ее упругое бедро, лаская губами шею, спускаясь все ниже к ее манящей груди. Аманда выгибалась и постанывала, подставляя ее ему для поцелуев, требуя еще и еще ласк, доводя его до исступления. Наконец Сильвер сел на колени и за бедра притянул ее к себе. Аманда, приподнявшись на локтях, смотрела на него широко раскрытыми глазами, потемневшими настолько, что они казались черными. Он мог бы прямо сейчас ворваться в нее — и она ждала этого! — но Сильвер не спешил. Он так долго ее ждал, так хотел ее все это время, слишком долго, так что… он еще потерпит. Надо было отомстить за столь продолжительное ожидание. Пират он, в конце концов или не пират?! Сильвер широко ухмыльнулся и медленно склонился над Амандой. Она издала горловой звук, когда он коснулся губами ее бедра. Сильвер опускался все ниже, лаская бархатистую кожу, пока не дошел до плоти, раскрывшейся, ждущей его. Его язык раздвинул нежные складки и надавил на самое чувствительное место. Аманда слегка выгнулась и вскрикнула. Сильвер работал языком, прислушиваясь к ее дрожи, стонам, она вот-вот должна была кончить, и в этот самый момент он остановился. Он оторвался он Аманды и навис над ней, а она в бешенстве смотрела на него своими горящими глазами. — Ты… — видимо, хотела обругать его, но не успела. Сильвер коротко усмехнулся, одним мощным толчком ворвался в Аманду, в ее влажную тесноту, и восторженно застонал. Дотянулся до ее груди, сжал, слегка зажимая пальцами соски, и Аманда выгнулась. Он проникал все глубже, до упора, он двигался в ней все быстрее, закусив губу, чтобы не закончить раньше времени. Ликование вперемешку с наслаждением охватило все его существо — она была его, лежала под ним и сходила с ума! Лицо Аманды раскраснелось, она начала вскрикивать, ее пальцы вцепились в простыни. — Давай, милая! Ну, давай же! — Сильвер зарычал, чувствуя: еще немного — и он сорвется. Ее глаза широко распахнулись, и она закричала. — О, боже! — он кончил, содрогаясь всем телом от дикого, невыносимого наслаждения. Устало опустился рядом с Амандой, уткнувшись лбом в ее плечо, и тихо засмеялся. — Ох, и зажгли мы с тобой, милая, — Сильвер провел ладонью по животу Аманды. — А я так боялся, что ты меня пошлешь. Она облизала губы, приоткрыла глаза и выдохнула: — Вот уж не думала, что ты чего-то боишься… — Так это только дурак последний ничего не боится. — Отец говорил почти так же, как и ты. Еще он говорил: тот, кто ничего не боится, быстро умирает. — Джорджи был абсолютно прав. Храбрость — она ведь не в том, чтобы не бояться, а в том, чтобы свой страх преодолевать. — Я что, такая страшная, что тебе пришлось преодолевать? — Аманда хмыкнула. — Ты? Нет, дорогая, ты — просто красотка. Но вот характер у тебя — жуть. Как подумала бы, что ты для меня — всего лишь очередное приключение, так и послала бы… — Вообще-то именно так я и подумала, — Аманда села на постели. — А разве это не так? — Да упаси Боже, — он притянул ее к себе. — У меня самые чистые намерения. Я это понял, когда тебя ко всем мужикам ревновать начал. К приключениям-то я не ревную. — Все так серьезно? — Аманда захихикала. — До ужаса. Вот они с тобой флиртовали, а мне так им хотелось по роже заделать! Еле в руках себя держал. Но уж теперь пускай только попробуют подойти! — Сильвер с нежностью коснулся пальцем ее щеки и поцеловал в губы. — Ты первая пойдешь в душ или я? Аманда томно прикрыла веки и потянулась. — Ты иди сейчас, — сказала она. — Эх, жаль душевая маленькая, вдвоем бы пошли… — он встал с постели и направился в ванную комнату.

***

Аманда ждала, когда Сильвер вернется из ванной, мысли ее текли неторопливо и были направлены на Сильвера. Вроде бы он и толстый, но мышцы у него так и перекатываются под кожей — смотреть приятно. А кожа вся в шрамах! Особенно, почему-то, на спине. Возможно, он оказался рядом с каким-нибудь взрывом, удар пришелся в спину, ему повезло, что не сломало позвоночник. Хотя, он все равно легко не отделался — глаз, рука и нога… Впрочем, он выглядел вполне органично со своими протезами. Аманда вытянула вперед свою собственную механическую руку и залюбовалась ею. Как же ей повезло, что технологии дошли до такого прогресса! Аманда чувствовала механику, как если бы это была ее живая рука, и это безумно радовало. А вот у Сильвера протезы старые. Но управлялся он с ними весьма ловко, словно тоже их чувствовал, хотя это было не так. Сильвер вышел из ванной, вытираясь полотенцем, и Аманда тут же соскочила с кровати и побежала в душ. Когда она пробегала рядом с Сильвером, он слегка шлепнул ее по заду. — Возвращайся быстрее, милая, — пробурчал он, — я уже соскучился. Он вел себя как собственник, но… это не вызывало злости. Когда-то в прошлом — очень давно, где-то лет сто назад — Аманда возмутилась бы, но именно сейчас ей почему-то стало очень приятно. Словно то, что между ними происходило, было правильным. Почему бы и нет? Сильвер подкупал своей искренностью — от других мужчин, которые у нее были, она такого не ощущала. А с ним ей было легко и просто, как если бы они находились на одной волне. Аманда подставила лицо под струящуюся из душевой лейки воду. Провела руками по груди, ополаскиваясь, ноздри Аманды раздулись, и она закусила губу. Душевая и вправду была маленькой для двоих, очень не хватало Сильвера. Внизу живота снова сладостно потяжелело, и тело вспыхнуло. Аманда сглотнула и вышла из душевой кабины, набросив на себя полотенце. Сильвер лежал на кровати, закинув руки за голову. Завидев Аманду, он заурчал, поманил к себе, приглашая, и Аманда, горя от нетерпения, запрыгнула на постель. Она буквально впилась в его рот, а он, перехватив ее руку, положил ее себе туда, вниз, где его член уже стоял торчком. Аманда оторвалась от губ Сильвера и простонала: — Господи, чем ты тут занимался?! — Воображал, как ты моешься, дорогая! — хрипло ответил он. Его ручища нашла ее грудь, сжала, и пальцы слегка оттянули напрягшийся сосок. Аманда опять застонала, и Сильвер повалил ее на спину. Его рот жадно накрыл ее грудь. Аманда запрокинула голову, зарывшись пальцами в его короткие волосы на затылке. Язык Сильвера скользил по ее соску, вторую грудь он ласкал пальцами. Между ног у Аманды было горячо и влажно, и она хотела, чтобы Сильвер оказался в ней, прямо сейчас, немедленно! Он оторвался от нее и прохрипел: — Встань-ка на колени, милая… Она сделала, как он сказал, и выгнулась. Шлепок по ягодице и поглаживание. Он ворвался в нее так стремительно, что Аманда вскрикнула от восторга. Огромный и твердый, об этом она мечтала в душе под струями воды! Сильвер яростно толкался в нее, его ручища снова сжала ее грудь, лаская, доводя Аманду до исступления. Она стонала от удовольствия, оно накрыло ее мощной взрывной волной, и тогда она протяжно закричала. Сильвер сделал еще пару сильных толчков, взревел и отпустил ее. Он, задыхаясь, опустился рядом и прижал Аманду к себе, целуя в лоб, висок, плечо. — Теперь ты меня от себя ни за что не отвадишь, — сипло заявил Сильвер. — Буду за тобой таскаться, как приклеенный. Аманда засмеялась. — Обещаешь? Даешь честное слово?! — она всхлипнула от смеха. — Еще как даю. Уж можешь быть уверена. Аманда заглянула в его глаз, подернутый дымкой удовольствия. — После целой кучи женщин ты решил остановиться на мне? — она вздернула брови. — Ну. С тобой не соскучишься, дорогая, я это сразу понял. И еще я уверен, что прям по-страшному тебя люблю. Иначе мне не захотелось бы так про себя распинаться, слова бы не сказал. Я, вообще-то, в силу привычки и огромного жизненного опыта не говорю про свои дела ни женщинам, ни мужчинам. Ну а с тобой как с цепи сорвался. Аманда какое-то время смотрела в его серьезное лицо, затем довольно прищурилась и устроилась в его объятьях. — А я не против, чтобы ты ко мне приклеился, — промурлыкала она. — Я очень даже рада. С тобой спокойно и уютно. Имей в виду, что я тоже никогда еще никому такого не говорила. Он довольно хмыкнул. На Аманду находила дремота, но сквозь нее все равно пробивалось ощущение какой-то надежности, того, что ее оберегают. Давненько ей этого не хватало, все сама и сама… Она проваливалась в сон, чувствуя, как Сильвер поглаживает ее по плечу, и это было так чудесно…