Как влюбить в себя Тёмного Лорда?

Всё это очень глупо.

Тэхён вышел из супермаркета с пакетиком, в котором были две пачки рамёна и лук порей для завтрашнего супа. Каким-то образом, уже подняв взгляд, вместо ночного неба Тэхён увидел красное зарево. А затем врата, какого-то непробиваемого смотрителя. — Правила этого мира таковы: победишь босса — ты следующий босс, — объясняет демон у врат. Тэхён дёргает бровью. Он не спрашивал как стать здесь великим. — Чонгук со всеми существами дрался, кроме людей, — демон щурится. — Рад за него. Так где выход-то из этого Ада? Этот демон вместо выхода принёс его к дворцу Тёмного Лорда. Это, между прочим, противоречит всем правилам уровневых сюжетов, где только после пешек идёт главный босс! Тэхён даже не успел прокачаться. Да что там. Он понять, где находится, что делать дальше, а нужно ли драться не знает. Да и чем махаться? У него две пачки рамёна и лук порей. Какие ещё битвы? Двери тронного зала открываются. Тэхён видит самый маленький источник света — какой-то факел в углу. В темноте сияют глаза этого самого Тёмного Лорда. В зале множество окон, но за окном одна беспроглядная тьма. — Ошивался у ворот, — говорит страж-демон. — Это существо бросает Вам вызов. «Когда я так говорил?» — Тэхён мысленно пробивает лоб ладонью. Он шуршит пакетиком, хлопая глазами, щурясь, чтобы разглядеть фигуру на высоком троне. — Кто? — спрашивает вполне человеческий и мягкий голос. — Тэхён, — отвечает парень. — Какого вида будешь, Тэхён? — Лорд спускается с трона. Он протягивает руку, и, рассекая воздух, к нему летит оружие. — Я… я человек, — Тэхён отступает на шаг, когда Лорд приближается к нему. Высокий рост всё уменьшается и уменьшается. Вскоре местный владыка стоит прямо перед ним, поправляя длинный локон чёрных волос, рассматривая его вблизи. Красные глаза горят. Они почти одного роста. — С самого рождения я ещё никому не проигрывал. Я получил этот мир в свои руки, когда мне было всего сто лет. С тех пор меня не свергло ни одно существо. И имя мне Чонгук, — Лорд усмехается. — А ты неплох. Выглядишь мощно, — наклоняется, оглядывая и в профиль. — Мне пока что нравится. На каких условиях будем драться? — Погоди… те, — Тэхён нервно смеётся. — То есть уже никак? Отменить это нельзя? Чонгук щурится. Он поднимает подбородок. — Полно строить из себя труса. Я чувствую, что ты готов к битве. Нет, это не подлежит отмене. Мои слова — закон, пока ты на моей территории. Тэхён вздыхает. Вот и пришёл конец. — Ладно. Так можно на своих условиях? — парень задумывается. — Только что-то серьёзное. Я и умён, если думаешь, что Лорд горазд только кулаками махаться и мечом мериться, — Чонгук улыбается. — Да я понял, — Тэхён смеётся. — Дай мне десять дней. — На подготовку? — Нет, просто. Десять дней до битвы. Я потом спокойно умру. Чонгук щурится. Тэхён пожимает плечами. Он реально ничего не планирует. Лучше от его бегства никому не станет, а так, если можно, то и рамён сварить нужно. Да и завтрашний суп тоже. А то лук зря пропадёт. — Хорошо. Десять дней. И ни минутой больше.

Тэхён не хотел, чтобы Лорд за ним увязался, но Чонгук ему не верит, когда тот говорит, что никуда не уйдёт. Так что Чонгук следует за ним везде.

В первый день они едят купленные Тэхёном пачки рамёна.

На кухне демоны, разделывающие туши, удивлённо смотрят на то, как их владыке протягивают лапшу через пять минут. — Фу руками есть! Ты же даже не мыл их, — Тэхён цокает языком. — Палочками надо. — Какими палочками? — Чонгук возмущается. — Ну были же в упаковке. Деревянные. В пакетике, — Тэхён высматривает во тьме кухни на столе. — Как же тут темно. С горем пополам Тэхён находит, а затем так же долго учит Лорда пользоваться ими. Лапша разбухает, но Чонгуку потом всё равно нравится. Тэхён знает, что понравится. Рамён и Тёмного владыку задобрит.

На второй день Тэхён занимается овощным супом.

В темноте опять почти ничего не видно, поэтому парень зажигает почти пять свечек на кухне. В свете Чонгук кажется совсем безобидным. Просто с рожками на голове и дёргающимся хвостом с острым наконечником. — Для злого короля ты больно миленький, — Тэхён смеётся, погладив по голове. Лук зато в мусорку не идёт.

На третий день Тэхён занимается освещением.

Небо не застилает тьма по утрам. Небо краснеет и хоть как-то, но светло. Каждое утро парень теперь шторы раскрывает. Чонгук с ним увязывается. — Зачем столько света? — бурчит он, хмурясь. — Тебя совсем не видно. А когда есть свет — можно видеть мимику человека. При разговоре, когда видишь, какие чувства даришь, разве не проще? — Тэхён улыбается. Чонгук дёргается от его улыбки.

На четвёртый день Тэхён знакомится с местными вампирами и пытается скормить им втихаря чеснок, утверждая Чонгуку, что должно сработать.

От целой миски чеснока разом любой умрёт, так что Чонгук не верит.

На пятый день Тэхён учит демона-стража у врат делать списки, чтобы не путаться в гостях преисподней.

Чонгук утверждает, что у него и так всё под контролем. Говорит, пока у него за спиной дракон проглатывает кого-то.

На шестой день они катаются на питомце Чонгука. На том самом драконе.

— Как это он летит интуитивно? — Тэхён держится за талию Чонгука, заглядывая через его плечо. — Да и пристроил бы тут седло. Или поводья взял. Свалишься ведь. — Этот мир не обязан блистать удобством для людей. И вообще… — Чонгук не договаривает, потому что Тэхён на повороте сваливается вниз с громким: «я же говорил!» — Людской народ явно сильно страдает, — Чонгук направляет дракона за Тэхёном.

А на седьмой день глупые разговоры о женитьбе, о родственниках.

Чонгук впервые слышит о том, что есть встречи, где можно романтично вместе провести время. — У нас всё просто, —Чонгук вздыхает. — Целуешь — и всё. Если понравилось обоим — женитесь. Если нет — отец обязан кастрировать твоего партнёра. Тэхён вздрагивает. — Просто, говоришь? — и опять нервно смеётся.

На восьмой день Тэхён решает показать, что такое свидание.

Чонгук с самым мерзким выражением лица наблюдает за красным небом, пока Тэхён гребёт по озеру. Сирены хихикают. — И это романтично? — Чонгук цокает языком. — Слишком просто и… — Дело не в обстановке. Это лишь фон, — Тэхён опускает гребли, взяв в руки чонгуковы. — Смотри на меня. Лорд смотрит на него. Тэхён опять ему улыбается. Что-то бьёт в рёбра. Противно бьёт.

На девятый день Тэхён откапывает в замке граммофон.

Они находят пластинку с песней. Тэхён танцует с другими демонами. Чонгук находит боль в рёбрах и тогда, когда видит, что с другими он столь же мил. И улыбка всё такая же широкая.

На десятый день Тэхён не унывает и всё также изучает доселе неизвестный мир.

Читает книги о демонологии. Чонгук рядом сидит несколько часов, а затем устраивает голову на его коленях, начиная объяснять, что и как. — А кто придумывал правила этого мира? — Не знаю, — Чонгук пожимает плечами. — Прародитель. Вероятно. — И ты носишь его традиции, хотя мир принадлежит тебе? Ты странный, — Тэхён смеётся. Чонгук чувствует, как не под рёбрами, а по всему телу тепло.

Ну и вот. Битва на смерть.

Тэхён поднимает руки, мол, он готов к своей участи. Парень жалеет только о том, что оставил там Чимина голодным и без рамёна. А что Чонгук-то? Чонгук не может. Не тогда, когда кушал с ним, катался на драконе, держался за руки, много болтал, сходил на свидание, узнал столько всего о нём, о его привычках, слышал смех, видел улыбку. Нет. Нет. Нет. — Ты так и задумывал, да? Жестокий, — Чонгук опускает оружие. — Какой же ты жестокий. Тэхён раскидывает руки, приглашая в объятия. Чонгук прижимается к его плечу, обиженно бурча, что предпочёл бы умереть, но раз Тэхён так щедро оставит ему жизнь, то… — Я и говорю, что для владыки тьмы ты слишком милый, — смеётся Тэхён. Ерошит его волосы. Чонгук, не упуская возможности, обнимает за шею сильнее, целуя в губы. Все демоны наблюдают за ними. В том числе и сам отец Чонгука. Тэхён, обнимая довольного собой Чонгука, тяжело вздыхает. Ну тут только под венец. Никак иначе. — Я задумал это. Раньше, чем ты задумал свой коварный план про десять дней, — Чонгук указывает на него. — Да-да, — Тэхён гладит его по голове, — ты молодец. Чимин потом находит Тэхёна в своём шкафу с каким-то недокосплейщиком, который утверждает, что они замужем и пришли поработить эту землю.