Никому не нужная правда

Даже не верилось, что каждый месяц за столом Норы собирались первые лица высшего света магической Британии: владелец широко известного магазина «Всевозможные волшебные вредилки», бывшая охотница Холихедских гарпий, ныне пребывающая в должности редактора спортивной колонки в «Ежедневном пророке», и герой второй магической войны. Последние двое по совместительству являлись супругами самых молодых в истории страны главного аврора и министра магии, так же присутствовавших на обеде. Артур Уизли занимал своё привычное место за столом, наблюдая как его любимая жена Молли неодобрительно косится на дочь и с подозрением поглядывает на Гермиону, но молчит. Прицепиться не к чему. Образ Гермионы Грейнджер, нового министра магии, был идеален во всем. Муж обстиран и отглажен, дети вели себя вежливо и спокойно не в пример остальным малолетним отпрыскам многочисленной семьи. Как будто и не Уизли вовсе. Впрочем, дети Гермионы, оставшейся Грейнджер и после замужества, действительно носили её фамилию, к вящему неудовольствию Молли и Рона, молчаливо поддерживаемых остальным кланом. Единственный, кто бы сумел переспорить мадам министра, встал на сторону подруги и этим поставил точку. Всё-таки некоторые изобретения Артура Уизли были по-своему гениальны. На знаменитых часах не хватало четырех стрелок: его невестки, зятя и двух внуков. Он сумел объяснить это жене как раз тем, что они имеют другую фамилию. Молли возмущалась долго, ворчливо сетуя на ужасные магловские нравы и радуясь тому, что хотя бы дети Джинни Уизли-Поттер находятся под бдительным оком любящей бабушки. Артур же правды никому не сказал. Прекрасно зная, о том, что рыльце обожаемой дочери в пушку, ничего решил не предпринимать. Внуков меньше любить он не стал, и даже тех, которые явно не походили ни на рыжих, ни на Рона. Лишь подивился умениям и великолепным способностям невестки, наложившей какую-то мудреную разновидность заклинания доверия на детей, что только те, кто знают правду, видят их в истинном облике. Темно-каштановые непослушные волосы и ярко-зеленые глаза, в подметки не годящиеся пародии на зеленый у Альбуса Северуса. Большая счастливая семья Уизли изнутри являлась фарсом. Нора осела и словно осиротела. Чарли вернулся в Румынию, и не собирался когда-либо возвращаться на родину и тем паче обзаводиться семьей, утверждая, что ему и драконов достаточно. Перси, растерявший весь свой авторитет перед лицом новой политики, засел в небольшом департаменте, занимаясь стандартизацией или бумагомаранием, как брезгливо называл это Рон. Однако, не работа вновь оттолкнула его от семьи, а брак с обычной девушкой, полностью лишенной магии. Перси не желал втягивать супругу в мир, полный предрассудков, даже если он ограничивается родственниками. Джордж и спустя годы не оправился от смерти Фреда, словно вместе с братом похоронив половину себя. Бледная тень когда-то неугомонного шутника бродила по Норе. Алкоголь помогал ненадолго забыться, но отталкивал Анджелину, ставшую ему женой. Они всё чаще и дольше жили порознь, разбивая сердце Молли, каждые выходные умоляющей привести внуков в гости, подспудно желая помирить сына с невесткой. Билл, пожалуй, был счастливей всех. Они с Флер предпочли переехать за канал, посещая Англию пару раз в год. За свою жизнь успев застать две войны, он не имел желания увидеть третью, даже если вероятность возникновения таковой была мала. Впрочем, раскрытие правды о текущем министре и главном авроре поставило бы крест на их репутации, карьере и спокойном будущем страны, а главное на шатком, как построенные друг над другом этажи их дома, мире. Артур устало вздохнул и снова погрузился в молчание, не встревая в вялотекущий разговор за столом. Молли хлопотала вокруг. Джинни пыталась заставить её присесть, но та постоянно вскакивала, то убирая, то добавляя тарелки, подкладывая внукам разных вкусностей и просто наводя приятную ей суету, веющую чем-то привычным и успокаивающим. Его дорогой зять Гарри, которого Уизли, казалось, почти усыновили ещё со школы, обменивался безмолвным разговором с Гермионой. Они всегда так делали: общались глазами, немного мимикой и скупыми, ничего не значащими для окружающих, жестами. Заметив такое много лет назад Артур впервые пожалел, что маги, в отличии от прогрессивных и оттого ещё более странных маглов, не разводятся. Он никогда ничего не хотел сильнее, чем счастья для членов своей семьи. Гарри и Гермиона давно заняли место в его сердце в качестве таковых. Артур лёгким движением палочки помешал Лили Луне облить себя соком, пока Джордж развлекал её и Роксану фокусами. Несмотря на ходящие с подачи Пророка слухи, именно Джинни давала детям Поттера имена. И каждое вызывало неоднозначную реакцию у всех, кроме самого знаменитого Гарри Поттера. Может таким образом, она хотела загладить вину перед ним, но те, кто хорошо знал «Просто Гарри», догадывались, что он не стал бы возлагать на плечи своих детей непрошенный груз за чужие имена, в честь которых они были названы. Губ Артура коснулась улыбка от понимания, что и здесь лучшая ученица школы всех обхитрила. «Роза» логично и ненавязчиво продолжала цветочную традицию, ни к чему не обязывая. Словно вторя его мыслям, Джеймс перестал жевать и громко спросил: — Тётя Гермиона, дядя Рон. Почему Хьюго зовут Хьюгой? Меня вот назвали в честь двух самых крутых гриффиндорцев! Звук столовых приборов замер. Артур отчетливо узнавал в этих манерах своих детей и братьев Молли. Хьюго, о котором шла речь, сдул лезущую в глаза челку и решительно проигнорировал очередную попытку задеть его, предпринимаемую Джеймсом каждый совместный обед в Норе. Рон покраснел и бросил хмурый взгляд на жену. Все знали, историю о том, что Уизли не объявился в Мунго, когда на свет появился Хьюго. Узнав новость о рождении сына от серебристого патронуса в облике величественного оленя, он немедленно отправился праздновать. И уже гораздо позже на вопрос «Почему Хьюго?» получил резонный ответ: «Скажи спасибо, что не Виктор». — В честь одного магловского писателя, — невозмутимо произнесла Гермиона. — Ну, конечно, — тихо пробубнил Рон, и тут же получил тычок под ребра от супруги. — О, и чем же он заслужил такую честь, как имя одного из доблестных мужей рода Уизли? — Джордж состроил одухотворенное лицо, в отличии от брата сумев увернуться от локтя Анджелины. — Точнее Грейнджер. — У него есть произведение, герои которого погибают из-за чужой ревности, людской глупости и собственной наивности, — жёстко припечатала она. — Очень поучительно. Жаль, что в Хогвартсе нет урока литературы. Многим бы он не помешал. Для развития эмоционального диапазона, например… — Джеймс, веди себя прилично, — Гарри одернул вновь раскрывшего рот ребёнка и обменялся с Гермионой долгим взглядом. — Дети, идите во двор, поиграйте, — вмешалась Джинни. Слово «квиддич» пронеслось на столом одномоментно подобно лесному пожару и обратило несколько умоляющих пар глаз к бабушке. Молли сдалась, призывая метлы, и давая наставления. — Я буду капитаном! И выберу кто будет в моей команде победителей, — первым хватая новенький Нимбус, воскликнул старший из присутствующих внуков Уизли. — В этом году меня возьмут ловцом, и я взгрею слизеринских змей как папа! Джинни успокаивающе погладила сына по голове. Роза фыркнула. — Это мы ещё посмотрим, Джеймс Сириус Поттер. — Ты раньше не играла с нами. Спорим, не успеешь сесть на метлу, как завизжишь как лукотрус? — Лукотрусы не визжат. Но да, нам понадобятся наушники, чтоб не слышать твоих дурацких команд. — Эй, хватит! — Фред младший протиснулся между спорщиками, выбегая с метлой из кухни. Хьюго утягивал за собой сестру, полушепотом увещевая: — Пошли, пока взрослые не передумали. А то опять заставят гномов выдворять. За ними последовал Альбус и, наконец, остальные. — Вчера первый раз села на метлу, — пояснил Рон. — Вся в мамочку, — он состроил рожицу и, изображая строгий писклявый голос, произнес: — «Квиддич довольно глупая игра. В ней нет никакой логики! Я не собираюсь садиться на метлу. В Хогвартсе и так будут практические уроки», — он ткнул себя пальцем в грудь, — Я уговорил её попробовать. Мерлиновы кальсоны! Она как будто родилась на ней. Твоему сыну ничего не светит, Гарри! Как только Роза поступит, у Гриффиндора будет новый ловец! Может даже второй самый молодой за последнее столетие. Рон говорил убежденно, подтверждая слова воинственным размахиванием вилкой, призванной видимо впечатлить всех, как именно его дочь порвет сначала Джеймса, а затем и Слизерин на поле. Гарри подарил кривую усмешку Гермионе. Та в ответ закатила глаза, не мешая мужу строить далеко идущие планы по исполнению его заветной мечты о первенстве Пушек, теперь не с ним, а с Розой в главной роли. Разговор за столом плавно перетек в мирное русло. Они давали детям фору, прекрасно зная, что для разделения на команды и споры им понадобится некоторое время. Артур вышел на улицу, когда на кухне осталась лишь Молли, ловко орудующая палочкой дабы навести порядок, и потревожившая его, забрав из рук пустую кружку. Он двинулся в сторону импровизированного поля. Гермиона сидела в беседке, как обычно уткнувшись в книгу. Но то и дело отрывалась от неё. По лицу пробегала тревога, заставляя её безотчетно хмуриться и не выпускать из рук палочку. Гарри напротив с наслаждением наблюдал за выписываемыми в воздухе юными магами пируэтами. Стоящий рядом с ним Рон тоже не отрывал взгляд от неба, постоянно комментируя и давая игрокам неслышимые ими и оттого бесполезные советы. Погода стояла ни на есть подходящая для квиддича. Лёгкий ветерок бродил по поляне. Солнце пригревало, и хотелось тоже оказаться в воздухе или развалиться подобно Джорджу и Анджелине прямо на траве, которые вполголоса обменивались мнениями о том кто сможет в будущем побороться за кубок школы. Их дочь Роксана, еще слишком маленькая для квиддича, приплясывала рядом с Джинни, болея за команду брата, в которую входили Грейнджеры. Матч был в самом разгаре. Фред носился подобно бладжеру, исполняя роль охотника, но его обыгрывала более юркая и гибкая Лили. Флегматичный Хьюго и меланхоличный Альбус охраняли ворота. Ловцы противоборствующих команд гонялись за снитчем. Приглядевшись к Розе, Артур понял, что та поддаётся, провоцируя Джеймса на более опасную и отчаянную игру, так как девочка уже дважды имела все шансы схватить золотой мячик. Она крутилась, подныривала под игроков, и не реагировала на выкрики обеих команд. Подгадав момент, Роза ухнула вниз, увлекая за собой соперника, и вдруг резко затормозила, свесившись с метлы. В руке девочки блеснул снитч. Анджелина дунула в свисток, однако ещё громче завопил Джеймс и врезался в землю, скатившись с метлы на траву. Смягчающее заклинание и небольшая, по сравнению с квиддичным полем в Хогвартсе или на профессиональном матче, высота спасли его от травм. Но не от поражения. Гарри поздравил Рона и кивнул Гермионе, подстраховавшей незадачливого ловца. От Артура не укрылось, с каким торжеством сверкнули за очками зеленые глаза, когда Роза буквально из-под носа вырвала победу у мальчика. Джеймс вскочил на ноги, запальчиво крича: — Ты жульничала! Ещё раз! Это не считается! Рядом приземлились остальные игроки, и Джордж с Анжелой и Рон с Джинни поспешили к ним. — Гарри, Гермиона! Можно вас? Мне опять нужна помощь с этой магловской штукой, — Артур махнул в сторону гаража. Никого было не удивить тягой мистера Уизли к магловским изобретениям, и два эксперта по таковым частенько привлекались к этому. Троица беспрепятственно покинула поляну. Дверь захлопнулась, и Артур привычным движением наложил вокруг чары. — У вас есть минут сорок. Он завел старый механический будильник. — Спасибо. Главный аврор и министр магии — самые значимые и влиятельные фигуры сообщества волшебников в их стране стояли как подростки держась за руки с румянцем на щеках. Осуждать поступок пары не получалось. Артур знал такое, о чем бы предпочел никогда даже не догадываться. Браки его младших детей можно было назвать счастливыми только для сторонних наблюдателей, вроде читателей «Ведьминого досуга», где публиковались статьи наподобие: «Десять советов идеальной жены от супруги Мальчика-который-выжил». Джинни за время брака так и не забеременела от Гарри. Сначала специально, ибо как и Гермиона, строила карьеру, а затем просто не получалось. Артур несколько раз слышал разговоры отчаявшейся дочери с матерью. Целители утверждали, что со здоровьем супругов всё в полном порядке и рекомендовали не опускать руки. Однако, ничего не происходило. Зелья не помогали, попытки происходили реже, заменяясь тягучим молчанием с раздельными спальнями, благо в доме на Гриммо пустых комнат имелось предостаточно. Маглы далеко продвинулись в изучении генетики человека, причем куда эффективнее. То, на что старые волшебники до сих пор вешали клеймо «проклятье» или глубокомысленно изрекали: «На всё воля магии…», маглы называли несовместимостью. Гарри хотел большую семью. И получил её. Два черноволосых мальчика и рыжая девочка, как две капли воды походящая на свою мать. Конечно, Гермиона Грейнджер сразу догадалась об обмане, и, не в силах предать доверие близкого человека, рассказала об этом Поттеру. Артур помнил как за пару лет до рождения Джеймса доставлял в Мунго саму Гермиону, у которой случился выкидыш из-за измены мужа. И как она рыдала у него на плече, пока не примчался Гарри. Помнил как Поттер прямо в аврорской мантии припер к стене больничной палаты его младшего сына и шипел не хуже василиска, что если Рон еще раз посмеет обидеть Гермиону, то в тот же миг сделает ее вдовой. Оправдания, что в вечно погруженной в работу жене он перестал видеть женщину, а не бесчувственную машину для законов и борьбы за права униженных и оскобленных, и что это ничего не значит, ибо он даже не спросил имя у подруги на одну ночь, с которой хотел немного расслабиться, никого не разжалобили. Тем не менее Рон больше не смотрел налево. Но и Гермиона перестала смотреть в сторону мужа с прежней любовью. Чаша терпения, в которую она годами складывала все свои обиды на Рональда Билиуса Уизли раскололась. Мистер Уизли грустно улыбнулся своим названным детям и ничего не ответил, проследовав в скрытую чарами часть гаража, где вот уже несколько месяцев занимался модернизацией новой машины. Он старался выкинуть из головы мысли о сконструированных им часах, и никому не нужной правде, что они ему открыли. Впереди ждал самый сложный этап — невидимость и неслышимость. Опыт фордика требовал внести корректировки в эту часть, и Артур погрузился в работу.