ЗАБВЕНИЕ

Шум и гам, из окна Глухие дома и их седые головы Зима красна, когда уходит Подальше от всех нас Тухнет сигарета, как всё, - постепенно Раз я за ней не смотрю, то можно слепо верить Что по трубам рано или поздно Пойдёт мировая тошнота Её поток разорвёт любой крик Струи нарисуют на домах Птицу Феникс, но в своих тонах Стрелки часов: Маленькая - на девять, большая - ближе к трём И мне пора, скоро забудется родной дом Да и я не против, да и я исчезну тенью в потёмках Между переулков старых хрущёвок В их глуши, в их чертогах Письмо последнее оставлю на стене бензином Останусь в мире запахом жжённой резины Не положить мне этот листок в стол Банально полки под ним нет для этого Да и чернилы не кончаются Вторичность, а не текст, ибо делать нечего Адресаты неизвестны, смерть - верность делу Пустота - ад поэта - не для безделья Не боль она, чтобы быть всеобъемлющей Яркая, как неприятные воспоминания Вокруг лишь книги и портреты Советские открытки и газеты И потерянные письма потеренных солдат Почти таких же, как и я Библиотека бытия, но вокруг - пустота Но пока не дымится ручка Пока не горят на листе чернилы Значит, я ещё не достиг ада творцов Но это безысходное чувство рядом: Где-то между, видимо, нахожусь На грани пустоты и на грани вещей Одновременно, ведь вижу оба мира Пока внутри - гнев и агрессия Грязные тона плоти и крови Будто я здесь - пророк, но я готов погрязнуть в тошноте Или в очищённом желудке, ибо мне нет дела Мне нет дела ни до мира больных людей, ни до мира чистейших серафимов