Спасибо

      Ночь пришла в Энканто тихо и незаметно. Луна освещала тёмное небо. Было тихо и спокойно. Бруно открыл глаза. Неподалёку зашевелились крысы.       «Тёмно… А, точно… Сейчас же ночь», — подумал Мадригаль, вздыхая.       Ему снова не спалось. Мужчина сел, потирая виски. Крысы запищали, недовольные тем, что их потревожили. Мадригаль ласково погладил одну из них тонкими пальцами. В голове было пусто. Невидимая тяжесть давила на плечи. Устало вздохнув, мужчина медленно побрел к выходу из новой комнаты. Ткань зелёного пончо едва слышно шуршала. Бруно осторожно спустился вниз и направился в кухню.       «Попью водички и попробую снова уснуть… Джули расстроится, если я не смогу наладить режим сна», — думал он, тихо ступая по лестнице.       Тут его взгляд остановился на портрете отца. Мужчина поджал губы и робко, словно это живой человек, подошёл к нему. Повисла тишина. Бруно казалось, что отец смотрел прямо на него.       — Привет, пап… — тихо поздоровался с портретом он. — Хорошая ночь, правда? Так… Так тихо и спокойно, — из горла сам собой вырвался нервный смешок. — Даже необычно, что сейчас не сплю только я… — Мадригаль поднял взгляд на портрет и тут же опустил глаза, потирая руку. — Слушай, пап… Я давно хотел сказать тебе… В общем… Прости меня. Прости, что разочаровал… Я всех подвёл… И подводил всегда. Сколько бы лет ни прошло, я так и не смог стать тем, на кого могла бы положиться семья… На кого могла бы положиться мама. Будь ты жив, наверное, был бы разочарован… Мой дар никому не помогал и не помогает, я так и не защитил Мирабель, не защитил Каситу… Прости, пап. Прости, что я одно сплошное разочарование… Прости… Пр…       — Бруно, — внезапно позвал его кто-то.       Мужчина вздрогнул, резко обернувшись. От неожиданности он даже забыл, как кричать. Послышались шаги. Мадригаль прищурился. В свете луны он увидел…       — Пап? — голос дрогнул, перестав слушаться хозяина.       Перед ним стоял его отец, Педро Мадригаль, такой же молодой и красивый, как и на портрете. Мужчина улыбнулся и шагнул к сыну. Тёплые ладони коснулись его щёк. Бруно вздрогнул, как от удара. Педро осторожно убрал волосы сына за ухо.       — Ты стал таким взрослым, — нежно сказал он. — Настоящий мужчина.       Бруно резко обнял его, прижимаясь к нему. Глаза предательски защипало.       — Прости, пап… — тихо произнёс Мадригаль. — Прости, что подвёл тебя…       Педро улыбнулся шире, чувствуя, как в груди всё сдавило от ноющей боли. Сухие губы осторожно поцеловали сына в макушку. Сильные руки обняли провидца посильнее.       — Это ты прости, что не смог быть рядом, когда это тебе было нужно. — Тихо сказал Педро. — Я не мог помочь тебе, не мог сказать тебе, как сильно горжусь тобой, как сильно люблю тебя.       Бруно робко поднял на него взгляд. Его отец смотрел на него с нежностью, с любовью. Глаза снова защипало, губы задрожали. Слёзы сами собой потекли по щекам.       — Прости… Кажется, я стал слишком сентиментальным… — пробормотал предсказатель, поспешно вытирая слёзы.       — Тебе не нужно извиняться за это. Твои чувства важны, — Педро поцеловал сына в лоб. — Помни, если тебе грустно, ты можешь сказать об этом. Семья рада, что ты вернулся, ты нужен им. Запомни, я горжусь тобой. Что бы ни случилось, я люблю тебя и горжусь тобой.       Бруно слушал, как зачарованный. Приятное тепло разливалось внутри. Улыбка сама собой растянулась на лице. Стало так спокойно, хорошо и легко на душе, словно с плеч упал тяжёлый груз. Предсказатель прижался к папе, чувствуя, как тепло обволакивает его. Вместе с теплом накатила усталость. Глаза непроизвольно стали закрываться. Педро, словно почувствовав это, повёл его за руку куда-то. Мадригаль молча подчинился. Они тихо скользнули в чью-то комнату. Педро плавно уложил сына в мягкую кровать. Бруно чувствовал, как глаза слипаются сильнее. Подавить зевок у него не вышло.       — Мне остаться с тобой? — тихо спросил его отец, мягко поглаживая по волосам.       Провидец кивнул. Ему хотелось побыть в этих объятиях ещё немного. Педро улыбнулся и обнял его. Бруно прижался к такому желанному сейчас теплу и закрыл глаза. Он чувствовал себя в безопасности. Сердце размеренно билось в груди. Сон накрыл тёплым покрывалом. Пророк и сам не заметил, как погрузился в глубокий сон.       — Глупый дядя Бруно… — негромко произнёс «Педро». — Надеюсь, ты больше никогда не скажешь такую ерунду о себе.       Обратившись в себя, Камило чуть отстранился от дяди, рассматривая лицо того. Сейчас мужчина казался умиротворенным, как ребёнок. Юноша улыбнулся. В душе было тепло и легко. Юный Мадригаль чувствовал счастье от того, что оказался в нужное время в нужное месте.       «Мирабель была права… За ним нужно присматривать», — подумал он, прижимаясь к дяде поближе.       Какое-то время юноша лежал рядом с недавно вернувшимся родственником, но сон взял своё. Юный Мадригаль уснул, обнимая дядю.       Утром Бруно с трудом разлепил глаза. Худое тело непроизвольно дрогнуло.       — Камило? — тихонько позвал племянника пророк.       Юноша замычал что-то и прильнул потеснее к желанному теплу.       — Так это был ты ночью, — Бруно улыбнулся, чувствуя нежность во всём теле.       Камило потерся носом о шею дяди, заставляя того вздрогнуть от щекотки. Такой маленький и беззащитный сейчас, подросток доверчиво прижимался к провидцу. Бруно улыбнулся шире, обнимая юношу покрепче.       — Спасибо, — негромко произнёс он, целуя племянника в кудрявую макушку.       Камило улыбнулся во сне. Бруно прикрыл глаза, снова погружаясь в тёплую пучину. Теперь в их семье всё будет хорошо. Бруно знал — его действительно любят и ценят. Большего для счастья ему не нужно было.