калифрендум.

От Джерарда пахло приторным ванильным ароматизатором, украденным из ближайшего супермаркета, дешевым клубничным энергетиком и безграничным весельем, а от Фрэнка.. Хотелось сбежать куда подальше, потому что никто, черт возьми вообще никто не знал чего можно было ожидать от Айеро. Нет, серьёзно. Кажется даже он сам не догадывался об этом. Но Уэй никогда не позволил бы себе предать этого чудаковатого придурка с ростом чуть больше 160, отпадными шутками, любовью к шипучкам и огромным количеством адреналина в крови. Они определенно точно были наречены при рождении титулом "самые лучшие друзья навсегда", как все те глупые нарисованные герои из детства, которые никогда не оставляли друг друга в одиночестве, иначе и быть не могло. Мать твою! Целых двенадцать долларов на двоих и целый мир в ассортименте, бери, что душа пожелает! А подростковый максимализм твердил обоим, что им наверняка стоит захватить с собой все, конечно же не заплатив, попутно проехавшись по магазину на тележке, выкрикивая строчки из любимых песен каждому покупателю вслед. Нарочно озадачивая зевак, высоко поднятым средним пальцем. —Слушай, Фрэнк, мне кажется тебе это будет нужнее, —задумчиво промямлил Джи, сразу приступая к поискам чего-то несомненно особенного в огромном бардачке, который по своим размерам напоминал любимую огромную сумку с кучей лишнего барахла внутри. Выудив со дна заветную кассету, он броском подал её другу. —ГОСПОДИ, ЭТО ЖЕ "MISFITS",—Фрэнк был готов во все горло вопить от радости. с такой же силой, с которой это делают особенно влюбчивые девченки на концерте "Джастина Бибера".—Официально заявляю, —Он сделал серьёзный вид, прищурив глаза, после положив руку на сердце, будто и впрямь произносил великую клятву—Джерард Артур Уэй, вы лучший человек из ныне живущих,—Он с крайней заинтересованностью покрутил в руках подарок, подробно осматривая вещицу со всех сторон.—Боже, охуенно, где ты вообще достал это старье? Не в обиду, но кассеты же вроде больше не в моде.. — —а кто сказал, что я следую моде? — Джерард залился смехом, таким же звонким, как колокольчики на санях старика клауса в канун новогодней ночи. —Фрэнки, ты такой наивный,—