День святого Валентина

Если Юля верно расшифровала подсказку, подарок прятался в ящике с нижним бельем. Первым делом она нашла спиннер и не поверила своим глазам. Действительно, спиннер. Романтический, с сердечками вместо округлых лопастей, розовый и блестящий. Но спиннер. Юля улыбнулась, когда поняла значение игрушки. У сердечка только две округлые попки над остроконечной вершиной. А их трое в отношениях. Удивительно равноправных и равносторонних. У спиннера три одинаковые лопасти… Костя удивительно красноречив. А то, что этот подарок организован Костей, Юля не сомневалась. Квесты с поисками подарков давно были Костиной фишкой, как и записки со стихами, и, пусть рифму не одобрил бы даже второклассник, Юля хранила эти стихи, как филологи — черновики Пушкина. Стоило сунуть руку чуть дальше, под пальцами оказалась шуршащая упаковка с логотипом салона нижнего белья. Юля развернула черную кружевную комбинацию — нет, ну точно Костя выбирал! Роме нравился розовый шелк. Именно в этот момент в спальню заглянули мальчики, один из которых приехал со смены, а второй успел съездить за сетом роллов и бутылкой вина. — Надевай эти тряпочки, мы мигом, — распорядился Рома. И минутами позже все трое валялись на кровати, а на столике возле нее расположились бокалы и свечи, блюдо с роллами и креманки с соусами. Чуть дальше, под подушкой, лежали два сертификата: один — в магазин женской одежды, другой — в новомодный фитнес-клуб. Мальчики, дураки романтичные, решили отпраздновать День Всех Влюбленных с размахом. И это те мальчики, которые месяц ныли, что праздник — дань западу, и вовсе необязательно российским военнослужащим отмечать день влюбленных в середине февраля, когда у них есть похожий праздник в июле. Юля положила голову на широкую Ромину грудь, а пальцы гуляли по Костиному торсу, забрались в заросли курчавых волос, подбираясь к соскам, но Костя каждый раз ловил Юлину руку прежде, чем пальцы достигали цели. Юля, кстати, так и не знала, что Костя подарил Роме. А спросить хотелось. Не сказать, что в их отношениях на троих вообще не было ревности и обид. Поначалу они несколько раз едва не расцапались, потому что Юлю коробило, когда мальчики проводили ночь вместе, и вообще оказалось сложно принять, что отношения не вертятся вокруг нее, и что там, у другой стороны треугольника, тоже есть что-то личное, рассчитанное на двоих. Но такое же личное было и между Юлей и Костей, и Юлей и Ромой. Так что со временем она научилась смотреть сквозь пальцы на тайны между мальчиками, Костя — не обижаться и не впадать в комплексы, а Рома убедился, что их отношения втроем глубже, чем шалости пары, от скуки нашедшей себе еще одного любовника. И про ревность забыли. Любопытство только жгло, как и прежде. Рома перебирал Юлины волосы точно так же, как она перебирала волоски на Костиной груди и, кажется, даже зеркалил ее движения, а второй рукой крутил спиннер. Ну тот, с розовыми сердечками. — Пардоньте, как говорится, но испорчу вам аппетит: я анальную пробку с точь-в-точь таким же узором навершия видел. Костя аж подавился вином, и оно едва не пошло носом. А Юля поймала Ромин взгляд и подмигнула: анальная пробка, говоришь? А это идея! Давно пора обновить их коллекцию игрушек. Коллекция, впрочем, большой никогда не была: наручников, кляпов и зажимов для сосков в ней было больше, чем пробок и вибраторов, а когда в постели оказалось уже не один, а два парня, дополнительные члены больше не требовались, но… Рома явно понимал, о чем думает Юля, потому что красноречиво покосился в сторону Кости, который нервно опустошал бокал, и кивнул. Юля перевернулась, потянулась за палочками, пока глазами выбирала, какой ролл хочет съесть, и даже не кожей почувствовала, а интуицией, как в нескольких сантиметрах над поясницей скользнули две ладони. — Березин! Лисицын! — окликнула она. Это что там за поползновения? Договорились же, что сначала еда и вино, затем уборка, а потом уже секс! Итак винное пятно с матраса не удалось вывести. Но вместо ответа мальчики лишь положили ладони на Юлины бедра и поцеловали в щеку. Одновременно. С двух сторон. А потом потянулись целоваться друг с другом. У Юли хватило времени лишь оттолкнуть столик от кровати, чтобы он откатился к стене, а затем ее втянули в поцелуй, и Костина ладонь скользнула поверх кружевной ткани, поглаживая ягодицы, а Ромина легла на внутреннюю поверхность бедер, и стало хорошо до мурашек. Но пока что не время. В конце концов, Юля не зря месяц посещала курсы массажа. У нее тоже есть, что подарить своим любимым мужчинам. Осталось только решить, кому достанется первый приз. А затем — прошептать сначала в одно ухо, касаясь щекой жестких, черных, уже тронутых сединой волос, а сразу после в другое, сдерживая смех, когда мягкие, пушистые волосы щекочут губы: — Я вас обоих люблю. И ведь это взаимно. Если Юля и была в чем-то уверена в сумасшедшем изменчивом мире, то только во взаимности своих чувств.