Другой мир

Ваня подошел к избушке Бабы-Яги и присвистнул от удивления. Кажется, он что-то пропустил за время отсутствия в Белогорье. Вокруг избушки стоял частокол, на котором были развешаны разного рода черепа, а на воротах прямо по центру красовался лошадиный череп. Тут же вспомнились детские сказки про Бабок-Ежек и черепа с горящими глазами, и Ваня малодушно подумал, как хорошо, что сейчас день, а не ночь. — Что это у тебя за выставка современного искусства? — поинтересовался он у вышедшей навстречу Яги. — Ась? — Лошадь, говорю, чем кормила, что у нее такие зубы повырастали? — Ваня, поморщившись, дотронулся до клыков лошадиного черепа. — А, это. Это, Ванюша, сувениры из другого мира. — Я, конечно, не спец в зоологии, но что-то не припомню в нашем мире зубастых лошадей. — Да не из вашего, Ваня, не из вашего, а из со-о-о-о-всем другого. — Так, минуточку! В смысле из «со-о-о-о-всем другого»? — Ваня передразнил интонации Яги. — Есть еще другие миры? А как ты туда попала вообще? — Ну… — Баба-Яга замялась. — Случайно. — Понятно. Заклинания попутала? — Что есть, то есть, Вань, — повинно склонила голову Яга. Ваня укоризненно покачал головой. — Так что за мир? — Ой, Ваня, страшный мир, страшный! Людей мало, чудищ много, — Яга передернулась всем телом. — Тьфу-тьфу-тьфу, чур нас, чур! — Так, значит, лошадки у них плотоядные? Да-а-а-а, на таких не поскачешь. — Ох, не поскачешь, Ваня, ох, не поскачешь, если не хочешь, чтобы тебе буйну голову-то откусили. — В смысле, откусили? — Вот так, Ванюша. Не лошади это, а Скакуны. Копыта у них раза в три больше и тяжелее, чем у той лошадки. Ка-а-а-а-к повалит он тебя на землю да ка-а-а-а-к раздавит в лепёшку. И голову твою за раз откусит и не подавится. — А у тебя-то она как оказалась? — Ваня еще раз взглянул на два ряда острых зубов и на всякий случай отошел подальше от ворот. — Пойдем, чего покажу. Избушка, избушка, повернись к лесу задом, ко мне передом. Избушка поднялась, и Ваня чуть не упал со смеху: у нее на лапах были шерстяные носки. Правда, веселье быстро прекратилось, когда он учуял запах от этих носков. — Сосущих испугалась, бедняжка, — пояснила Баба-Яга. — Сосущих? Вампиров, что ли? Так от них чесноком спасаются, а не луком, — Ваня зажал нос. — Да не вампиров, а Сосущих. Маленьких таких, на крыс похожих. Дюже любят по ночам пальцы на ногах обсасывать, а ты и не чуешь. Поутру проснешься, а ножек-то и нетушки. Ваня содрогнулся, представив эту картину. — Единственный способ защититься от них, — продолжила лекцию Яга, — это носить носки из козьей шерсти, замоченные в луковом соке. Сосущие не выносят этого запаха, их от него тошнит, а от козьей шерсти в носу чешется. А что Избушка перетрусила немного, так это с кем не бывает, — Баба-Яга укоризненно посмотрела на Ваню, мол, смотри мне тут, посмейся еще, затем ласково погладила Избушку по бревнам: — Ты ж моя девочка! — Так, а ты откуда все это знаешь? — подозрительно прищурил глаза Ваня. Избушка, успокоившись, уселась обратно, и Баба-Яга пальцем поманила Ваню войти. — Вот! — Яга с гордостью грохнула на стол огромную книгу. — Подарок! Гримуар! Девчонка одна с того мира составила. Тут все чудища описаны. Глянь, вот Скакуны, вот Сосущие эти, от которых Избушка лапоньки-то свои спрятала. — За какие такие заслуги подарила? — поинтересовался Ваня, с интересом листая книгу. — Этого тебе знать не положено. Заслужила, значит! — Смотри — Тощий, — Ваня, не став настаивать, показал на рисунок худого и долговязого существа, немного похожего на человека, и хохотнул. — Уж не родственник ли нашему Кощею? — Вот придет за тобой такой, не до смеху будет, — проворчала Яга. — Обглодает так, что ни косточки не останется! — О, а это уж не твои ли родственнички, часом, а? — пролистнув несколько страниц, Ваня показал на существо со щупальцами, которые были похожи на корни деревьев. — Корявые. — Тебе смешно, а девчонку ту, что гримуар составила, в детстве едва спасли от одного такого Корявого. Так хромоножкой и осталась, бедняжка… — Яга аж прослезилась при воспоминании. — Ну, будет, будет, прости, — Ваня похлопал ее по плечу. — Так ты пришел-то чего, Вань? — вспомнила Яга, успокоившись. Ваня хлопнул себя по лбу: — С твоими чудищами совсем забыл! Василиса что-то разболелась, ты бы дала какие-нибудь там свои травки… Он потрогал висящие на веревке вдоль печки засушенные соцветия, с которых посыпалась пыль, и чихнул. — …отварчик там какой, не знаю, чем вы тут лечитесь? — он приоткрыл крышку маленького горшочка, стоявшего на столе, и заглянул внутрь. Там в какой-то жиже плавало нечто, похожее на лягушку. Ваня быстрей закрыл крышку и повернулся было к Яге, когда заметил, что с печи за ним наблюдают два маленьких красных глаза. — Бабусь, и ты бы убиралась почаще, что ли, вон каких крыс огромных развела. — Каких еще крыс? У меня крыс отродясь не бывало! Они оба подошли поближе и посмотрели на существо, которое, не оценив такого внимания, соскочило с печи и со всей скорости юркнуло в открытую дверь. — Бабу-у-у-сь, а ты дверку-то за собой в другой мир хорошо закрыла? Ваня с Ягой секунду посмотрели друг на друга и дружно бросились вдогонку странной крысе.