The perfect girl

Акамацу направляется к той, которая долго её ждала. Руки девушки уже поспешно попадают в пыльную комнату, включают маленький свет и закрывают двери с окнами, дабы никто не увидел Ируму в таком состоянии. – Миу... Прости, что так долго... Как себя чувствуешь? Но изобретательница лишь развернулась, показывая заплаканное лицо и потекшую тушь, явно отвечая на вопрос девушки, не сказав ни слова. – Ох, Миу! Пианистка прижимается к ней ещё сильнее, аккуратно касаясь каждой частички лица Миу. Пышные ресницы намокли, потеряв прежнюю красоту. Лицо слегка опухло, а глаза и вовсе утратили всю искру. Но Каэде это не волновало. Её девушка всегда была красивой. Акамацу просто не могла понять, как такая прекрасная девушка может плакать. И из-за чего... Может, кто-то обидел? Или у Миу не получилось ничего изобрести? Гадать можно бесконечно, особенно когда твоя девушка изобретатель - чудачка с буйным характером. – Что случилось? - шепотом спрашивает та. Она ничего не отвечает и ложится на плечо Каэде. Удивительно, как они вообще дошли до такого уровня отношений. Сначала изобретательница терпеть не могла пианистку. Обе делали друг другу колкие замечания насчёт внешности и поведения. (Иногда даже в нецензурной брани) А теперь они не представляют своей жизни друг без друга. – Каэде... Просто будь рядом... Миу улыбнулась. Когда она с Каэде, она всегда счастлива. – Всегда. - шепчет девушка, отдаваясь плену обниманий. В такие моменты слова не нужны. Тепло пианистки это всё, в чем она так нуждалась. Ирума сильнее прижимается к пианистке, боясь отпустить. Те встречаются взглядами и хрупкий мир девушки снова обретает смысл. Миу могла доверять лишь одной, одной единственной, кто принимает её недостатки. Казалось, что в паре более сильной стороной была Миу, но дело обстояло наоборот. С пианисткой, та стала уязвимее. Но изобретательницу это ничуть не смущало. Она просто рада, что у нее есть такая замечательная девушка. – Тебе нужно поспать. А я пока принесу что-нибудь покушать. – Не надо так беспокоиться обо мне... - проворчала та. Всё ещё борется. Ирума всё ещё отталкивает это чувство от себя. Ей до сих пор не верится, что кто-то может её полюбить. Каэде об этом знала и не осуждала. – Я буду заботиться, потому что люблю тебя. - всё также тихо продолжала говорить пианистка. В порыве эмоций изобретательница резко хватает девушку за кусок ткани на верхней одежде, прижимая её настолько близко, насколько могла себе позволить. Неумелый, но нежный поцелуй остаётся на их губах. Они ни о чем не жалеют. – Миу... Ирума вновь ничего не объясняет, без каких-либо сил обнимая Акамацу. Та прошептала: – Я действительно голодна... - признаёт та. – Так и знала! - смеётся Каэде. - Хорошо, сейчас приготовлю что-нибудь. А ты пока полежи. Пианистка оставляет поцелуй на щеке девушки и уже бежит на кухню. А изобретательница с радостью плюхается на кровать, думая о том, что у неё лучшая девушка в мире.