«Найди меня за облаками…»

Мой дорогой и так долгожданный мной хозяин. Пусть, мы с тобой так и не встретились, и пусть я так и остался «ничьим» до конца своих дней – той «брошенной душой» в стенах железных вольеров и холодного приюта, среди таких же несчастных собак и кошек, как Я. Но, если ты читаешь это письмо, то знай, что меня уже нет с вами в этом мире.... Меня нет среди живых... «Так вышло... Так получилось... И некого больше винить....» Хоть я и сам того не знаю: стоит ли вообще на кого-либо злиться? Ибо, поступки людей для меня так и остались – нейтральными, по сегодняшний миг.... Я мало что помню, – как это произошло... И как я себя чувствовал после ухода в иной мир: ведь помню лишь одно, – яркий и тёплый свет, что открылся мне в конце туманной бездны. А потом, стало как-то тепло, хоть в то поверить было странно, но я, словно бы, потерял ту гложащую меня, когда-то, боль и тревогу, обретая некий ритм спокойствия в лучезарной радости, как будто бы вся моя земная жизнь была тем страшным сном после которого я облегчённо открыл глаза, в радости и счастье, встречая этот мир.... Я так и нёсся по зелёному лугу, что был окутан цветочным покрывалом во всех цветах контрастной радуги, с каждым таким лёгким мне шагом, всё удаляясь вперёд, так и не понимая куда же я бегу, и зачем вообще ускоряюсь? Я, словно бы, с каждым таким окрылённым мгновением пытался взлететь в ту высокую лазурь голубого неба, временами чувствуя какой-то полёт. А может быть, я и в правду тогда на тот миг взлетел: что мне уже смутно помнится... Я долгое время бежал по зелённой и цветущей поляне, не зная каких-либо границ сей растилающей передо мной дороги, где с каждым разом мне становилось всё легче и легче, что помогало мне позабыть о моей жестокой и «забытой Богами» жизни... Но, когда я остановился возле прозрачной и чистой, как слеза реки, дабы испить её зеркальные воды, то я тотчас понял, что меня уже нет.... Я увидел в той прозрачной глади водной поверхности свою прошлую жизнь, свой безжалостный, но до боли мне родимый мир... Моя жизнь на сырых и холодных улицах началась с самого щенячьего возраста. Ну, понимаете, просто бывает так, когда люди принимают нас за вещь, за игрушку, которую можно было в любой момент выбросить или же забыть. Так и случилось по всей видимости у меня... Оказавшись на улице, таким же беззащитным ребенком, я долгое время скитался, прячась по каменным и падавальным углам, в надежде вечного поиска хоть какой-то пищи и малого тепла. Я помню, одну очень добродушную женщину, что постоянно навещала меня возле одного из магазинов, где я, как раз-таки, и поселился: вечно выжидая кого-то из прохожих, хоть и в глубине своей души прекрасно понимал, что ждать то мне было и не кого... С каждым таким её приходом, я радостно и вяло вилял хвостом, а после чего – уже был сытым и даже чуть обласканным её доброй ладонью. Именно эта черта легковерности во мне сгубила добродушие и наивную радость, ведь я не знал, что люди бывают и разные... Спустя долгое время, она так и приходила на то самое место возле магазина, навещая меня и тем самым подкармливая, ведь только благодаря ей – я смог пережить холодную зиму и сырую осень, с каждым днём, ожидая её все чаще и чаще... Но, однажды, она не пришла, хоть и несмотря на дальние одинокие дни, я всё равно верил, что когда-нибудь, да её увижу: но этого так и не случилось.... Вскоре, я был изгнан с того родного мне места, что впитало в себя те тёплые мною воспоминания о такой «спасительной встрече», благодаря которой, я был до сих пор жив, до того момента пока меня не согнал один из дворников, ударив меня тяжёлой метлой, от чего я в былом мне страхе бросился прочь, куда глаза глядят. То, что было дальше и вспомнать было тяжело: в меня кидались камнями, пытались подстрелить, постоянно прогоняли, хоть я до сих пор и не понимаю – «За что?» «Что, я такого кому сделал, что люди так озлобились на брошенную кем-то Душу? Почему же нельзя быть добрее?» С каждым таким жестоким днём я задавал эти вопрос себе снова и снова, ответа на которых я так и не получил... Даже сейчас, когда мои глаза намертво смотрят в «зеркало прошлого мира...» Я не помню как это получилось, и что же меня смогло вибесить настолько, что я впервые кого-то, да укусил... Но после этого момента, я почувствовал бездыханную погоню, которая навсегда поставила на кон мою уличную и свободную жизнь. Проснулся я от громкого и кричащего лая за железными прутьями какой-то решётки, в страхе и бешенной тревоге мечась со стороны в сторону, изредка, спотыкаясь лапами об железную цепь, что была прикреплена к какому-то тугому кольцу на моей шее. Так и началась моя вторая и такая же безжалостная жизнь в месте под названием «Приют». Дни летели, люди приходи и забирали понравившее им животное: в основном, это были те собаки, которые напоминали «красивую обёртку» и так нужный им «идеал». А я, всё это время лишь терпеливо выжидал своего черёда, изредка, слушая громкие выстрелы, что исходили из кирпичного гаража, в который уводили собак, где те навечно исчезали в его бетонных стенах, ибо люди уже выходили оттуда одни. Я хорошо тогда запомнил как «таких» выбирают и отправляют в конечный им путь, и я прекрасно понимал каких собак это касалось. На каждую клетку надевали какую-то табличку красного цвета, видимо, они таким образом помечали нас «никчёмных». При виде таких вольерных печатей, я тихо молился чтобы то не затронуло меня, день ото дня прячась в свою деревянную и сырую будку, временами, порыкивая при виде того мужчины, который клеил те самые таблички на железные замки. Я с каждым днём, всё чаще и чаще понимал, что скоро и настанет мой черёд: от чего это место для меня уже ничем не могло отличаться как от холодных улиц. Ведь, – что там, что здесь, я всё равно остаюсь «ничьим» среди огромного людского мира, несмотря на то, что в этом месте люди нас кормили, а иногда и могли взять с собою на прогулку. Помню, я тогда испугался поводка и дёрнулся назад, от чего упала и женщина, которая хотела меня вывести из природнившей, но так ненавистной решётки и конечно же, я из-за той своей глупости получил тем поводком по спине, что моментально убило во мне всё доверие к людям. Месяца летели, выстрелы слышались, люди приходили и так же уходили, но только не со мной, что несказанно гасило во мне сию надежду о той мечте, которая имелась здесь у каждой брошенной собаки – обрести дом, семью, стать кем-то любимым... Но для меня, люди стали другими, не такими какими их видели мои сородичи. Я их видел совсем иначе – а видел я их – безжалостными, жестокими, черствыми и алчными. Клянусь, если бы я не получал от них столько боли здесь и в прошлой жизни таких скитаний, то мог бы ещё не утратить хоть какое-то доверие к ним. И откуда в людях столько злости? А нас ещё называют зверьми... С каждым мигом мною прожитого дня, я ожидал кого-то, но так и не понимал почему вообще стал ждать. Даже, когда я видел их жестокость и не справедливость по отношению к нам, то моя надежда угасающей мечты никогда не покидала моё сердце и никогда не позволяла пасть духом, от чего и громкие выстрелы мне стали казаться не такими страшными, как могли казаться и слышаться раньше... Я так и жил среди железных прутьев своей одинокой клетки, пусть и в сытости, но в гложащем меня одиночестве, в вечном страхе о той неизвестности о дальнейшем. Каждый раз, когда я видел нового пришедшего человека, то я обессиленно вилял своим растрёпанным хвостом в надежде, что однажды на меня обратят внимание и наконец сделают счастливым, избавив от сей боли и тревожности. Я никогда не терял уже как давно мне надоевшую надежду о будущем, о счастливом, хоть и не понимал, как мне дальше смотреть и принимать это место. Место в котором ты либо умираешь, либо обретаешь счастливый покой, но я так и не смог обрести его... Я уже не помню от чего и из-за чего я так и не проснулся. Может, меня увели в то «безвозвратное место»: откуда собаки никогда не возвращались... А может быть, я просто перестал надеяться на лучшее, погибнув от глубокой тоски и одиночества... Но, я так и не обрёл «иную жизнь», которая на моих глазах появлялась у других таких брошенных душ.... Пусть, я и ушел навсегда, из-за чего уже не смогу себя почувствовать по живому; пусть у меня всего этого нет: дома, любви, заботы. Но, даже если и так, то я знаю лишь одно, что я обрёл так долгожданный мне покой... Я наконец распрощался с тем миром, который только и делал, что причинял мне одну боль, заставляя жить в каждом таком ненавистном мне дне в капкане пропитанным тревогой. Поэтому, даже если – Мы с Тобой и не встретились, в моей уже прошлой жизни... И даже, если ты запоздал, так и не увидев меня в том холодном вольере, то – просто знай, что Я всегда буду рядом с Тобою, глядя на тебя с тех высоких облаков, пусть ты меня и не увидишь..... Так получилось... Так вышло, что люди жестоки... И что, моя смерть была не по чьей-то там вине. А может быть, это я уже настолько устал и измотанн, из-за чего так и не могу понять конечного смысла во всем этом... Но, разве можно злиться на былой мир только из-за того, что в нём существует и Зло, как и само Добро? Сейчас, всё прошло и что было когда-то в прошлом – навсегда останется мною забытым. Мне уже не страшно, мне уже не больно... Я впервые обрёл этот покой, в котором так нуждался за всё земное время.... И наконец, он и настал, пусть и счастливый финал бывает у всех разным... Но, здесь мне уже ничего не угрожает и я могу наконец избавиться от прежней мне боли. И, если, ты когда-нибудь да придешь в это «Богом забытое место» и всё же, проходя мимо моего одинокого вольера, обратишь на тот свой случайный взгляд, то – знай, что я тебя очень сильно ждал, когда-то глядя через его заострённые прутья, в светлой надежде о нашей долгожданной и не сбывшей встрече, за место которой тебя лишь встретит в нём: ржавая и давно брошенная цепь. И если, ты действительно не сделал свой выбор среди других таких животных, что так же преданно ожидают своей светлой судьбы, то значит, это – Я не смог тебя дождаться.... Прости... Мне очень жаль, что так вышло, что я не смог тебя всё-таки увидеть, как и ты не смог меня..... Но, всё, что я хочу тебе сказать: и пусть ты никогда меня не услышишь, как и не уже увидишь... То, ты просто обрати свой взгляд к высокому куполу неба, быть может, я сейчас смотрю на тебя там, где-то за пушистыми облаками, радостно улыбаясь тебе в ответ, посылая тем самым иную надежду на нечто подобное. Я давно уже не зол на ваш мир, да и никогда вообще не злился... Даже после ухода по лестнице в небо, я не в праве обвинять своих ненавистников, по причине которых мне достался этот долговечный путь в никуда... Прощай мой незнакомый мне хозяин, и помни, что однажды ты найдёшь меня за облаками... Но на этот раз, я к сожалению, уже не вправе буду тебя ждать... Ибо здесь обрывается начало, как и исчезает всему свой конец......