Чуждый

Может стоило сказать пришельцу, что вид гостиничного номера вызывает скорее душевную боль. Да, это было приятное воспоминание, но оно было омрачено тем, что случилось после. Здесь всё напоминало о ней. Она умерла. Умерла… А он всё не может её отпустить. И он ответил Кареллену «нет» на предложение изменить иллюзию. Он раздражён. Может именно поэтому просит он о другом. — Если не можешь показаться… Как-бы ты выглядел, будучи таким как мы? Будучи человеком? Рикки задерживает дыхание. Ему откажут. Наверняка откажут. Мягко и ненавязчиво просто свернут на другую тему. Он опустил голову и прикрыл глаза. Тишина казалась почти невыносимой. Зря… Раздался тихий шорох. Рикки вскинул голову и столкнулся взглядом с Карелленом. Этот человек просто не мог им не быть. Кареллен шагнул ему навстречу. Запах. Странный и резкий, непонятно как относиться. Старик остановился перед ним всего в паре шагов, только руку протяни и коснёшся белой ткани пиджака, и по птичьи склонил голову набок. — Ты доволен, Рикки? — Да, так, пожалуй, удобнее. Он старался не смотреть в эти странные почти прозрачные глаза. Это было немного жутко. — Что-ж я рад… — Кареллен улыбается короткой, как будто несколько смущённой улыбкой, и отводит взгляд. Рикки вдруг думает о том, а как бы это выглядело на настоящем лице пришельца. Если у него конечно вообще есть лицо. *** Эти встречи больше напоминают Рикки тайные свидания в ранней юности после школы. В них нет никакой нарочитой романтики. Даже поцелуев нет, хотя Рикки бы не отказался, только что б ему на это сказал Кареллен. С точки зрения Рикки, инопланетянин своеобразно красив, со своим мощным телом, похожими на увядшие листья крыльями, красной чешуйчатой кожей и пронзительными жёлтыми глазами. А ещё очень хочется поймать нервно подёргивающийся, как у сердитой кошки, хвост. Рикки ужасно устал. Сидя в тёмном углу на ящике он смотрел как кружатся в полосах света пылинки, но взгляд невольно возвращался к раздвоенному кончику хвоста, подрагивающему совсем рядом, на уровне коленей. Рикки проследил изгиб хвоста, исчезавший под сложенными крыльями. Вздохнул. Отвернулся. Погрузился в созерцание пыли… Подёргиванье стало чуть более резким. Было всё же в Кареллене что-то от кошки, большой и очень старой, странной… Он весь странный, похож на что-то знакомое, на много что, разом и непохожий вообще ни на что, будто понятные вещи сломали перемешали и собрали не так. И запах, сильный но не неприятный, вызывающий отчего-то лёгкое беспокойство, в данный момент уж точно. Интересно, инопланетянин сам сейчас помнит где находится? Рикки перехватил хвост. Наверное он просто хотел как-то прекратить свой собственный поток мыслей, разорвать это напряжение, что висело в воздухе, не давая нормально дышать. Кареллен замер, а потом медленно повернулся всем телом и укоризненно-вопросительно уставился на застывшего от ужаса человека. Возможно всё дело в росте и, надо признать, довольно устрашающем виде, может это просто нервы или этот чёртов запах, только вот для него будто вдруг разверзлась холодная тёмная бездна. Страшно одиноко. Очень грустно. — Рикки? — Хрипло поинтересовался пришелец. — Что случилось? Рикки тихонько всхлипнул и сильнее прижал к себе хвост. Кареллен издал нечто похожее на вздох, опустился на колени и аккуратно погладил Рикки по волосам. — Отпусти пожалуйста. Когтистые пальцы царапнули по тыльной стороне ладоней и запястьям. Рикки разжал пальцы, но только для того, что бы обнять. Горячо и… — Там было так темно и холодно… Так пусто… — прошептал Рикки. — Там вам не место. *** — Тебе только нимба не хватает… — Пытаешься иронизировать? Разве? Нет, он почти серьёзен. Только не хочется признавать этого вслух. Рикки знает, что умирает, только не может понять, почему Кареллен не оставил его там, на Земле. — Возможно. Кареллен определённо выглядит лучше после инъекции — морщин убавилось, а волосы порыжели. Да и лицо выглядело менее усталым, но от чего-то гораздо более мрачным. — Мне правда жаль, Рикки. — Охотно верю. Добавить сарказма в голос не выходило. Он вымотался. Боль будто отступила. Почти. Нестерпимо хотелось спать. Может пора уже наконец признать, что ему уже почти невыносимо находиться в этой комнате, а самое ужасное заключалось в том, что причина этого самого «почти» присела рядом с ним на кровать. Кровать скрипнула. — Пожалуйста, убери это… Рикки вяло махнул рукой. — Чего-же ты хочешь взамен? Старик смотрел на него с интересом и кажется некоторым удивлением. — А чего хочешь ТЫ? Кареллен улыбнулся. Запахло морем. Тучи. Красные нездешние тучи, сквозь которые светило блеклое солнце. Песок. Рикки скосил глаза. Чёрный. На белом костюме. Мерно шумели волны. Спать хотелось почти нестерпимо. — И прекрати уже притворяться. Раздалось тихое рокочущее мурлыканье и волос коснулась горячая когтистая лапа. Настала блаженная темнота.