Дорогой Артур

Я не стал оттягивать встречу с Мэри по очевидным причинам. Хотелось с ней как можно скорее увидеться, ведь последняя встреча состоялась около года назад. За это время многие вещи поменялись, в особенности - мое здоровье. Я ничем не отличаюсь от ходячего трупа. Впалые щеки, круги под глазами и приятный бонус - осиная талия, черт возьми! Дядюшка все время подшучивает, что готов бросить пить ради такой фигуры. Старый болван не знает толка в юморе, но за это я его и ценю. Я внимаю треск лагерного огня, который изжил себя за эту ночь.Не спал целый день, все время держал при себе письмо, словно это дар ангела. Мой внутренний разговор прерывает Хозия. - Когда выезжаешь? - Через пару часов. Теперь молчали оба. Мэттьюз скрестил руки и не отрываясь, глядел на затухающий огонь. Он начал: - Артур, надейся на лучшее, готовься к худшему. Ты не знаешь, каков будет исход очередной встречи с Мэри, но ты заранее убеждаешь себя, что все потеряно. Это совсем не так! И нет, не нужно сравнивать вашу участь с Линтон и мою с Бесси,- Мэтьюз вздохнул, прикрыл глаза, продолжил,- извини, мне все ещё сложно вспоминать о ней. В общем, не ставь крест на ней преждевременного срока, без надежды человек быстро гаснет и его жизнь превращается в сущий мрак. - Я знаю это на себе…Знаю…Но Мэри поставила точку на нашей судьбе, точнее, условие, думаю, объяснять какое - не стоит. Поэтому я обречён довольствоваться короткими встречами и как влюблённый дурак из-за дня в день ждать телеграмму. - Ты пытался добиться её? - Да,- моментально заявил я, елозя сапогами по саже, выводя букву «М» - А ,видимо, - нет, Артур. Я прекрасно ознакомлен с твоими умениями в общении с дамами, стоит вспомнить рассказ Чарльза,-Хозия еле заметно улыбнулся. - Помнишь, что ты сказал дамам в баре?Ну,который в Валентайне. Я клоню к тому, что в разговоре с прекрасным полом язык должен быть хорошо подвешен. Девушки любят красивые речи, да что тут говорить: каждый не прочь услышать в свою сторону приятное словцо. Не успел я сказать, как начался затяжной приступ кашля. От боли в лёгких я сложился пополам и обхватил себя за грудь, надеясь таким образом ослабить муку. Хозия подскочил ко мне, но я выдвинул руку в его сторону, не давая к себе подойти. Борясь с кашлем, я выдавил из себя: - Бессмысленно. Мэттьюз покачал головой. - К чему же привела тебя жизненная стезя… - Она ведёт меня прямиком в могилу, как и всех нас, но я уйду намного раньше. - Брось, Артур, ты меня переживешь в три раза. - Верю каждому твоему слову, - выпрямившись, подмигиваю Мелвину. - Не теряй оптимизма, он тебе к лицу. А теперь, позволь отойти. Удачи в пути, помни мои слова. Надеюсь, в скоре ты удостоишься прозвища «сердцеед» ,и песнь об очаровательном джентельмене Артуре разнесётся по всей округе. Посмеявшись, я направился к леваде с лошадьми, дабы седлать своего вороного, загодя подготовив для него лакомство и уздечку . Цыган стоял подле стога разворошенного сена и с неким остервенением, отгонял назойливых мух хвостом. Заслышав мои шаги, конь поднял голову, обернулся, навострил уши и одобрительно заржал и замотал головой. Он рысцой пронёсся, подняв свой хвост, как истинный арабский скакун.Обогнув меня, он зашагал на месте фыркая. От угощения, он ,конечно, не отказался. Поглотив яство, я медленно просунул трензель в рот, накинул оголовье, закрепил ремешки. Взяв Цыгана под уздцы, привязал к забору. В ход пошло седло и вальтрап, лежавшие рядом. С этим проблем также не оказалось, но как дело дошло до подпруги, он вздул живот, чтобы я не смог закрепить седло должным образом. Лошади умные и благородные создания, но не умнее человека, конечно же. Я пронюхал его, так сказать, фишку. Стоит немного хлопнуть по животу, он тут же сдувается и проблемы с седловкой испаряются. Хорошенько затянув под пузом подпругу, отвязал от забора узду и вскочил на коня. Шагом направляюсь выходом из лагеря. В роли охраны стоит Хавьер и недоносок Билл. Что Датч в нем нашёл? Проезжая мимо Эскуэлы, он махнул мне со словами: - Buena suerte hermano! Я кивнул и пришпорил своего коня что есть мочи. Мой путь лежит до Сен-Дени.