Парные украшения

      Утренние часы не всегда приносили солнце. В зимнее время дождаться его хотя бы к обеду было своего рода чудом, а уж в более ранний час... Но Темного Лорда это не волновало. Он никогда не спал и не видел разницы между днем и ночью, принося в дань амбициям каждую минуту своей бесконечной жизни. Да и тьма как нельзя шла ему.       Волдеморт медленно шел сквозь темные коридоры чужого поместья. В огромном доме не было ни хозяев, ни домовиков — никакой звук не перекрывал шелеста его мантии. Но это вовсе не означало того, что он был здесь один. Тихо приоткрыв дверь гостиной, он наконец обнаружил то, что искал: взлохмаченного волшебника, уснувшего на диване.       «Мальчишка», — подумал Лорд, несмотря на то, что спящему было уже сильно за двадцать.       Поттер уютно заерзал, не просыпаясь и словно не чувствуя никакой опасности. Да что там — он даже не потрудился потушить свет, чтобы не выдать себя в пустом доме. Так и свалился без задних ног, сраженный...       «Сказками барда Бидля, — прочитал название Волдеморт, приманив палочкой книгу, выпавшую из руки Поттера. Если бы Лорд был моложе, он бы наверняка закатил глаза. — Нужно найти ему более полезную книгу».       Он подошел ближе, опустившись на подлокотник рядом с головой Поттера. И что он только нашел в этом абсолютно бесталанном мальчишке? Тонкий и хрупкий — ему в пору было бы исполнять роль симпатичной домашней зверюшки, обвешанной побрякушками, но он был упрям и из украшений всегда носил лишь одно...       Волдеморт отвел когтистыми пальцами волосы с его лба. Шрам, оставленный запрещенным проклятьем, выглядел свежим даже спустя столько лет.       Гарри вздохнул и проснулся, но не подумал дернуться. Лорд задумчиво провел пальцами по его лбу. Поттер наклонил голову, вынырнув из-под его ладони.       — Который час?.. — спросил он, лениво потянувшись руками к вороту чужой мантии.       — Семь.       Гарри недовольно поморщился. Он не любил просыпаться рано.       — Наглеешь, — спокойно заметил Лорд, когда Поттер разобрался с завязками и осторожно оголил часть его бледной груди.       — Простите, мой Лорд, — без малейшего сожаления бросил Поттер.       Он приподнялся и легко прикоснулся губами к багровой молнии, рассекавшей белую кожу. Темный Лорд тоже носил свое украшение.