в твоей школе

Очередное раннее утро. Обычное только посветлевшее серое небо за окном. И снова, глядя вверх, на эту мрачноватую картину, ты ускоряешь шаг, поправляя на плечах лямки рюкзака. М-да. Уже четверг, а отдыхом и не пахло. Едва ты успеваешь переступить порог школы, мимо тебя проносится толпа крошечных демонят в брючках, юбочках, белых блузочках и рубашечках, косички с белыми бантиками подпрыгивают на плечиках маленьких девочек, безумные улыбки там и тут скачут по лицам мальчиков, и все они чуть ли не сбивают тебя с ног, пока ты пытаешься пробиться сквозь них, снимая с головы шапку и расстегивая куртку. Зима, так-то... Конечно, уже кончается. Но все еще зима. И ты, не найдя никого из своих одноклассников, бросаешь взгляд на часы, и, вот черт, блять, ебаная математика начнется через одну блядскую минуту, тебе однозначно пора бежать, если ты не хочешь схватить по башке гребаным ластиком или что-то в таком духе, и ты, превозмогая эту противную боль в ногах, думаешь о том, что лестницы - это самая отвратительная фигня, которую только можно было придумать, ебаная же лестница, блять, тебе кошмарно неприятно после нее бежать, погоди, сколько у тебя времени? Морщинистая рука медленно закрывает дверь, и ты хватаешься за древесину, раскрываешь эту дверь, чуть ли не скидывая учительницу в коридор, влетаешь в кабинет и падаешь на свое место, поправляя смещенную парту. Выдыхаешь, глядя в сторону бедной учительницы, которая настолько ошарашена, что даже не собирается ничего говорить, а потом бросаешь взгляд на Тайлера, своего соседа по парте. — Вовремя ты, — шепнул он, едва заметно приподняв уголки очень мягких на вид розовых губ, — привет. Уж думал, не придешь... Ты успеваешь только улыбнуться, как вдруг слышишь этот скрипучий голос из-за учительского стола: — Джозеф, трепаться прекращаем! Он перевел взгляд на учительницу, и теперь сидит и смотрит пристально, спокойно, может, немного надменно, и ты ведь прекрасно знаешь, как она его бесит... — Тетрадь с домашней работой мне на стол. Тетрадь с домашней работой пролетела через парту спереди прямо ей на стол. — Экспресс-доставка! — торжественно произносит он, и ты замечаешь, что его ну очень радует возмущенное лицо учительницы, и не сдерживаешь тихий смешок. Парень, сидящий за второй партой соседнего ряда, с немного удивленной улыбкой отворачивается. Ты переводишь взгляд с него на Тайлера, и, понимая, что тот смотрит на него, так пытливо и в то же время мягко, снова смотришь в сторону соседнего ряда. Туда-сюда, туда-сюда, наблюдаешь, как они сами переглядываются, и твоя собственная улыбка постепенно как будто приклеивается к лицу, не сходя с него вообще никак. Но ты не забываешь, что... математика. И учительница прямо сейчас невозмутимо черканула красной ручкой что-то в тетради. — Что ж, сделано на пять, — поправив очки, она поднимает тетрадь и тяжело и немного зло смотрит на Тайлера, — сам заберешь или организовать экспресс-доставку? Тебе почему-то кажется, что в мыслях у него что-то вроде "ага, дохуя остроумно, блять, а теперь дай сюда, это моя фишка, ясно тебе?!" Однако кто-то решил негромко хихикнуть. — Ладно, Джошуа, выходи к доске, заодно передай... Ты просто наблюдаешь за тем, как он встает, сделав небольшой круг, проходит к Тайлеру, протягивает ему тетрадку, удивленно мотая головой, а тот тихонько цокает, с улыбкой закатив глаза, медленно вытаскивает тетрадь из рук Джоша, который не сразу ее отпускает, и, обменявшись теплыми взглядами, наконец оба отворачиваются друг от друга. И тебе безумно нравится то, как они общаются без слов. Ну, а как еще это может быть у двух друзей, которые знакомы чуть ли не с пеленок? Улыбаешься своим мыслям, но тут замечаешь, что Тайлер напряженно смотрит в сторону доски, где Джош, дочитав задачу, обреченно вздохнул. — Ну давай, строим параллелепипед. По клеточкам. Он неуверенно ставит точку, краем глаза замечая, как Тайлер осторожно кивает, внимательно наблюдая за происходящим. Ты прямо чувствуешь, как ему там трудно. Да и отлично понимаешь его – эти чертовы сечения стали какими-то чересчур сложными... "Середина... ребра... чего?.. куда?.. так, стоп... одна здесь... другая..." — и ты сидишь, пялясь в тетрадь с идиотским выражением лица, то и дело поднимая глаза на доску, где решение рождается не сильно быстрее твоего. Ты слышишь, как о парту тихо стукнулся карандаш Тайлера, и краем глаза разглядываешь аккуратно выполненную работу, пока учительница медленно теряет терпение. — Так, наверное, надо продлить прямую! Это ж прямая, она бес-ко-неч-на-я! И, кажется, ты начинаешь что-то понимать... кажется. Все еще поглядываешь на Тайлера, хмурящегося, прожигающего учительницу взглядом из-под длинных ресниц. — Ну, вчера же все это было! — она замолкает на пару секунд, — Для кого я чертила? Слышишь, как Тайлер еле-еле сдерживает смех, легонько пихая тебя в плечо, и только тут до тебя доходит... для кого она – чертила? Ты зажмуриваешься, прикрывая рот рукой, и, тихонько прыснув, вызываешь у друга еще большее желание засмеяться, пока Джош отворачивается к доске, и почему-то тебе кажется, что он тоже понял. — Вы трое, что смешного я сейчас сказала? Успокаиваемся и продолжаем работать... — Черт, Тай, — Джош повернул к Тайлеру голову, — как у тебя вообще так быстро получается эта хрень? Он в ответ только пожимает плечами, и, следя за ступеньками, ты не можешь видеть точно, но, кажется, он улыбается. Они вдвоем идут немного спереди, и Джош, открывая дверь и пропуская Тайлера вперед, ловит на себе твой немного уставший взгляд, полный понимания. — Он просто гений мысли, — говоришь ты, разводя руками. — Ну, разве что в геометрии, — бросает он через плечо, кидая рюкзак к стене. — Нам однозначно нужно будет позаниматься математикой вместе. — Джи-иш, ты что, не помнишь, что было в прошлый раз, когда мы собрались делать уроки вдвоем? Облокотившись о стену, ты слушаешь их, думая о том, что же могло произойти... — А что было в прошлый раз? — и ты видишь, как Джош, глядя на Тайлера, довольно улыбается, а потом отводит взгляд, и как Тайлер, быстро моргая, смотрит немного снизу вверх на Джоша. — Весь вечер пили чай и обсуждали всякую херню, — отвечает Тайлер довольно громко. — Обалденно вкусный чай! Тайлер несильно толкает Джоша в плечо, и вы все втроем смеетесь, и этот день уже не такой противный, каким бы он мог быть. Тебе нравится думать, что эти двое просто так приняли тебя в свою компанию, хотя ты знаешь их всего около трех лет, а они друг друга – в разы больше. Это даже... ощущается уже как семья. И ты внезапно чувствуешь необходимость... Протянуть к ним руки с яркой, счастливой улыбкой на лице. Они, глядя на тебя, тоже улыбаются и, переглянувшись, вдвоем затягивают тебя в объятья. Твои самые-самые лучшие друзья. — Ты как дитё малое, — говорит Тайлер, прижимая тебя ближе, — можешь не вырастать? — Да, не нужно расти, солнце, — и Джош осторожно гладит тебя по голове. — Не буду. Буду вашим... — ты, усмехнувшись, встаешь рядом, глядя на них, — дитём малым... И пока они мило переглядываются, тебе в голову приходит что-то, на твой взгляд, невероятно нужное сейчас: — Папа... и папа... — ты смотришь то на одного, то на другого, как на их лицах умиление медленно перетекает в удивление, как они уже почти смеются, — Папа и папа... Мои папа и папа! Тайлер громко рассмеялся, и ты определенно слышишь, как он сквозь смех изредка матерится. Джош, тоже смеясь, ловит его, и тот утыкается ему в плечо и продолжает смеяться. — Пидорас, — отчетливо произносит Тай, все еще смеясь. — Сам такой, — с улыбкой на лице отвечает Джош. — Да оба вы такие, — говоришь ты, утаскивая обоих в кабинет, на следующий урок. Этот день ты уже по-любому запомнишь. Ну а как по-другому? С этими двоими не соскучишься...