Персики и еловые веточки

— Грейнджер, — Джинни материализовалась в кабинете буквально за секунду и, хитро улыбаясь, посмотрела на девушку. — А? — Гермиона недовольно подняла свой взгляд на подругу и, отрицательно помотав головой, вернулась к изучению своих документов. Вот уже как полтора года Джинни-пока-ещё-Уизли работала в одном кабинете с Гермионой Грейнджер в отделе магического транспорта, и это было отнюдь не весёлое радужное времяпровождение. Частенько к сети летучего пороха подключались неизвестные камины из маггловских районов, из-за чего вся бумажная волокита падала на плечи Грейнджер — единственной, кто мог расписать абсолютно все мелочи и точно сформулировать мысли по этому делу. Джинни же досталась роль проверяющей дома, где были выявлены хоть малейшие подозрения на неправильное или незаконное пользование каминами. Вот и сейчас Гермиона была завалена документами, когда Джинни уже закончила со своим делом. — Ты должна быть дома, — буркнула Гермиона и поправила свои очки. — От тебя несёт. — Я знаю-знаю, — быстро протараторила рыжеволосая и, спрыгнув со своего стола, протянула девушке папку с бумагами. — Мне срочно нужно это отнести невыразимцам, но ты же понимаешь — секретность, все дела! Вдруг они холостые? Да, от меня, конечно, пахнет Блейзом, но во время течки, которая вот-вот должна начаться, я туда не сунусь. Заявление уже написано и оставлено в кабинете у Главы отдела. Поэтому на тебя вся надежда! Девушка устало вздохнула и сняла очки, потирая глаза. Невыразимцы. — Хорошо. Но тогда с тебя бутылка вина, — Гермиона поднялась с места, поправляя джемпер и щёлкая языком. — Без проблем! Из личного запаса Забини! Всё ради тебя, моя дорогая! — Джинни улыбнулась и крепко обняла подругу, передавая ей документы. — Хорошо тебе провести время, — ухмыльнулась девушка и вышла из кабинета. Постоянно посещать 9 уровень было выше её сил, но, увы, она была почти что единственной, кому вообще разрешалось туда спускаться. Гермиона была бетой, но всё же ощущала аромат от многих омег и альф. К слову, пахли они довольно-таки приятно, но девушка не чувствовала своего «вау». Течка не приходила, грусть захватывала её всё сильнее, поэтому Гермиона смело записала себя в беты, окончательно забив на свою личную жизнь. Перед плотной железной дверью девушка кашлянула и вошла внутрь. Работа кипела. Ребята-невыразимцы посмеивались, изучая документы. Кто-то поднял взгляд на девушку и засвистел: — Как такая цыпочка оказалась здесь? Гермиона обошла его стороной, даже не удостоив взглядом. Ребята засмеялись, возвращаясь к работе. Если кто-то спокойно прошёл через защиту — значит ему точно можно доверять. Девушка подошла к другой массивной двери и, постучав три раза, вошла в кабинет. — Малфой, вот документы Джинни. Надеюсь, больше не побеспокою тебя. Пока. Она оставила документы на столе и развернулась. До её чутких ушей донесся глубокий вздох, но не сожаления, а заинтересованности. — Грейнджер. Молчание и растерянность окутывали комнату. — Грейнджер, как давно ты стала омегой? — Что?.. — она развернулась и вперилась взглядом в серые, слегка мутные глаза Драко Малфоя. — От тебя чертовски несёт персиками, — выдохнул он и сжал кулаки. — Как давно? — Ты шутишь? Я прошла через десяток парней, и никто этого не учуял. — Твоя юбка… Драко поднялся с кресла и протянул девушке кофту. — А я думал, что бракованный. Как же весело устроен мир. Гермиона, смутившись, схватила кофту и выбежала из кабинета. На конец рабочего дня Джинни выслушивала три новости. Первая, Гермиона оказалась омегой. Вторая, она сразу нашла своего альфу. И, наконец, третья новость, но более ошеломляющая, так это то, что сам Драко Малфой был её альфой. И запах еловых веток до сих пор преследовал Гермиону.