Напутствие Хамелеона

      Изгибы стали, сверкание камней — дурманит взгляд. Зачаровывает. И привлекает своей историей. И подноготную каждого украшения пишет её хозяин или хозяева. Как уж повезёт… — Нет, это ей точно не подойдёт, — Камило рассматривал уже десятую заколку. Он крутил и вертел их, находя любой изъян, который по его мнению точно не понравился бы Мирабель. Диас же стоял рядом и молча кивал довыдам брата, в этом они были солидарны. Их дорогая сестра достойна самого лучшего. — Мх, — ювелир устало сел на свой стульчик и закрутил кончик уса, — вы слишком придираетесь. — Нет, мы просто выбираем, — Камило положил на место заколку в виде изящного цветка орхидеи, — выбор украшения это очень важно. — Это же не обручальное кольцо, — он взмахнул рукой. — Пускай и не обручальное кольцо, но украшение должно подходить хозяину. Оно должно быть связано с ним, — Диас наклонился к витрине и неожиданно его взгляд зацепился за одну небольшую заколочку для волос, — Камило, обратись в Мирабель ненадолго. Камило пытался взглянуть на выбор друга, но тот оттеснил его, осторожно вынимая украшение из-под стекла. Кучерявый юноша закатил глаза и обернулся сестрой. Тут же поправляя волосы и юбку. — Вот, — он фыркнул и гордо поднял подбородок, — смотри как точно. — Я и не сомневался в твоем даре, — Диас сиял и улыбался, держа в руках выбранную заколку, — подойди поближе, — он подозвал брата к себе. Тот быстренько подошёл и повернулся затылком к Диасу. Тот ещё раз осмотрел серебряную иглу в своих руках и начал аккуратно собирать кудрявые волосы в небольшую гулечку. Держа образовавшуюся небольшую гульку над остальными волосами, он переложил в эту руку иглу. А второй закрепил небольшое кольцо с двумя прорезями для иглы на волосах. Игла легко закрепилась в гульке, а кольцо не давало волосам распуститься. — Идеально, — прошептал Диас, любуясь на украшение. Резная игла, на которой мелкой гравировкой были изображены бабочки, а на конце была форма немного напоминавшая крыло бабочки. Основное кольцо было немного волнистым, а по серединке было самое главное — серебряная бабочка. Тонкая ручная работа на крыльях. Каждая жилочка и узорчик были выбиты мелкими полосками. На краях крыльев были углубления заполненные красной эмалью, что добавляло украшению элегантности и контрастности к нежно-синей юбке Мирабель. Вниз от кольца спускались несколько тонких цепочек, на которых сидели маленькие бабочки с цветами без излишних деталей. Камило покрутил головой, проверяя прочность заколки и показал большой палец. — Хочу тоже глянуть, — он подошёл к продавцу и попросил небольшое зеркальце. Ювелир тут же отдал два зеркала, надеясь что двое особо придирчивых гостя наконец-то что-то приобретут. — Диас, — Камило вручил кузену одно зеркало, и тот встал позади лже-Мирабель, — да, вот так! — второе зеркальце он долго двигал, всё никак не получалось поймать нужное изображение. — Вау! — а когда у него наконец-то это получилось, то он активно закивал. — У тебя глаз-алмаз, Диас! На подобный комплимент парень усмехнулся и почесал своей нос с небольшой горбинкой. — Выбрали? — ювелир опёр щёку на кулак. — Да! — хором ответили ребята и начали снимать украшение с волос. — Это то что нужно! Великолепно. — Ну и замечательно, — мужчина встал и отряхнул свой кожаный передник, — вам упаковать? — Конечно, — Диас вернул мастеру его работу, дабы тот вновь протёр его и начал упаковывать в подарочную коробочку. — Мы молодцы, — Диас хлопнул Камило по плечу, и тот вернулся в свой облик. И потряс головой, вновь устраивая на своей голове кучерявое гнездо. — Ну Камило, — Диас поправил пушистые локоны брата, — выглядишь как пугало. Камило показал тому кончик языка. — Зато я красивый. — Красивый то красивый, но ты то видеть должен, — Диас поправил кудри и увёл чёлку вбок, — вот так! — Спасибо, дорогой, — издевательски протянул Камило и нырнул к продавцу мимо брата. Пока тот соображал и не успел дать кузену по носу. — Жук, — Диас вздохнул и подошел к витрине, на которой уже стояла небольшая тёмно-синяя коробочка, обвитая голубой лентой с миленьким узоров в виде контура бабочек. — Благодарю, сколько с нас? — Камило взял коробочку в руки. — Так-с, сейчас, — мужчина пошарился под витриной и достал небольшую стопку бумаг, перевязанных жесткой нитью, — бабочка из серебра и с использованием эмали. Двести шестьдесят семь песо, — он улыбнулся своими усами. Диас сглотнул и начал отсчитывать монеты из мешка. Хватило тютелька в тютельку. — В-вот, — он протянул уже сам мешочек из жесткой сероватой ткани, — здесь ровно двести шестьдесят семь. — Благодарю за покупку, — улыбаясь кривоватыми зубами, ювелир довольный спрятал мешочек с деньгами под витрину. — Так-с, — Диас вздохнул, — мы на мели. — Ага, — грустно опустил брови Камило, — но думаю, оно того стоило. — Однозначно стоило, — брат обнял Камило, — поспешим к нашей бабочке? — и вновь взглянул на коробку с подарком для Мирабель. — А что будем делать с машинкой? — Ну, думаю не только мы подумали о таком подарке, так что кто-то из взрослых уж догадается. — Тоже верно, — Камило покачал головой, — но всё равно обидно. — Мы больше на данный момент и не заработаем, — парень осмотрел площадь с различными лавками. — Интересно, если бы мы жили за горами, смогли бы мы заработать больше… — Камило и сам удивился своим мыслям. А уж рядом стоявший Диас вообще округлил глаза, но быстро придя в себя кивнул. — Я, если честно, тоже об этом думал, — они вышли к главной дороге от церкви и направились к Касите, — тот мир, какой он и что там. — Угу-м, какие там люди и как они живут. — Вряд ли так же, как мы, — огласил Диас, любуясь яркими домиками, которые были украшены большим количеством цветов. А рядом снующие люди также были облачены в цветастые одежды. Весь набор красок собрался в Энканто и не собирался покидать эти земли. — Но, интересно ведь, твой отец говорил, что у них множество странных и неизвестных нам технологий. — Верно, но сам я их не видел. Отец не показывал изображения тех видений. Только мама их видела. — Скрытный он у тебя, — Камило дёрнул кончиком носа: странная привычка, когда ему что-то не нравилось. — Скорее осторожный. Может, он беспокоится о нас. — Почему? — Учитывая какого о нас мнения наша семья, — он хмыкнул, — думаю, они волнуются, что мы поступим слишком опрометчиво. — Бе, — Камило снова дёрнул носом, — мы не дети. Вполне взрослые юноши. И можем сами решать за себя. Диас рядом хмыкнул протягивая букву «м». Он не мог сформулировать точное своё отношение к этому всему. В голове он понимал почему отец скрывает от них те видения. Не хочет беспокоить семью, в особенности Альму. Но юношеское сердце, требующее приключений, говорило другое. Шептало и звало. И червяк любопытства начал пожирать его мозг где-то в районе виска. — Ди-ас, — Камило потряс пятерней перед его глазами, — очнись. Ты снова задумался. Встал, как камушек. — Ох, п-прости, — он протёр глаза, - пошли скорее. А то я с твоими философскими вопросами совсем потерялся среди миров. — Ага, и я конечно же в этом виноват, — Камило передразнил Диаса и вот они уже почти у самых ворот Каситы. — Она же должна была вернуться в свою комнату, да? — Должна. Касита, Мирабель в своей комнате? — в ответ на вопрос, домик открыл двери впуская ребят внутрь, — значит дома. — Замечательно, — парень первым зашёл внутрь и, игнорируя соблазнительный запах выпечки с кухни, пошёл вверх по лестнице, поглаживая перила Каситы и благодаря её за помощь. Кузен шёл рядышком, отставая лишь на пару ступеней. Новая дверь, которая появилась несколько дней назад, сияла волшебным золотистым светом. Мирабель с улыбкой на устах держала свечку с изображением бабочки и нескольких причудливых растений. А вокруг неё летали бабочки. — У неё очень красивая дверь, в который раз любуюсь, — Диас повернул ручку и постучав, предупредил Миру о их прибытии. Шифр даже спустя тринадцать лет не поменялся. — А? — Мирабель сидела за своим рабочим столом и держала в руках тёмно-зелёную ткань, и что-то вышивала на ней. А где-то на краю стола покоилась другая, ярко-жёлтая. Девушка поспешно старалась спрятать эти две ткани, и запихнула их в ящичек, смеясь и подпирая подбородок ручками, — н-не ожидала вас увидеть. В-вы же сюрприз кому-то готовили. Диас решил проигнорировать произошедшее и прошёл внутрь. — Да, готовили. И уже всё сделали, кроме одного, — позади него Камило прикрыл дверь и спрятал коробку за спиной, — остался лишь один пункт. И для него нам нужна ты, — он протянул ладонь сестре. Главное не засмеяться и не обрушить весь их план. Мирабель поправила свои чудесные очки и положила ладонь в юношескую. — Я? Зачем? Парни вздохнули и улыбнулись. — Всё потому что ты главный дар нашей семьи, — и Камило с довольным лицом вытащил из-за спины коробочку и протянул её шокированной Мире. Она прикрыла рот пальцами ладоней и смотрела то на коробочку, то на ребят, — и этот сюрприз мы готовили для тебя! — Oh Dios mío, я… я не знаю, что и сказать, — чуть дрожа, она приняла в руки подарок, — это правда мне? Вы не шутите? — Мы не шутим над таким, — Камило чуть обижено дёрнул носом, — мы ведь очень старались. — И-извини, я просто в последнее время очень волнуюсь, и… ох, — она села на краешек кровати, не удержавшись на ногах. Парни шагнули чуть ближе, им было очень интересно посмотреть на реакцию сестрёнки. Та потянула ленточку кончиками пальцев, и рассматривала мелкий узорчик. — Бабочки. Как же мило, — она уже улыбалась. — Ты открывай, давай-давай, — Камило подначивал сестру и дёргал брата за край пончо. Диас чуть задержал дыхание и дышал еле-еле. Подняв крышку коробочки, Мирабель воскликнула и вперилась взглядом в Диаса и Камило. — Ч-что это? Э-это украшение? — Мира взяла в руки заколку, самыми кончиками пальцев, осматривая каждую маленькую детальку. А украшение в её руках звякнуло и сверкнуло красивыми отблесками. — Ох, у меня нет слов. Это же дорого, очень. Красная эмаль очень красиво сочеталась с серебром и безумно нравилась Мире. — Не важно, сколько она стоит, — они присели на кровать по две стороны от Миры, и взяли её за руки, как тогда. Как в день рождения Диаса. — Важно лишь то, чтобы она понравилась тебе. Мира уткнулась носом в плечо Диаса и шмыгнула. Ручки сжимали пальцы братьев. — Дураки, вы такие дураки, — она счастливо улыбалась. — Опять ревёшь, — Камило вытер её маленькие слезы с щеки, — может, примеришь и посмотришь на себя красавицу? — Д-да, — она сглотнула и заботливо погладила крылья большой бабочки, - п-поможете? Я впервые такое носить буду. — Конечно, — Диас погладил Миру по плечу, — повернись, — и Мира повернулась лицом к Камило, который счастливо и довольно тянулся в улыбке. Девушка чувствовала, как брат осторожно укладывает её волосы, затягивая передние пряди назад, дабы сделать небольшую гульку. Волосы вроде распущены, а работать не мешают. — Вот так, — Диас закрепил украшение в волосах и довольно смотрел на свою работу, — идеально. Просто восхитительно. Мирабель встала с кровати, держа руки на своей груди, и направилась к зеркалу, которое у неё стояло. Обычно она смотрела как другие члены семьи крутились перед ним в новой одежке. А теперь сама смотрела в него. Юная девушка, с приятными формами, напоминающими свежую булочку. Белоснежный вверх и синяя юбка, всё расшито вышивкой. Её тёмные волосы сильно отросли за три года, и теперь они касались начала её лопаток. Непослушные кудри, ранее путающиеся в лапках очков, теперь были заведены назад. Камило быстренько поднёс ещё одно зеркало, дабы Мирабель смогла посмотреть на украшение в её волосах. — Ты сейчас затопишь первый этаж, — Камило провёл пальцем под своим глазом. — Циц, — Мирабель любовалась своим отражением, всего одна маленькая деталь, а она как-будто полностью преобразилась. — Ты очень похожа на свою маму, — проговорил Диас, — я видел как-то их старый альбом, и… твоя мама носила такую прическу. Только с обычной деревянной иглой и синим цветком. — Поэтому ты заплёл их именно так? — Мира повернулась к кузену. — Спасибо. Я словно в прошлое своей мамы вернулась. — Но ты — это ты, — Камило убрал зеркало и поигрался пальцами с цепочками. — Спасибо вам, ребята, — она сорвалась с места и заключила братьев в объятья, — я вас так люблю. Так сильно-сильно! Никто вас так не полюбит! — она смеялась и крепко сжимала юношей. А они засмеялись в ответ и так же сильно сжали Мирабель в своих руках. — А мы любим тебя, — они закружили Мирабель. — Пойдёшь хвастаться маме? — Камило подтолкнул её в плечо. — А можно? — она коснулась своего ушка, — вдруг вы хотели вместе посидеть. Диас кивнул на стол. — Думаю, ты была занята. И да, конечно можно, это же подарок. — Красуйся и очаровывай глупцов, — Камило обратился в Андрэ, сына мельника и приложил руки ко лбу, — ах, Мирабель Мадригаль, сражён твоей красотой. Позволь стать твоим навсегда! Мирабель покраснела и пискнула. — Камило! — Что? Не Андрэ? — он постучал по подбородку и обратился в высокого тёмного юношу, — Хосэ? Или может, — он сменил облик на рыжего мальчишку с яркими веснушками, — Вилли? — Х-хватит, — она дала щелбан Камило, — не интересны они мне, — и прыснув со смеху от лица Камило, она поспешила красоваться перед своей мамой. Камило поправил своё лицо и взглянул на кузена. — Она это серьёзно? — Она сама серьёзность, Камило, — Диас пошёл на выход из комнаты, — думаю, её мысли сейчас заняты немного другим. — Вероятно, ты прав, — Камило закрыл за ними дверь, — она ведь следующий хранитель. — Надеюсь, что подарок поможет ей хоть немного расслабиться, — Диас посмотрел вниз, на сияющую и пританцовывающую Мирабель. А рядом уже стояла Джульетта, которая с любовью смотрела на дочь. Из кухни же на них смотрели Антонио, чьё лицо было обсыпано мукой, и Перлита с голубым полотенцем в руках. Все они улыбались и были безмерно счастливы за Мирабель, которая вновь дарила им искреннюю улыбку. — Думаю, что уже помог, - Камило потянулся, — что ж, хорошее дело мы сделали, — он словно кот потянул спину и после потряс своё пончо. Весёлый взгляд сменился острым и загадочным. — А теперь... — Пришло время? — Диас также улыбнулся кузену и сощурил глаза. — Да, оно самое, — Камило заговорщески подошёл к нему и надавил на плечо более высокого кузена, — время… — Шалости, — и они кинули взгляд на Мирабель. — Но только не впутывать в это Миру, — хором прошептали сорванцы. Всё-таки портить её настроение не хотелось. А вот желание чуток насолить взрослым, которые сомневались в них, росло с каждым мгновением. — Ты же помнишь, где находится конюшня? — задал абсолютно риторический вопрос Камило.