Удачное вращение

Нина стремительно влетает в комнату, сжимая в руке пустую бутылку, и весело произносит: - Кто хочет в бутылочку? Джеспер ухмыляется и так же весело отвечает: - Естественно, о чём разговор, Зеник! Инеж удивлённо поднимает бровь, но всё же соглашается: - Почему бы и нет... Каз, ты как? Бреккер, отрицательно качая головой, покидает комнату, окидывая при этом убийственным взглядом всех в комнате, чем однако никак не умалил энтузиазма Нины и Джеспера. Матиас тоже сначала ломается: - Дрюскелям не положено... Нина решительно перебивает его, затаскивая в уже образовавшийся круг: - Дрюскелям много чего не положено, дорогой, но это абсолютно не важно, давай хоть немного развлечёмся! Уайлен, до сих пор никем не замеченный, тихой мышью сидит в противоположном углу комнаты, и уже успел облегчённо выдохнуть, когда Джеспер окликает его: - Хей, купчик, давай с нами! Несколько мгновений юный Ван Эк размышляет: он ни за что бы не согласился на это, но даже такая маленькая возможность наконец приблизиться к Джесперу так близко, как до этого он видел лишь во снах, взяла вверх над его извечной стеснительностью, и он всё же присоединяется к остальным. От одобрительного взгляда стрелка по его телу пробегает сладкая дрожь, а уж его смешок и последовавшие за ним подмигивание и вовсе заставляют эту пресловутую стеснительность убраться куда-то на задворки разума Уайлена и тихо сидеть там в уголке. Первой крутит заветную бутылочку Нина, и спустя несколько мгновений узкое горлышко останавливается на ухмыляющемся Джеспере. Внутри Уайлена всё дрожит от злости и ощущения несправедливости, но единственный путь высводобить эти чувства - со всей силы впиться ногтями в ладони так, чтобы образовавшиеся полукружья чуть ли не кровоточили. С одной стороны, он знает, что между Джеспером и Ниной нет ничего, кроме дружбы, но тем не менее ему совершенно невыносимо смотреть, как Джес целуется с кем-то другим. Следующим крутит Джеспер. На несколько невероятно долгих секунд Уайлен замирает, забывая даже дышать, а когда этот чёртов кусок стекла останавливается на нём самом, краснеет и начинает дышать так часто, словно убегает от самого опасного убийцы в мире. По большому счету, именно так и есть: юный Ван Эк с отчаянием утопающего пытается спасти себя самого от самой опасной вещи на свете - любви, этой долбанной любви. В реальность Уайлена возвращает такая знакомая усмешка Джеспера и его прекрасный голос, насмешливо окликающий его: - Ну же, купчик, не стесняйся! Уайлен набирает в грудь воздух, будто собирается нырять на невероятно большую глубину, приближается к Джесу и целует его. Уайлен очень боится, что поцелуй выйдет отвратительным, но всё получается совсем наоборот: Джеспер мгновенно перехватывает инициативу, и из простого задания глупой игры поцелуй переростает в нечто большее, по крайней мере, для Уайлена. Если несколько мгновений назад он готовился к погружению, то сейчас он парит где-то очень и очень высоко над землёй вместе с лучшим парнем в его жизни по имени Джеспер Фахи. Юный купец на подсознательном уровне считает драгоценные секунды и остаётся доволен, когда выясняет, что этот поцелуй вышел намного дольше поцелуя с Ниной. Как будто на зло, больше они друг другу не выпадают ни разу. Уайлен даже и не пытается считать робкие прикосновения губ Инеж, решительные поцелуи Нины и отвращение на лице Матиаса - не видит в этом смысла. Всё, что для него важно - озорной стрелок напротив, и чем дольше он любуется им: его улыбкой, глазами, волосами, тем чётче и яснее прорисовывается в его голове абсурдный план, который Ван Эк собирается исполнить именно сегодня. Наконец играть устали все, и начинают потихоньку расходиться по своим комнатам. Джес, шумно поблагодарив всех за "отличную и очень увлекательную игру", выскальзывает в коридор, Уайлен неслышно следует за ним. Стрелок готовится уже открыть дверь своей комнаты, когда Ван Эк окликает его: - Джеспер, я... хотел сказать кое-что, не возражаешь? Парень оборачивается и, улыбаясь так, что всё внутри Уайлена превращается в желе, добродушно отвечает: - Конечно не против, валяй, купчик, я слушаю. Уайлен снова задерживает дыхание, а затем, краснея и запинаясь, тихо говорит: - Джес, когда мы сегодня... В общем, я понял, что должен сказать тебе это... Я люблю тебя... Джеспер замирает будто каменное изваяние, повисает тишина, по сравнению с которой тишина могил покажется громкой, внутри Ван Эка всё медленно разрушается, а сам он летит во тьму, понимая, что просчитался и сам же на корню разрушил все их достаточно хорошие отношения. Наконец он, краснея так, что на каждой его щеке можно поджарить по яичнице, ещё тише выдавливает: - Извини, я... Просто мне показалось, что... Ладно, забей... Уайлен отворачивается, незаметно смахивая выступившие слёзы, и уже готовится уйти, когда Джеспер ловит его за руку и с такой нежностью, от которой Ван Эку становится ещё противнее на душе, окликает его: - Уай, подожди... Собрав остатки своей не понятно откуда взявшейся решимости, парень оборачивается, и Джеспер в то же мгновение крепко прижимает его к себе и, осторожно очерчивая пальцем контуры лица купчика, целует. Первые пару мгновений Уайлен стоит неподвижно, боясь спугнуть неожиданное счастье, но счастье в лице Джеспера явно не собирается куда-то исчезать, и парень наконец отвечает: сначала неуверенно и скромно, но всё больше входя в раж от ощущения всеобъемлющей, всепоглощающей любви к этому чёртову стрелку. Джеспер запускает руку в волосы Уайлена и с улыбкой шепчет ему в губы: - Я тоже люблю тебя, маленький купчик... Парень снова чувствует себя живым, и про себя возносит хвалы этой изначально казавшейся бредовой идее Нины.