Перевоспитание

Гермиона За несколько минут до предполагаемого отбытия Гермионы к Малфою, ее настигло письмо. Сова залетела прямо в кабинет, в котором сидели Гермиона и несколько других молодых людей, в том числе Падма Патилл и Кейт Бишоп. Последняя была на несколько лет старше Гермионы, выпускалась из американской школы магии Ильвермони и была в Министерстве по обмену. Кейт все время порывалась начать крепкую дружбу с Грейднжер, но последняя и так достаточно сложно открывалась новым людям, а к такой активной Кейт так вообще не знала, как найти подход. Тем временем, погладив сову, именно Бишоп передала письмо гриффиндорке. ― О, Гермиона! Написано, что от мистера Уизли! Это от Рона? Весь магический мир знал их фантастическую четверку ― Гарри с Джинни, Гермиона с Роном. Грейнджер это порядком надоело ― ощущаешь себя не в своей тарелке, когда мало знакомые люди высказывали свою радость от милого ресторанчика, в котором Гермиона ужинала с Роном, или свое негодование из-за того, что они не женаты. Вымучено улыбнувшись, Гермиона встала, поправила платье и протянула руку к подошедшей Кейт. ― Вероятно, от него. Мы же не узнаем, если не вскроем конверт, правда? Бишоп хихикнула, кивнула и отдала конверт. Гермиона подождала, пока Кейт вернется к своим делам, но та все не уходила, видимо, ожидая, что коллега откроет конверт при ней. Увидев неловкость ситуации, мисс Патилл позвала Кейт к своему столу. Благодарно кивнув однокурснице, Гермиона, в ответ на улыбку Падмы, закатила глаза. Патилл поправила свою бордовую мантию на плечах и начала что-то обсуждать с подошедшей Кейт. Гермиона аккуратно вскрыла конверт и развернула письмо. Письмо было совершенно не от Рона, она не обратила внимание на инициалы на конверте. Письмо было от Джорджа. Гермиона. Я отправил Рональда в долгосрочную командировку во Францию. Он уже там, переместился через портключ. Сейчас он тоже должен тебе написать письмо. Французы сегодня играют с русскими в футбол, а наши коллеги придумали какой-то сногсшибательный футбольный реквизит и для магов, и для магглов. Всегда хотел что-то универсальное для британского рынка, представляешь, как вырастут наши продажи? Ну, да ладно, не об этом речь. Решил, что его командировка спасет тебя от неловкого диалога. Есть время подумать, он там на месяц. Придумаешь славную отговорку от брака с ним? Только знай, фраза "мы разные, мы не подходим друг другу, дело не в тебе" не сработает. Вероятно, он это знает с первого курса, когда ты учила его выговаривать заклинание "Вингардиум Левиоса". Джордж. Гермиона прикрыла глаза. В письме просачивался сарказм этого Джорджа, но было заметно, как он сдерживается и старается быть тем Уизли. Спасибо, спасибо, Джордж. Решив, что ответит Уизли позже, Гермиона попрощалась с коллегами, вышла в коридор и направилась в Атриум. Ни с кем из знакомых не встретившись, Грейнджер вышла из Министерства и оказалась на улице Уайтхолл. Девушка сделала глубокий вдох. В подземельях Министерства никогда не ощущалась нехватка воздуха, такое ощущение накатывало только тогда, когда она выходила на улицу. Погода была переменчива ― иногда просачивался солнечный свет, но порывистый ветер быстро гнал тяжелые тучи по небу. Гермиона поежилась. Повернув влево, она начала свой путь. Увидев кондитерскую рядом, зашла. Нужно было выбрать торт сегодняшнему имениннику. Девушка была абсолютно уверенна, что он возьмет этот торт из ее рук и пульнет его Гермионе в лицо. Или просто не примет, скажет, что торт такой же грязный, как и ее кровь. Девушка все еще не осознавала, что ею движет, но абсурдность ситуации была ощутима. На стеклянном круглом подносе с ножкой стоял абсолютно черный торт. Глазурь переливалась в свете холодильника-витрины, глянец завораживал. Не понимая, чем так зацепило такое простое кулинарное творение, девушка, не задумываясь, отдала немного маггловских денег продавцу. Лаконичный, аристократичный тортик, вместе со стеклянным подносом оказался в коробке. Выйдя на улицу, Гермиона аккуратно и незаметно для окружающих наложила чары на коробку, чтобы торт не растаял и не помялся. До квартиры Малфоя час пешком, Гермиона часто так делала в детстве, вместе с родителями ― из центра домой шли на своих двоих, считая это веселым путешествием. Не позволяя себе продолжить думать о маме и папе, девушка ускорила шаг, и вскоре оказалась на Трафальгарской площади. Она окинула местность взглядом, остановившись. Лондон нравился Гермионе, хоть она и нечасто в последнее время гуляла по нему. Пытаясь впитать вид одной из главной достопримечательности города, Грейнджер не заметила, как пошла на красный свет через пешеходный переход и чуть не угодила под автобус, но в последний момент качнулась на каблуках назад, еле удержав коробку со сладким подарком. Автобус все-таки остановился. Переведя удивленный взгляд на транспорт, на кричащего на него водителя, Гермиона увидела, что это тот самый автобус, который нужен ей для проезда до Малфоя. Она обогнула автобус и прямо на проезжей части, игнорируя сигналы других машин, прыгнула в транспорт и поднялась на второй этаж. Если бы не ветер, она бы прошлась, но до назначенного времени оставалось меньше часа, да и всю эту историю с патронажем слизеринца хотелось закончить побыстрее. Через сорок минут девушка стояла на маленькой тихой улице. Слева и справа рядами стояли одинаковые серые дома. Замедляя каждый шаг, Гермиона приближалась к нужному зданию. Да, она позвонит в дверь, хотя у нее есть ключи. Также есть ключи и от нижней квартиры, весь дом был на счету Министерства. Гермиона не хочет врываться в вотчину Малфоя без предупреждения, это нечестно. Это приведет ее в смятение, а она хочет быть готовой к его атакам и быть сильной, чтобы их отбивать. Девушка не хотела конфликтов, она уже давно пережила все школьные обиды, и даже слово грязнокровка никак ее не трогало. Она была горда своим происхождением. Она знала, что все в ее жизни было не зря. Гермиона боролась за существование таких, как она, все свое существование, и какой-то трусливый хорек не выведет ее из равновесия. Аутотренинг завершился скрипом входной двери. Драко был на втором этаже, поэтому она позволила все же открыть нижнюю дверь самостоятельно. Медленной и тихой поступью она поднялась по лестнице. Прислушиваясь, она остановилась у двери. В тот момент, когда она подняла руку к маленькому черному звонку, раздался приглушенный, но громкий одинокий... храп? Время уже двенадцать, назначенный час, а он все еще дрыхнет?! Девушка все же отворила дверь сама, нарушая все пункты, которые она и составила. Обычная Алохомора беззвучно раскрыла прелестную картину. Малфой разлегся звездой на кожаном диване животом вниз. На виднеющейся кухне можно было заметить начатую бутылку виски, около нее лежали разные свертки, видимо, что-то из продуктов. У окна, на полу лежали свитки и конверты ― видимо, совы, прилетевшие сюда за это утро и не достучавшись до спящего хозяина, просто кидали посылки в открытое окно. Гермиона перевела взгляд опять на Драко. Подойдя поближе, она рассмотрела его расслабленное лицо ― в этот момент он был чуть ли не самым красивым мужчиной, которого она видела. Острые скулы почти светились в дневном свете, в меру пухлые ярко очерченные губы были полуоткрыты. Светлая челка спала на глаза и нос, от дыхания волоски колыхались. Гермиона не помнила такую безмятежность на этом светлом лице, на нее он всегда смотрел то с презрением, то с ненавистью, то с равнодушием. Затаив дыхание, она подошла еще ближе и уже почти вплотную подошла к дивану, как лежавший на ней парень шумно выдохнул, причмокнул и начал двигаться. Округлив глаза от ужаса ― Я рассматривала Малфоя! ― Гермиона на носочках, пятясь, выбежала из квартиры, закрыв тихо за собой дверь. Подождав несколько минут, не выпуская из рук торт, Гермиона, наконец, позволила себе глубоко и шумно вдохнуть. Прислушавшись, она опять услышала громкое сопение, делая вывод, что Малфой во сне решил перевернуться, но никак не просыпаться. Он не знал, что она его рассматривала. Тьфу, это сведет меня с ума. Девушка решила переждать внизу. Она спустилась, повернула налево и открыла темно-синюю деревянную дверь заколдованными ключами. Попав в помещение, она, наконец, поставила коробку с тортом на столик около входа, и прошла на кухню, намереваясь заварить себе чай и найти что-то съестное. Малфой Возможно, это была слишком плохая идея ― пить на голодный желудок на ночь глядя. Малфой даже не помнил, в какой момент он отключился. Раскрыв глаза от слишком яркого света, он перекатился с одного бока на другой, отчего тело заныло так, словно Драко били всю ночь напролет. Все-таки, этот диван не для ночевки. Парню казалось, что кто-то ходит внизу. Не придавая особо этому значения, он медленно встал, чтобы призвать стакан воды. Призвать, ага, тролль ты горный. Полтора года ничего призывать нельзя. Малфой вмиг разозлился настолько, насколько вообще возможно. Он почувствовал, как начали гореть ладони, поэтому несколько раз сжал их в кулаки. Все же, Малфои всегда в выигрыше, и эта ситуация не исключение. А вот что за выигрыш таился здесь для волшебника от мозга костей, Драко не понимал. Покачав головой, которая норовила взорваться от ноющей боли в висках, парень все-таки прошагал в сторону маленькой кухни. ― Святой Поттер, надеюсь, ты и об этом подумал... Подойдя к кухонной тумбочке, где расположились все вчерашние продукты и бутылка виски, Малфой открыл пакет и начал в нем спешно копаться в поисках воды. И, да, Поттер был просто невероятен в своих догадках. ― Аква Минерале...Звучит, как плохое заклинание! ― Малфой уже начал привыкать разговаривать с собой. Чуть усмехнувшись, он откупорил пластиковую бутылку и сделал жадный, большой глоток. Маггловская вода на вкус оказалась... пустой. То есть, никакого вкуса, ничего, за что можно было ухватиться. В мэноре эльфы подавали воду в серебряных графинах, из-за этого она приобретала странноватый, но очень приятный привкус. Выпив практически весь литр, Драко осмотрелся. Около окна, на полу, валялись какие-то пергаменты и свертки. Буквально в это же время в открытое окно залетел черный исполин-филин и приземлился на барном стуле. Увидев хозяина, птица приветливо ухнула. ― Вальден! ― Малфой поставил остатки воды на барную стойку и подбежал к птице. Филин ласково ущипнул молодого человека за палец. ― Даже не знаю, есть ли у меня что-то поесть. Думаю, маггловская еда тебе будет не по нраву... Поняв, что хозяин не будет его угощать, Вальден церемонно взлетел на подоконник, истошно вскрикнул и улетел. ― Подожди, Вальден! ― Драко сжал руки в воздухе, как будто хотел поймать строптивую птицу. Как будто Вальден расскажет, как там мама. Такое короткое присутствие чего-то привычного так сильно обрадовало Драко, что сейчас, когда птица улетела, он почувствовал сильнейшую тоску. Тем не менее, Вальден успел оставить посылку. На полу под барным стулом лежал увесистый конверт. Драко опустился и забрал его с пола. Вскрыв его ножом, предварительно найденным в кухонном шкафу, парень высыпал содержимое на поверхность тумбочки. Посылка от матери включала в себя пачку его любимых конфет из марципана, открытку с изображением побережья Ла-Манш, большое письмо (страниц десять, не меньше) и какие-то документы. Развернув открытку, Драко увидел аккуратный почерк Нарциссы. Посылаю тебе немного волшебного сладкого. Но не забывай, что и простецы умеют делать шоколад. Люблю до луны и обратно. Уже совсем скоро увидимся! Нарцисса Малфой Любящая мама. Драко хохотнул, увидев подпись. Все-таки, его мать была невероятной женщиной. Будучи аристократкой во всех своих проявлениях, она сохраняла в себе человеческую простоту и любовь к жизни и людям вокруг. Вероятно, именно это спасло ее от безумия в период, когда... Дальше подумать Малфой не сумел, так как ему не терпелось посмотреть, что еще прислала Нарцисса. В документах оказалась некая доверенность. Парень вчитался и с удивлением обнаружил, что это разрешение на использование сейфа Нарциссы Блэк. Внизу пергамента было написано, сколько же сейчас на счету у матери. ― Святые соплохвосты... Малфой судорожно перекидывал взгляд с одного пергамента на другой. В письме Нарцисса прописывала ответы на ключевые вопросы, если гоблины захотят его проверить. В письме и правда было десять листов, но Драко все очень внимательно прочитал. На последнем пергаменте миссис Малфой написала: Драко, Конечно, ты удивлен ― откуда такие деньги оказались на моем личном счету? Так вот, родители, когда отдавали меня замуж за Люциуса, продумали момент моей независимости от него, что, конечно, было против всех чистокровных правил. Они знали, что я буду чувствовать себя много увереннее, если у меня будет финансовая поддержка. Дорогой, тех денег, которые есть сейчас у меня, хватит тебе на многие годы проживания где угодно. Про меня не думай ― я сейчас в прекрасных условиях, плюс деньги Люциуса все еще при мне, они были переданы на мое имя сразу после его заключения в Азкабан. Драко. Попроси мистера Поттера или мисс Грейнджер, да кого угодно, сопроводить тебя в Гринготтс. Поменяй на фунты. Расслабляйся! Живи в свое удовольствие и не унывай. Магглы тоже умеют развлекаться, и, думаю, выше перечисленные лица помогут тебе адаптироваться в этом таком похожем, но таком далеком от нас мире. Очень тебя люблю! С днем Рождения, мой принц! Нарцисса. Малфой отложил письмо и выдохнул. Оптимизм матери его так удивлял, что он не успевал ничего анализировать. Но, то, что надо наведаться в Гринготтс и, желательно, сегодня, Драко уверенно знал. Он кинул взгляд на часы и опешил ― час дня! Где же пунктуальная грязнокровка-взезнайка?! Что за неуважение! Проигнорировав остальные письма, которые сиротливо лежали на полу под окном, Малфой прошел в уборную. Его чуть не стошнило от стоячего запаха, видимо, то, что он не смыл вчера, плохо повлияло на окружающую атмосферу. Зажав рот и нос рукой, Драко сделал все свои дела, умудрился даже почистить зубы (хотя сложность с включением кранов тоже возникла, в мэноре было два винтика, а здесь же одна овальная металлическая штука, которая ходила влево-вправо). Молодой человек вышел из ванной и прошел в сторону чемоданов, которые так и стояли около камина со вчерашнего дня. Открыв один, Драко достал оттуда рубашку и черные брюки, которые, конечно, были очень помяты. Сняв домашние фланелевые брюки, белье и белую футболку, Малфой, ничего не стыдясь, кинул вещи на диван и посмотрел масштаб мятой трагедии. ― И чем же магглы разглаживают свои вещи? ― Малфой, магглы гладят утюгом, он слева над мойкой в кухне, насколько я зна... Грейнджер бесцеремонно впорхнула в квартиру, держа в руках коричневую коробку. Увидев Малфоя голым, она округлила глаза и остановилась на полпути, в проходе. Видимо, стучаться и звонить ее не учили. Гермиона уже час ничего не делала внизу, ее начало утомлять ожидание, поэтому она бесстрашно направилась на этаж Малфоя. Услышала его реплику через дверь и решила ответить, резко зайдя в помещение. Ребячество, да. Но кто же знал, что он в таком виде?! Молчание затягивалось. Малфой лениво наклонил голову, усмехаясь. Он рассматривал ее. Удивительно, но за тот год, который он провел безвылазно в мэноре, он совсем забыл, как она выглядит, да и во время слушания тоже было не до рассмотрения грязнокровок. А она стала хороша. Сегодня ее волосы спадали мягкими волнами на плечи, темно-зеленый цвет кожаного платья прекрасно контрастировал с ними. Слизеринские цвета тебе к лицу... Длинные ресницы обрамляли карие, шоколадные глаза. Легкий румянец появился на скулах, отчего девичье лицо озарилось еще больше. Короткая юбка открывала взору стройные, сильные, длинные ноги. Малфой вдруг осознал, что почти не ощущает того негатива к ней, который он планировал ощущать. Он чувствовал немного... другое, и он был благодарен целомудрию Грейнджер, которая не решалась осмотреть его полностью. Ему вдруг стало очень интересно, как она выйдет из такой ситуации. Сам он ничуть не стыдился наготы, был уверен в себе, да и интерес девушки напротив, хоть и был противоестественным, но вполне интригующим. Гермиона же пыталась не опускать глаза ниже ключиц блондина, хотя очень хотелось. Она пыталась совладать с красными пятнами, которые растеклись у нее на шее и щеках. Стало невероятно душно. В ее гениальном мозгу уже начался быстрый и такой логичный процесс сравнительного анализа. Малфой был красив, и она это понимала как никогда. Он был подтянут, но не сильно мускулист, не как Рон. У него немного выпирали ключицы, острыми линиями уходили в плечи, не как у Рона. Руки, запястья, на левом предплечье темнелась черная метка, пальцы длинные, словно предназначены для игры на фортепиано, не как у Рона. У него была бледная кожа, а слева на груди виднелись созвездия родинок. Мышцы груди и пресса были рельефны, не как у Рона. И... Она посмотрела вниз. Она сразу вернула взгляд на лицо стоящего напротив парня, который уже в открытую насмехался над ней. Гермиона почувствовала новое для себя ощущение. Какой-то адский микс из страха, ошеломления, неловкости, желания. Желания?! Прекрати! Девушка покачала головой и закрыла глаза рукой, все еще держа во второй многострадальный торт. Малфой зло рассмеялся. ― Грейнджер, у тебя какие-то проблемы? Тебя в Ордене Феникса научили так врываться в частную собственность? Послышалась какая-то возня, и Гермиона чуть-чуть разомкнула пальцы. Малфой надевал трусы, повернувшись к девушке спиной, отчего ей открылась весьма компрометирующая поза. Она фыркнула и опять зажмурила глаза. ― Вообще-то, час нашей встречи давно уже наступил, скажи спасибо, что я не разбудила тебя тогда, когда пришла. Я устала тебя ждать. Желания как не бывало. Грейнджер постепенно приходила в себя, освобождая место привычному для их диалогов раздражению. ― О, ваше высочество. ― Он практически плюнул эти слова. ― Подождешь! Малфоя позабавила вся эта ситуация, особенно реакция девушки. Как она закрыла глаза, это было так по-детски, что Драко даже удивился. Эта мадам победила стольких сильных волшебников, а испугалась его вида? ― Можешь открывать глаза, гр...Грейнджер. Малфой все так же усмехался, но решил пока осторожничать в своих обзываниях. Грязнокровка должна быть благосклонной, чтобы он смог оказаться в банке сегодня. Его слова прозвучали очень близко, поэтому Гермиона, перехватив коробку, открыла глаза и посмотрела на парня. Малфой был одет в черные классические брюки и белую рубашку навыпуск. Все было смятым настолько, что даже его самодовольный аристократический вид не спасал ситуацию. Грейнджер отошла от Малфоя, прошла в сторону кухни и поставила, наконец, торт на барную стойку. ― Снимай рубашку. ― Она сказала это максимально спокойным тоном, вспомнив вдруг их встречу в Малфой-мэноре. Как он, якобы, их не узнал. Для чего он это сделал, она не понимала, ведь, его бы точно убил Волдеморт, если бы узнал, что он скрыл их имена намеренно. Малфой почувствовал изменения в девушке, но ему было предельно наплевать на это. ― Ух, Грейнджер, тебе настолько понравился вид? Или тупоголовый Уизел не настолько красив? Хотя, что я говорю! КОНЕЧНО, он не настолько красив. Развернувшись к шкафчикам, Гермиона сделала глубокий вдох и судорожно выдохнула. Она обещала быть сильной и отвечать на его выпады. Также она обещала позвонить в дверь. Поэтому, промолчав, она достала сверху утюг, подошла к мойке, налила в него воды и поставила около Малфоя, который облокотился на барную стойку. ― Это утюг. Запоминай, ничего повторять не буду. Утюг нужен для того, чтобы гладить вещи. Это долгий процесс ― у магглов все долго, потому что нет магии. Ясно? Она прошла в ванную, открыла ее воскликнула: ― Фу! Малфой, вообще-то, люди это смывают, даже чистокровные! Или ты молишься на свои чистокровные экскременты? Послышался звук смыва. Малфой уже приготовился наградить девушку излюбленным ругательством, но любопытство взяло верх. Он несколькими шагами пересек комнату и зашел в ванную за Грейнджер. ― Как ты это сделала? Хотя, подожди. Надо помолиться, все еще пахнет? ― Малфой откровенно насмехался. Он сложил руки в характерном жесте и закатил глаза. ― Прекрати вести себя, как ребенок! Вот кнопка, ― девушка показала на стену, ― она в стене! Поэтому ты найти не смог. Бочок внутри! Для пущей уверенности, Малфой подошел и нажал на кнопку. ― А вот здесь, ― девушка показала на противоположную стену, часть которой была ничем не заставлена, ― встроенный шкаф. Посмотри, как открывается. И запоминай! Мне не нужны твои звонки в ночи, когда ты не разберешься. ― Да кто будет тебе звонить ночью? Рассмешила... Тем временем Гермиона, проигнорировав выпад, потянула за маленькую ручку, которую Малфой в начале даже не заметил. Внутри и правда оказался шкаф с разным домашним атрибутом. Из всего этого Малфой узнал только метлу и то потому, что она отдаленно напоминала его любимое средство передвижения. Гермиона схватила что-то увесистое оттуда, с силой дернула и у нее в руках оказалась большая гладильная доска. ― Что это за хрень? Было видно, что девушке тяжело. Она проследовала обратно в комнату, отдуваясь. Малфой не собирался ей помогать. ― Это гладильная доска. То, на чем магглы гладят свои вещи. Почему ты все еще не снял рубашку? ― Последняя фраза получилась слишком грозной, в стиле Минервы Макгонаггл. Драко иронично хмыкнул, но послушно начал раздеваться. Делал он это нарочито медленно, вытаскивая каждую пуговицу из петелек чуть ли не полминуты или около того, не сводя с девушки глаз. Потом он рассмеялся, словно конь, быстро закончил перфоманс и протянул рубашку Гермионе. ― Смотри внимательно. Поставив доску, подключив утюг к сети, Гермиона вывернула рубашку наизнанку, комментируя каждый свой шаг. Как бы не хотелось Малфою, но он должен был научиться жить среди магглов. ― На самом деле, все не так сложно, как кажется. Хотя, даже я иногда забывала элементарные действия, когда возвращалась в родительский...дом на лето. ― Гермиона сильнее погрустнела, поставила горячий утюг на подставку, взяла рубашку Малфоя и встряхнула ее со всей силой, как будто она лишила памяти ее родителей. ― Да, помню. ― Протянул Малфой в своей манере. Он уже начал терять терпение, и злость маленькими шажками становилась все больше. ― Я видел пару раз в библиотеке, как ты сама тащишь огромное количество книг в руках. Тебе тяжело, а ты не можешь воспользоваться палочкой. Унизительно! А знаешь, почему? Потому что таким, как ты не место в нашем мире. Его понесло. С его губ слетело еще парочка острых фраз про происхождение и про ее кровь, ее бесполезность в обществе, но вдруг он резко замолчал. Он так довольствовался собой, что даже не заметил, как ведьма вытащила из длинного рукава палочку и произнесла Силенцио. ― А теперь послушай меня, жалкий недоносок. ― Вместе с дикой решительностью, которая даже напугала Малфоя, в глазах Гермионы зарождались слезы. Маленький червячок сожаления зашевелился глубоко внутри. ― Я терпеть твои выпады не намерена. Мне не место в волшебном мире? А теперь ответь на вопрос ― в каком мире тебе место? А? ― Она подошла к нему вплотную и толкнула его в оголенную грудь, отчего он покачнулся. ― Оправданный пожиратель, фамилия которого синоним желчи и зла, в волшебном мире тебя даже на порог Дырявого котла не пустят! А здесь ― повсюду магглы, грязнокровное отродье, грязнокровные дороги, грязнокровные унитазы! ― Каждая фраза сопровождалась легким ударом в грудь. Малфой все порывался ответить, но Грейнджер, ее движения выбили его из колеи. ―Ты, Малфой, тут без своего ничтожества-папочки, и как же ты будешь существовать в этом мире? Тебе здесь место? Тирада была завершена. Гермиона тяжело дышала, не смотря на парня. Она ответила на выпад, защитилась. Так почему же было ощущение, будто она его обидела? ― Фините. Несмотря на снятое заклятие, Малфой все равно хранил молчание. Он знал, что если он заговорит, они поубивают друг друга здесь же. Но он был зол. Ладони сжались в кулаки, он прожигал девушку взглядом. Она, тем временем, вывернула рубашку снова, выключила утюг, чтобы вернуть его в шкаф над мойкой. Драко гипнотизировал ее, как вдруг утюг заискрился в руках девушки, отчего та вскрикнула и устройство выпало с грохотом на пол. Она, держав руки ладонями вверх, медленно обернулась на парня, в ужасе не сводя с него взгляд. Малфой посмотрел на ее руки. Они были в крови. ― Грейнджер, я... От вида ее крови внутри парня заработали какие-то нехарактерные для него шестеренки. Он было подорвался к девушке, но она остановила его одним взглядом, качнула головой и стремительно покинула квартиру. ― Эй, стой! ― Крикнул Малфой вслед. Что это за всполохи магии были, он не понимал. Не четыре же ему года?! О Гринготтсе придется забыть. Драко досадно выдохнул, подошел к барной стойке и забрал оттуда свою рубашку. Надев ее, он обратил внимание на коричневую коробку, которую грязнокровка поставила, как только зашла сюда. Драко был любопытным человеком, поэтому, не раздумывая, открыл ее. Мать твою, торт. Перед ним оказался круглый, абсолютно черный торт, глянец которого притягивал настолько, что Малфой окунул в глазурь указательный палец и облизал его. Шоколад был шедевральным. Схватив тот же маленький нож, которым открывал письмо, Малфой отрезал кусок и прямо руками взял его, откусил. Маглы были сродни животным, но и торты они пекли невероятно вкусные. Бисквит, пропитанный сливочным кремом, грецкие орехи, ваниль... это минимальный набор, который прочувствовал парень. Он вдруг осознал, что это самый лучший и вкусный торт на день рождения за последние лет пять. От грязнокровки.