1:0 в нашу пользу

Растерянность. Растерянность и недоумение, это то, что сейчас смог отличить майор отделения полиции Бутово Павел Макаров, в коктейле все эмоций, которые он испытывал, возвращаясь в отделение из которого несколько мгновений назад вывели её. Девушку, которую он полюбил. Девушку, которая за короткий срок стала значить на него намного больше, чем кто-либо за его такую уже долгую и непростую жизнь. Когда Ольга уехала, ничего не объяснив, он был разбит, морально разбит и опустошён. Но это состояние, отчего то, он сам тогда не понял от чего, продлилось не так долго и болезненно, как он ожидал. Потом, когда он встретил Леру, когда заслонил её от пули на том треклятом задании по захвату наркоторговцев, когда смотрел в её испуганные глаза, в которых захлёстывался страх, вперемешку со смятением он вдруг всё понял. А сейчас её просто увезли в следственный, по обвинению в хищении в особо крупных и это казалось каким-то абсурдным бредом. Но это был не бред. Хотя во всех обстоятельствах, конечно, нужно было ещё разобраться и желательно самому. Но это будет завтра. Он вернулся в кабинет, из которого Жилин, видимо, уже выпроводил всех, а сам остался ждать друга. Тогда он направился в кабинет к Саламатину. Тот сидел за своим столом, задумчиво глядя в окно. -Виталий Леонидович, какого хрена?! – начал Макаров с порога. -Макаров, успокойся. – спокойно проговорил полковник. -Что значит, «успокойся»?! Ты в уме вообще? Почему ты мне не дал их остановить?! – сейчас он, наконец, почувствовал злость. -А что бы ты сделал? Морду бы им набил? – Саламатин тоже повысил голос. -Надо было бы, набил! -И сел бы рядом с ней? В соседнюю? Или рассчитывал бы, что бы вас вместе посадили? – они встретились взглядами. – Сядь и успокойся. -Да не хочу я садиться! И успокаиваться я не собираюсь! -Сядь, я сказал! – Макаров дёрнул щекой, но всё-таки сел. – Послушай. – голос Саламатина стал мягче. – Мне самому это всё не радостно. Мы все, всё понимаем, и Леру мы вытащим, я тебе гарантирую. Подтянем лучших адвокатов, найдём деньги, если потребуется. Паш? – майор поднял на него глаза, до этого он изучал столешницу, на который ещё несколько недель они с Лерой… - Ты меня слушаешь? – он кивнул. – Я сейчас сделал уже несколько звонков. Её могут отпустить под залог. -Сколько? – бесцветно откликнулся тот. -Сто тысяч. – Макаров усмехнулся. – Паш, только ничего больше не делай. Езжай домой, отдохни. Сегодня был тяжёлый день. – Макаров рассмеялся. -Деньги завтра привезу. – ответил он, поднимаясь. Макаров вышел из кабинета полковника, проводя тыльной стороной ладони по лбу. Нужно было закончить работу и отпустить оперативниц, чтобы не мельтешили лишний раз. Пользы от них всё равно никакой, а их сочувствующие взгляды, сейчас, всё равно, как мёртвому припарка. Да и всё равно никакой работы уже не склеится сегодня. Подходя к дверям оперской, он заметил, что из окна за ним наблюдают Синицкая, Верба, Попова и Туркина, увидев начальника, они быстро скрылись из поля его зрения. Отчего-то это вызывало усмешку. Всё таки они неисправимы. Четыре любопытные сороки. Когда Макаров вошёл в кабинет, все четверо сидели за своими столами, делая вид, что заняты чем-то важным. Он по очереди оглядел их всех, отчего-то вдруг вспомнив, как он принёс им кофе, утром после того, как они впервые с Лерой провели вместе ночь. -Так! – начал он. Четыре пары глаз устремились на него. У Вербы вообще был такой вид, как будто она сейчас разрыдается. От этого было одновременно смешно и тошно. – Туркина, что там с этим пенсионным мошенником? – он сел на диван. Аня огляделась по сторонам, подбирая слова. -Я отработала пару версий, но потом… -Ладно. Завтра всё. – перебил он, понимая, что сейчас он не способен воспринимать информацию. – Идите домой. Всё равно уже… - он запнулся, подбирая слова. – В общем, завтра всё. -Павел Сергеевич..? – заикаясь, проговорила Верба. -Олесь.. – он отмахнулся, призывая её молчать. От её жалостливого тона хотелось разрыдаться самому. -Пал Сергеевич, мы, если что готовы вам помочь во всем. – продолжил за Вербу Синицкая. Макаров кивнул, слегка улыбнувшись. Всё-таки за этого год, что эти четыре погремушки были у него в распоряжении, он привык к ним, привязался даже. Да, они, безусловно, были косячными и бестолковыми, но мало-помалу превращались в нормальных оперативниц. Ну и не отнять было конечно того, что он привык к ним и полюбил. Но говорить он им об этом, конечно же, не будет, чтобы не расслаблялись. -Кать? – обратился он к блондинке. Та распахнула, как всегда свои огромные яркие глаза, сосредотачиваясь. – Ты можешь..? – он запнулся. – в общем принесли мне Лерины вещи из её кабинета. Рюкзак там, что ещё… - блондинка кивнула. -Хорошо, Павел Сергеевич. – она тряхнула золотыми кудрями, быстрым шагом направляясь к лестнице. Макаров вернулся к себе в кабинет. Жилин сидел на диване, задумчиво жуя яблоко. -Паш? -Данилыч, давай, ты потом всё скажешь, что думаешь. Сейчас уйди просто. Не доводи до греха. – Жилин кивнул, молча выходя из кабинета и прикрывая за собой дверь. Макаров снова остался один. Не хотелось вообще ничего, даже глаза открывать. Но нужно было что-то сделать, предпринять. Нельзя оставлять её там, нельзя дать Белову снова его обойти, он должен. Должен дожать его, пережать, то бы тот и думать забыл о том, что может как-то навредить ему, навредить Лере. Им навредить. Макаров налил себе в стакан виски и залпом осушил его. Горло обожгло, он сморщился. В дверь постучали. -Павел Сергеевич? – заглянула Синицкая. – Я, вот… - она показала Лерины вещи. Макаров кивнул в сторону дивана. Девушка быстро пронеслась по кабинету, оставляя всё в указанном месте и так же быстро вышла. – До свидания! – сказала она, прикрывая дверь. – Макаров кивнул, провожая оперативницу взглядом. Нужно было собраться с мыслями и понять, как ему теперь действовать и что предпринять, что бы вытащить Леру и не позволить Белову выйти на свободу. Он решил съездить в следственный и попытаться добиться сведения с Лерой, нужно было поговорить с ней. Нет, не нужно. Необходимо. *** Макаров плохо помнил, как заснул. Да и как вообще добрался до дома. Он штудировал до глубокой ночи УК РФ, дополнения и подпункты, искал лазейки. Его разбудил ранний звонок Саламатина. Макаров резко поднял голову, хватая телефон. -Макаров? – услышал он на том конце трубки. -Да? -Собирайся, через час выезжаем в следственный. Там сейчас адвокаты уже работают. -Понял, буду через час. – откликнулся мужчина, сбрасывая звонок. Макаров поднялся, разминая затёкшую спину. Он заснул прямо за столом, над бумагами, которые изучал. Мужчина направился в душ, чтобы побыстрее проснуться, затем сварил себе крепкий кофе, быстро оделся и вышел из дома. Когда они приехали в следственный, он занервничал. Только сейчас он подумал, что вдруг её не выпустят. Вдруг Белов распустил свои когти дальше чем они думают даже сам находясь в изоляторе. Когда он увидел её, сердце забилось быстрее. Сейчас ему показалось, что они не виделись больше чем ночь. Когда она вошла и увидела его, на лице расцвело облегчение. Она будто бы уже знала, что он пришёл её забрать. -Паш! – проговорила она, обнимая его за шею. Наконец-то он может её обнять. Это было сродни глотка свежего воздуха. Он отвёз её к себе. Ей нельзя было выезжать за пределы Москвы, а ещё лучше за пределы Бутово. Работать временно она тоже не может, ей это очевидно не понравится, но придётся потерпеть, пока её дело находится в работе у следственного. Лера была непривычно тихой и спокойной. Сидела на диване, обхватил колени руками в его футболке, которая была ей очевидно сильно не по размеру. Бестолково бубнил телевизор, а она просто смотрела в одну точку. Макаров селя рядом, притягивая её к себе. -Паш? А вдруг меня всё-таки посадят? – её голос звучал как-то по детски тихо и испугано. Он вздохнул, запуская пальцы в её волосы, пробегая ими по затылку. От этого движения девушка потянулась от удовольствия, чуть улыбаясь и прикрывая веки. -Ну, во-первых, пусть попробуют, я бы на это посмотрел. А во-вторых, я же тебе обещал, что я сделаю всё, что бы этого не произошло. – Лера кивнула, укладывая голову на его плечо. Вскоре он услышал, как она тихо засопела на его плече. От её присутствия было спокойно. Марков давно уже ничего подобного не испытывал. Сейчас всё казалось правильным. Их многолетние неопределённые отношения с Ольгой, такое их окончание. Они мучали друг друга уже долгое время. Их студенческая любовь давно изжили себя, а сейчас с Лерой всё казалось правильным. И пусть она была младше его, да и характер у неё был совсем не сахарный, но с ней он, наконец, почувствовал себя живым настоящим человеком, а не роботом бездушным. Лера зашевелилась на его плече, прижимаясь нему крепче. У Макарова засосало под ложечкой. Он обязательно её вытащит, чего бы ему это не стоило. Обязательно.