Где мои дети, Феликс?

Медленно, хромая на одну ногу, Феликс передвигался к дому семьи Уолтенов. С разбитого лба медленно капала кровь, а сломанные очки так и норовили упасть и окончательно разбиться в дребезги. С каждым шагом разум потихоньку мутнел, передвижение давалось всё труднее и труднее. Всё тело сковывал неподдельный страх. Но он не мог понять, что это за страх. Был ли это страх перед самим Джеком? Нет, однозначно. Страх перед содеянным, перед ответственностью. Он не знал последствий, даже предположить не мог. Он боялся. Стоя прямо перед самой дверью, он боялся. Что будет после того, как он постучится? Какова будет реакция его пока что ещё друга? Он боялся, но рука уже тянулась постучаться. Три ритмичных стука. За дверью послышалось поспешное копание. Звук открывающегося замка́. Страх полностью затмевает разум и сковывает движения, делая их прерывистыми и нерешительными. Дверь открывается. Из-за двери показывается озлобленный и возмущенный Джек. Не успел сказать и слова, как его агрессия переросла в откровенное удивление и шок. Пока Уолтен осматривал Кранкена из-за его спины показалась взволнованная Розмари. Феликс хотел провалиться под землю. Ему стыдно. Стыдно за содеянное. Боже, что он сотворил. Где они, Феликс? – на повышенных тонах спрашивает Джек. Розмари в ужасе пятится назад, закрыв рот руками. – Почему от тебя несёт алкоголем?! – Я... – слова застревали в горле, – ... Я всё объясню... – Кранкен чуть-ли не валится с ног. Резко Уолтен хватает его за воротник, чуть приподнимая. – ГДЕ МОИ ДЕТИ, ФЕЛИКС? – кричит прямо в лицо Джек. Феликс не может ничего ответить, его язык просто онемел. Рот открывался в попытках что-то сказать, но слышалась только тишина. Джек не выдерживает и отвешивает отрезвительную оплеуху. Очки улетают в сторону, разбиваясь с громким дребезгом. Щека начинает незамедлительно гореть. – Произошла... несчастная ситуация... – еле выдавил из себя Кранкен. Глаза Уолтена расширились, стали больше в два раза. Было видно, как гнев кипел в нём. – ЧТО С НИМИ СТАЛО? – громче и громче кричал Джек. Он кричал слишком громко. Его голос отдавался эхом в ушах. – Они... Мы... попали в аварию... – в уголках глаз Кранкена накапливались слезы. Ему жаль, ему очень жаль. Он раскаивается. Уолтен прекращает себя сдерживать. Он буквально бросается на Феликса, хватая его за горло. Впивается ногтями и сжимает, что есть мо́чи. Кранкен не может устоять на ногах и падает. Вцепившийся в него Джек валится следом, не переставая душить ни на секунду. Атмосфера в обычно уютном доме Уолтенов совсем испортилась. Розмари была в ужасе. Она никогда не видела своего мужа в таком состоянии. Он был готов растерзать своего лучшего друга на клочки. Но всё же... Рози тоже было обидно. Что случилось с Эдом и Молли? Не уж то они... мертвы? С ее глаз медленно потекли горячие слезы, пока она сдавливала себе рот рукой, чтобы не закричать. Ей обидно, ужасно обидно. Дышать стало совсем трудно, не только Феликсу, но и Джеку. В его горле застрял ком, ком обиды и горечи, мешающий дыханию. Уолтен чуть ослабляет хватку, давая Феликсу вдохнуть хоть немного воздуха, но не убирает руки. – Феликс, пожалуйста, скажи, где они? У Кранкена наворачиваются слезы. Он не хочет этого говорить. Как же сильно он хотел избежать этого вопроса. – Джек... Мне очень жаль... – всхлипывает Феликс, – Они мертвы... В этот миг мир Джека рухнул. Эти два роковых слова просто сломали ему жизнь. "Они мертвы". Предательские слезы жгли глаза, размывая взор. Руки инстинктивно сжались на горле Кранкена. – Почему... – пытался не заплакать Уолтен, – ПОЧЕМУ ТЫ ПРОСТО НЕ МОГ НЕ ПИТЬ СЕГОДНЯ? ПОЧЕМУ? – крик отчаяния раздавался по всей прихожей. Феликсу уже нечем дышать. Но он не хотел даже пытаться скинуть Джека с себя или любым иным способом остановить его. Ему казалось, что всё правильно, так и должно быть. Казалось, что он заслужил этого.

Он заслужил этого.

Феликс закрыл глаза, потеряв сознание. Лишь через минуту Джек понял, что Феликс уже отключился. Он взглянул на Кранкена. Недвигающийся, бездыханный, с расцарапанной и от того окровавленной шеей. Что он наделал... Уолтен начинает потихоньку приходить в себя. В панике оборачивается и замечает сзади себя Роузи, испуганную и сжавшуюся в угол комнаты. – Роузи... – натянуто улыбаясь, пытался исправиться Джек, – Всё будет в порядке... Запинаясь о собственные ноги, он подполз к плачущей Розмари и аккуратно взял её за плечи. – Посмотри на меня... – тихо шепчет Уолтен – Все будет в порядке, я обещаю... Розмари не выдерживает и, цепляясь за Джека, начинает громко рыдать. Атмосфера в доме Уолтенов больше никогда не будет уютной, как прежде.