Я выбрал семью

      Альберу было страшно, когда умер самый дорогой ему человек, нет, существо. Она не была человеком, но от этого не меньше ранила сердце.       Из воспоминаний о ней он помнит лишь нежную, слабую улыбку и угасающее тепло в глазах, безвольно упавшее на белые простыни запястье, полутьму комнаты с задернутыми шторами, плотными, не пропускающими лучей света, такого жизненно необходимого, такого яркого…       Но Альберу помнит и тёплые прикосновения рук, обеспокоенный голос и крепкие объятия, помнит приятный запах сырой земли и солнца. Помнит ту, что осталась с ним.       Тетя Таша всегда заботилась о нем, когда не могла его матушка, всегда успокаивала и поддерживала. В тот роковой раз было так же.       Тогда перед ним предстал выбор, что решил бы судьбу, и Альберу знал, что ближе его сердцу. Он откинул бездушные цели, которые были слишком далеко, что казались недостижимыми и приносили лишь несчастье, не окупая сутки без отдыха, голода, когда приходилось насыщаться лишь голой мотивацией, пот и кровь, мешки под глазами, видны лишь в истинной форме, которую боялся.       Альберу выбрал семью. Выбрал место, где мог быть любымым ни за что, отказавшись от самой малости — от фальшивого себя, образа, от которого его тошнило, но который приходилось тщательно поддерживать в идеальном состоянии.       Образа наследника престола.       Он совершенно не подходил его живой натуре, коробился и искажался, шёл волнами и зализывал раны золотом, холодным металлом, что не заменил бы никогда живое существо и искренность, которой так не хватало в этих душных залах, где вечной спутницей его была лишь льстивая улыбка.       Альберу выбрал уйти под покровом ночи с тётей Ташей, проскальзывая мимо охранников, словно воры или ассасины. Он, играя в эту забавную игру, где принц становился преступником, впервые тогда искренне засмеялся не с матушкой.       Город находился дальше того, где его бы стали искать, лежал под пустынями, искрился жизнью, скрывая её от посторонних за жутким легендами и названием, что дали им люди — «Город Смерти», когда сами тихо именовали его совершенно по-другому.       Именовали Городом Жизни. Ведь он им и был. Здесь все были счастливы, здесь не было ни сладкой лжи, ни горькой правды. Ведь истина неприятна лишь тогда, когда лежала на дне океана, а здесь все имели и пользовались правом ничто ни от кого не скрывать.       Альберу никогда не сожалел о своём решении, на которое давалось маловато времени, но он все же выбрал то, что оказалось правильным вариантом. Тем, при котором он был счастлив.       Да, это могло казаться эгоистичным — оставлять королевство на второго или третьего принцев было то же, что и собственноручно подвести его к падению. Но Альберу слишком много жил для других, когда те даже не подозревали о принесенных ради них жертвах, и хотел хотя бы попробовать пожить для себя.       Альберу раньше не знал, каково это, ему не было позволено знать, но вкусив однажды свободу, уже не смог отказаться. Вдохнув полной грудью свежего воздуха, кристально чистого и щекочащего лёгкие, он больше не смог заставить себя сковывать движения ограничительным корсетом, шаблоном недостижимого идеала, которым притворялся, примеряя на себя.       Альберу был похож на ребёнка, впервые попробовавшего нечто настолько удивительное, но у него правда не было раньше возможности познать на себе, не из толстых книжек, которые читал ночами, не находя времени днем, чтобы закрыть несовершенные пробелы, закрыть слабости, в которые все вокруг больно впивались, едва заметив, преподавая жестокий урок, то, что все получали в самом начале.       Альберу понимал, насколько счастлив никогда больше не скрываться. Насколько приятно любить и быть любымым. Его новая жизнь как наркотик — невозможно отказаться. Но в этот раз её никто и не старался отбирать.       Никто не искал возможности лишить его самого ценного. Альберу, наконец, мог расслабиться и жить в свое удовольствие, так, как хотел сердцем давно, но не позволял себе даже редкой мысли о побеге.       Всего-то нужен был толчок. Требовался тот, кто поддержал бы и не бросил посреди дела, не предал бы. Теперь Альберу окружён такими людьми и им за то благодарен.       Альберу счастлив и ничуть не сожалеет о своём выборе.