Она может

-О, Костян, привет! - воскликнул Юра, когда друг стоял на пороге квартиры. -Здорово, - Уралов нехотя пожал протянутую ему руку. -Где это ты всю ночь пропадал? - поинтересовался Татищев, разглядывая кисти рук Кости под перчатками без пальцев. -Титаник с Романовым смотрел, - процедил Екатеринбург, обходя друга, зашёл в комнату. -Серьезно? -Ну конечно нет, Юра, - Костя нахмурился, выуживая из карманов куртки мелочь, вроде складных ножей или кастетов. -А лучше бы Титаник, а то я представляю, чем ты там мог заниматься, - хмуро произнёс Челябинск. -Слушай, Юр, не нуди, и так башка трещит, - недовольно бросил Екатеринбург, пряча в шкафу пистолет. Какой именно, Юра не рассмотрел, но Макарова, наверное. -Ну ладно, - Татищев плюхнулся на диван и достал зажигалку, - Признавайся, по голове шандарахнули? - он выдул пару колец и смотрел на Костю. Тот прошёл мимо и забрал у него из рук зажигалку. -Меня нет, а вот им досталось сильно, - с усмешкой сказал он, зажигая сигарету себе. Юра сначала смотрел себе на руку, потом на Костю, нахмурился и пошёл за ним. -Слышь, Костян, ты давай это, завязывай со всем этим делом. Тот остановился. -В смысле? -Ну, с этим твоим Уралмашем. От тебя и малолетки нахватываются, у них в городах теперь тоже пиздец творится. А ещё я переживаю за тебя. Ну, мало ли что. -Да брось! Я ж бессмертный, что мне будет? А про «малолеток» забудь, у них своя голова на плечах есть, я за них не в ответе. -То есть… -И вообще, Юр, прекращай ныть, - произнёс Екатеринбург, - Ты как баба прям. -Я баба?! -А кто? -Да ты… Ты… Это ты баба, со своей разукрашенной чёлкой! - воскликнул Челябинск. Уралов только посмеялся, а Татищев вскипел ещё больше. -Ладно, хорошо. Иди, раздевайся, а то где ты там в этой куртке лазил. -Ага, сейчас. Может мне ещё и в ванную сходить? -О, так даже лучше! - сказал Юра. Костя лишь усмехнулся и сел в кресло. -Кто ты такой, чтобы командовать мной? -Я? Я тобой не командовал! Я попросил. Я что, не могу тебя по-хорошему попросить? -Ой, Юр, конечно можешь. Все, отстань, - проговорил Екатеринбург, переключая каналы на телеке. Остановился на новостном, где рассказывали о каком-то погроме, и совершенном заказном убийстве. -Видал? - самодовольно спросил Костя, выпуская дым. -Ага, не хило. И не засветился вообще. -Ты за кого меня держишь? - хмуро проговорил он. -За Константина Уралова, - ответил Юра, - Так, Костян, всё, вставай, я вижу, ты ночью развлекся по полной, дай и людям развлечься. Он попытался вытолкнуть Костю из кресла, но сдвинуть такую махину ему, по телосложению более хрупкому, не удастся. Уралов немного подождал, а потом резко встал, и Татищев, не удержавшись, упал в кресло. Когда он осознал, в какой глупой позе находится и как ржет над ним друг, он нахмурился. -Сука… -А ты что думал, мой хороший? - произнёс Екатеринбург, переставая смеяться. -Я тебе не твой, и вовсе не хороший, - огрызнулся Челябинск, пытаясь встать, - Не смей меня так называть! -Как хочу, так и называю, - хмуро произнёс Константин, поднимая того с кресла за талию, - Что-то ты совсем слабенький. В качалку бы походил. -Чего?! -Ладно, мой хороший, я шучу, - с улыбкой проговорил Екатеринбург -Я тебе не твой хороший! -Почему? Раз ты в моем доме живёшь, значит ты тоже мой. И не можешь командовать тут, понял? -А… Юра хотел сказать что-то ещё, но Уралов его перебил. -Так, ладно, я на кухню, поем, а потом мне снова уезжать надо. -Ты уличное то сними, если на кухню идёшь, - крикнул Татищев. -Ты что, не понял? Никто в этом доме не может мной командовать, - сказал Екатеринбург и тут же замолчал. Из соседней комнаты к нему выбежала Снежинск, видать, только проснувшаяся. Она обняла того за ногу и воскликнула: -Дядя Костя! Наконец-то ты пришёл! Тот немного опешил. Юра выжидающе смотрел на него. Придя в себя, Екатеринбург поднял Катю одной рукой, как пушинку, погладил по голове и носику. -Привет, Катюш! Я тоже скучал! - его голос был более мягче и нежнее, чем тот, которым он говорил с Юрой. Снежинск обняла его за шею, а потом сказала: -О, а пошли ко мне в комнату! Ты, наверное, голодный, после работы? Я покормлю тебя! -Хорошо, пошли. Костя пошёл с девочкой в детскую, а Челябинск стоял и наблюдал за этой картиной с открытым ртом. -Не понял. Он пошёл за ними. Наблюдал, как Катя пристроила Екатеринбург на ковёр и «наливала чай» в игрушечную посуду(которую ей, кстати Костя достал). -Тебе сахара сколько класть? - спросила она. -Давай две ложечки, - ответил Костя, принимая чашечку из её рук, делая вид, что пьёт чай. Он увидел в дверях Юру. -М, будешь, Юр? - он приподнял чашку вверх. Тот смущенно кивнул. -Не откажусь. -Угу, Катенька, налей и папе тоже. Катя увидела в проёме отца, улыбнулась и полезла за другой чашкой. Выбирала между желтой и красной, а в итоге отдала ему синюю. Челябинск пристроился рядом, все ещё удивленный происходящему. И как его дочка не боится этого бандита? Крупного, с мешками под глазами, в этой куртке и с сигаретой. Хотя сигареты нет, Екатеринбург её выкинул куда-то. Юра сделал вид, что тоже отпил чая. -Мм, вкусно! Спасибо, Катюш! -Пожалуйста! - девочка улыбнулась. -Так, а нам с дядей Костей нужно идти, - сказал он, встав с пола, -Пошли, Костян. -Куда? Я никуда не пойду, - сказал тот, отдавая чашку Кате. -В смысле? Ты же говорил, что… -Планы резко изменились, я остаюсь играть с Катюшей. -Но… -Они подождут. А сейчас я с Катей, - произнёс он, на что Снежинск захлопала в ладоши. -Пошли, я тебе ногти покрашу! - она потащила его за руку к столику с зеркалом, - Тебе в какой цвет? -Давай в зелёный, - с улыбкой сказал Екатеринбург и повернулся к Челябинску, -Присоединишься? -Пф! Делать мне больше нечего, чем как девушка ногти красить, - сказал он, и тут же добавил, - Мне в чёрный! -У меня нет чёрного. Есть только розовый, хочешь? -Я что, педик что ли? - недовольно проговорил Юра и тут же получил подзатыльник от ржущего Кости, -Давай хотя бы в фиолетовый. -Хорошо! Так они весь день и просидели в комнате, играя с Катей. Под вечер, когда они укладывали сонную Снежинск спать, Челябинск шепнул: -А ты был не прав. Она может тобой командовать. Екатеринбург с улыбкой кивнул, накрывая Катю одеялом и целую я лоб.