You will forever be mine

      Каждый день в Мистик-Фоллс нашествие какой-либо нечисти. В этот раз из-за попыток Мэтта вернуть свою сестру, на город набежали мёртвые обиженные души. Конечно, в этом и было тоже что-то хорошее, Мейсон открыл несколько новых карт по достижению цели: убийство Клауса; у Лекси почти получилось вернуть Стефану человечность. Изи была безумно рада увидеть подругу. Они виделись, когда Стефан сорвался в прошлый раз. Лекси была близкой подругой Сальваторе, которая питала к ней сильные и светлые чувства, и она рада, что все-таки смогла попрощаться с ней. Сегодняшний день бывшая вампирша решила провести с Алариком. Если быть точнее, он попросил её приехать и помочь с изучением настенных иероглифов, найденных в подвалах Локвудов. Брюнетка влетела в квартиру Зальцмана с двумя стаканами свежесваренного кофе. Лучшее, с чего можно начинать трудоёмкий день. — Я взяла нам кофе. Думаю, начинать утро с алкоголя — плохая идея. — Спасибо, Изи… — она лишь ему улыбнулась и, скинув сумку на диван, приступила рассматривать фотографии. — Эти рисунки рассказывают историю, но чтобы её прочесть, нужно их расшифровать. Она не могла передать словами то, насколько это производит на неё впечатление. Некоторые рисунки получилось разгадать сразу, над некоторыми пришлось поразмышлять. На это уходили не минуты, а целые часы. Приходилось открывать интернет и искать чем-то похожие иллюстрации, что иногда очень даже помогало. Неожиданно в дверь постучались и на пороге оказалась ведьма. — Привет! — Бонни. Заходи, — пригласил её Рик. — Я получила сообщение. — Извини за беспорядок. У меня куча мыслей. — А у меня неубиваемое ожерелье, — девушка протянула другу ожерелье Елены, по совместительству ожерелье древней ведьмы. — Отлично. Все хорошо? — Бывало лучше. — Послушай. Джереми — идиот. Я знаю, потому что сам был таким же. Поверь мне, со временем он поймёт. — Учитель истории взял со стола фотографию и протянул Бонни, — Я весь день смотрел на эту картинку и не понимал, что же она мне напоминает. Я был прав. — Тот же рисунок. — Твоя бабушка сказала, что оно принадлежало ведьме, которая наложила проклятье на Клауса. Этот символ по всей стене, и я пытался понять, что он значит. Теперь я знаю! Зальцман наклеил очередную бумажку со словом «ведьма» на фотографию и повесил на доску, которая вся была заполнена подобными листами. Вечером того же дня все узнали, что Клаус убил собственную мать, обвинив в этом отца. Пусть и не родного. Но отца. С пробуждением проклятья оборотня обострилась агрессия, гнев и он жестоко и беспощадно вырвал ей сердце. Конечно, Елена, как борец за чёртову правду и за надежду на то, что Ребекка встанет на их сторону, побежала все рассказать. Но нужно ли это было самой Бекке? Никого не интересует. У Майклсонов оказалась очень интересная и запутанная история, что вызывало большой интерес. Ведь не каждый день встретишь тех, кто уже более тысячи лет живёт на земле и видел абсолютно все эволюции. Но придя домой после очередного разоблачения Никлауса, Изабелла увидела грустную и печальную картину. Ребекка сидела на полу, в её руках были скомканы фотографии, сделанные в подвалах Локвудов, а по щекам слезы лились ручьём. — Ребекка, ты чего? — Сальваторе уселась рядом с ней на колени. — Ты знала? — взахлёб спросила она. — Я узнала тогда же, когда и ты. Почему ты спрашиваешь? — Он соврал мне! Он соврал мне… Изабелла сидела на кровати, читая очередную бесполезную книгу, в ожидании новостей от Елены и Деймона. Клаус силой отправил ее домой, заставляя тут оставаться. Но ведь она просто хочет помочь своим друзьям и семье, зачем он поступает так? Что ему вообще надо? Почему он так смотрит? В момент её раздумий внизу на улице послышался шум, и девушка без промедления вылетела из дома. На дворе остановилась машина, а из неё вышел… Клаус? В тот момент Сальваторе жутко перепугалась, думая лишь о самых плохих мыслях. — Что ты тут делаешь? — начала она, даже не дождавшись пока Майклсон подойдёт, — Майкл тебя ищет. — Я приехал за тобой! — Внушишь мне поехать с тобой? — ехидно спросила брюнетка. Клаус смотрел на неё под светом луны и практически ничего не видел, кроме её лица, но она впервые была спокойна рядом с ним. — Нет, — он приблизился к ней, — я не буду тебе внушать ехать со мной. Я хочу, чтоб это было лишь твоё желание. — Почему? Почему я? — Ты можешь быть мне очень полезна. А я в свою очередь обещаю, что когда решу свои дела тут, в Мистик-Фоллс, уеду и оставлю твою семью в покое. — Я не поеду с тобой, Клаус. После безрезультатных попыток успокоить Ребекку, бывшая вампирша все-таки направилась в свою комнату, где её уже ждал тёплый плед и горячий чай. Это был тяжёлый день. Тяжёлая неделя. Тяжёлый месяц. Возможно, если бы Сальваторе не вернулась в город, она бы даже не подозревала о существование первородных и каких-то проблем, связанных с ними. Взгляд, войдя в комнату, упал на записку, лежащей на прикроватной тумбе. На ней был номер и подпись: «С любовью, Клаус». А он не сдаётся.

***

— Клаус умен. Если мы скажем, что Майкл мёртв, придётся доказать… — говорила Изи совершенно спокойным голосом. Убить Клауса было главной задачей, поэтому все прилагали максимум усилий. Но одному единственному человеку казалось, что план не сработает. Клаус слишком умен, чтобы быть пойманным именно так. — Значит, я буду мёртв, — встрял Майкл. — А если он захочет лично убедиться? — спросила Елена, боясь невыполнимости плана. — Значит, наш план точно сработал. Клаус точно захочет увидеть моё тело, заманите его и я убью его! — Чем? Клинком его не возьмёшь, — напомнил Деймон, крутивший в руках стакан элитного бурбона. — У меня есть кол, сделанный из дуба. Древнего белого дуба. Того самого, что был сожжен! — Где он? — резко спросил старший Сальваторе. — Не здесь. Этот клинок моя страховка. — От чего? — встрял в разговор Стефана, конечно, тот был без человечности. Но свободу ему хотелось куда больше. Майкл благополучно проигнорил его. — Оставьте клинок у меня в сердце. Вампир не может убить первородного, не погибнув сам, значит это сделаешь ты, — он протянул клинок Елене, но та лишь робко посмотрела на первородного отца. — Ты хочешь, чтобы я тебя заколола? — Клауса не легко убедить, и он точно не поверит на слово. — Я не могу, — призналась Гилберт. — Давай я, — предложила Изи. Возможно ее решительность была связана с тем, что она уже убивала людей будучи вампиром и труда особо не составит заколоть многолетнего вампира. Клинок быстро оказался в груди первородного, и Стефан тут же позвонил Никлаусу, дабы вытащить его обратно в Мистик-Фоллс. В продолжение плана младшая Сальваторе не участвовала. Ей не хотелось, чтобы её это хоть как-то касалось. Потому что если что-то пойдет не так, но она тоже будет виновата и может поплатиться жизнью. А ей это совсем не нужно. Достали. Жить надоело? Позже девушке надоело сидеть в собственной комнате, и она направилась в комнату Деймона. С разбега плюхнувшись на диван, Сальваторе лишь молча с закрытыми глаза слушала диалоги брата и Елены, между которыми явно что-то происходило, вызывая не самые лучшие слова от других. — Ребекке нельзя доверять. Она может предать. — Серьёзно? Эти первородные обычно такие надёжные. Что верно, то верно. — Бонни права. Может Ребекка и злиться на него, но он её брат. — Обманувший её, убивший её мать, но все-таки брат, — бывшая вампирша улыбнулась. Данная фраза брата её рассмешила до боли в боку, — Аконит готов. Изабелла бы никогда не смогла убить братьев. Даже несмотря на то, что Стефан много лет назад убил их отца. Пусть и за дело, но все равно он был их отцом. Но такова жизнь. — Весь этот план может рухнуть. Слишком многие могут все испортить. — Поэтому, я обдумываю запасной план. — Правда? Что за план? — Если я расскажу тебе, он не будет секретный, — в комнату вошёл недовольный Стефан. — Мне нужен галстук. — У тебя есть галстук! — хмыкнул Деймон. — Мне 164 года и я иду на школьный вечер, нужен галстук получше. — Можешь не ходить, — ответила Гилберт. Ехидством ей не занимать. — Я должен защищать тебя, учитывая, что все прошлые вечеринки заканчивались не очень хорошо. Если и дальше так пойдёт, тебя убьет королева вечера. Скажи, что у тебя есть план получше, чем аконитовые гранаты, — продолжил Стефан. Стефан без чувств — отвратительный Стефан. — Не твоё дело, брат. Чем меньше ты знаешь, тем лучше. — Моя свобода зависит от того, насколько вы двое справитесь со своей задачей. Так что простите, если я слегка… — он помедлил, — циничен. — Вообще-то, это нам нужно волноваться. Если Клаус задаст неверный вопрос, то все рухнет, — начала Елена, откладывая гранату в руки Деймона. — У вас есть причины волноваться, но если вспомнить историю наших не сокрушительных провалов, то все они происходили, потому что один из нас не мог сокрушить мою человечность. Если что-то все-таки пойдёт не так, то я уверен, что в этот раз это буду не я! Увидимся на вечеринке! Не могу дождаться! Младшая Сальваторе вышла вслед за братом и направилась в сторону комнаты Ребекки. На ней было чудесное красное платье без лямок. — Неплохое начало! — начала Изи, всматриваясь в глаза первородной. — Мне стыдно. Это мои первые школьные танцы, — смущённо ответила блондинка. — Первые? — Раньше я никогда не училась в школе. Мы с Ником постоянно переезжали, убегали, поэтому я не хотела лишний раз рисковать. Он больше не звонил? — Нет. Но я знаю, он сумеет появиться эффектно! — от мысли о Клаусе тело содрогалось, и Сальваторе ничего не могла с этим поделать. — У Деймона с моим отцом уже готов план? — Да. — Не говори мне. Я не хочу знать. Я просто хочу пойти пойти танцы, предоставив все Майклу, — Ребекка любит своего брата, но то как он поступил — низко и подло, поэтому Майклсон приняла такое сложное, но важное решение. Хотя Изи до конца не могла её понять, хоть и очень пыталась. Пыталась, как никогда. — Я знаю, как тебе тяжело. Спасибо, что помогла нам вернуть Клауса в город… — брюнетка в качестве поддержки взяла первородную за руки и слегка сжала в знак поддержки. — Будьте осторожны, я не зря убегала от Майкла тысячи лет. Майкл совсем не такой добрый. И ему нельзя верить. Никому из моей семьи!

***

Изабелла волновалась перед вечером как никогда, наверное. Боялась, что план по устранению Клауса не удастся и все пойдёт камнем вниз. На самой девушке было надето короткое темно-синее платье, а на ногах туфли на высоком каблуке, что давало ей казаться ещё выше. Зал затопило, кто знает, что вызвало такое. Возможно, яркое появление Никлауса. А возможно, действительно прорвало трубы. У Кэролайн была истерика, ведь именно она всё готовила и старалась, но Тайлер перенес вечеринку к себе домой. Громкая музыка со сцены больно била по ушам, а чувство тревоги расплывалось по телу Беллы, которая решила, что стоять в стороне и потягивать алкоголь отличное решение её страха. Начало появляться острое ощущение того, что и с Ребеккой что-то не так, ведь ее нет на вечере, хотя собирались они вместе. Последний раз, когда та видела первородную, был пару часов назад, после чего к ней пришла Елена, и Изабелла покинула комнату подруги или просто знакомой, она ещё не разобралась до конца, и больше её никто не видел. Бурбон прожигал горло, а сама девушка в одиночестве стояла на переднем дворе поместья Локвудов, там, где было меньше всего людей, ведь все столпились у сцены, так как Тайлер даже пригласил одну из самых знаменитых групп. Мысли окунулись не в то русло, в голову пришёл Никлаус. Последний их диалог вызывал теплоту в душе у девушки. Диалог, когда Клаус звал её с собой. Её поразило только то, что он сказал, что не станет внушать ехать с ним. Что это только её решение должно быть. Где же ты? Решив найти его, она направилась в другую сторону, ближе к сцене, где скорее всего и обитает гибрид. Внутри все сжалось, когда она увидела его. Он стоял совершенно спокойно говоря со Стефаном. Но уловив страх, Изабелла все-таки не решилась подходить. Но долго сопротивляться не пришлось, она заметила Тайлера. — Классная вечеринка. — Спасибо, — улыбнулся Локвуд. — Но это не моя вечеринка. Я выполняю приказ Клауса. — Клауса? — немного удивленным голосом переспросила она. — О чём ты? — Это не вечеринка, детка, — вымолвил гибрид, наблюдая, как девушка пытается сделать максимально серьёзное лицо. — Это поминки. — Поминки? — недоуменно спросила она, когда Тайлер уже ушёл. — Ты очень красивая, — раздалось над ее ухом. От неожиданности девушка вздрогнула, а этот британский акцент брюнетка узнала бы из тысячи. Тот самый голос, который понравился ей ещё там. На горе перед закатом. — Никлаус, — вздохнула, осмотрела его с ног до головы. Красивый, как черт, ей богу. Гибрид закатил глаза от такого официального обращения к нему. — Давай просто Клаус, Изабелла, — напомнил он, проговаривая, словно маленькому ребенку. Она улыбнулась. Непонятно от чего. То ли от алкоголя, то ли от того, кто перед ней. — Клаус… — повторила она, вызывая у гибрида чувство эйфории. — Ты пьяна? — Не настолько, как тебе хотелось бы. — Его рука коснулась талии Сальваторе. Хватка Никлауса была крепкой, отчего бывшая вампирша дёрнулась. Она чувствовала, как он ослабил хватку, но руки всё ещё не убрал. Чувствовала, что он находится слишком близко. Неприлично близко, вызывая у нее странное чувство. — Составишь мне компанию на вечер? Изабелла долго не думала, лишь взяла мужчину за локоть и скрылась в толпе. Кто все эти люди? Их тут сотни. И некоторых девушка видит впервые. — Как я понимаю, это все твои гибриды? — Да, — согласно кивнул мужчина и посмотрел ей за спину. — Пойдем поздороваемся с твоей невесткой, любовь моя. Изи не вникала в диалоги Клауса и Елены, ей они совершенно были не интересны, но вот Елена казалась совсем не такой, как обычно и только под конец до Сальваторе дошло: Кэтрин… Вот черт. Вот он. План Деймона. Изабелла сильно занервничала, что Майклсон сразу почувствовал. Сердце замерло, чтобы в эту же секунду застучать с удвоенной силой. — Я хочу уйти отсюда. Сальваторе резко развернулась и отправилась туда, где меньше всего народу. В дом. Она шла очень быстро, чуть ли не бежала. Ей так хотелось скрыться от реальности. Скрыться от Деймона. Елены. Стефана. Клауса. Скрыться, чтобы больше не играть в эти игры. Она боялась своей смерти. Она этого не хотела и не хочет. Но её убьют, если она продолжит играть в эти интриги. И даже хорошее отношение Клауса не спасёт её. Клаус быстро её догнал, хватая за руку. — Что с тобой? Почему ты ушла? — Клаус знал. Он все знал. Возможно, не знал, но догадывался. Одного лишь взгляда хватило, чтобы понимать причину волнений. — Давай уйдём? Уходи, Клаус… — К тебе гость! — позади показалась девушка. Мулатка. По всей видимости, гибрид. Поздно. — Передай гостю, что я почти победил. — Он сказал, его зовут Майкл. — Тогда нельзя заставлять его ждать! Выведи всех, — он окинул гибридов взглядом, пока Изабелла ничего не понимала.— Я пока пообщаюсь с папой. А ты… — Он внушал ей. Снова. — Стой тут, пока он не уйдёт. — Здравствуй, Никлаус! — проговорил мерзкий и гнилой голос Майкла во входных дверях. Лишь Изи со стороны видела, как меняется лицо Клауса. — Здравствуй, Майкл, — проговорил Клаус, вставая в проходе, смотря в глаза отцу. Неродному отцу. — Зайдёшь? Оу, — насмешливо проговорил гибрид, — я и забыл, ты же не можешь. Ник издевался. Но так усердно пытался показать, что совсем не боится и всё под контролем. — Ты можешь выйти, если хочешь. — Лучше я посмотрю, как мои гибриды порвут тебя на кусочки, — и действительно. Позади старшего из семейства Майклсонов оказалась стая гибридов. — Они не могут меня убить. — Верно. Но мы все равно отлично повеселимся. Мне достаточно просто щёлкнуть пальцами, — Клаус поднял руку, как бы демонстрируя свои следующие действия, — и они налетят. — Злой, страшный серый волк. Всё прячешься за своими игрушками, как трус, — Издевался Майкл, пытаясь вывести Никлауса из себя. — Ты забыл об одном: может они и подчиняются тебе, но они наполовину вампиры, и я могу внушить им. Как по команде рядом с Майклом остановилась темнокожая девушка, которую Изи только что видела разговаривающую с Клаусом. Та, кто сказала о появление Майкла. Взгляд Никлауса потускнел. Та самая мулатка притянула к себе за горло Елену. Она судорожно дышала, её грудная клетка тяжело поднималась и опускалась, а глаза были на мокром месте. — Нет… — прошептала Изабелла, но Клаус лишь бросил мимолетный взгляд на нее, давая понять, что все под контролем. И тут Сальваторе вспомнила: это не Елена. — Выходи и сразись со мной, Никлаус. Или она умрёт! — Давай. Убей её! — прошептал Клаус сквозь зубы. — Нет, Клаус. Он сделает это, — умоляла Елена. — Если она умрёт. Это партия, — Майкл обвел рукой стоящих позади гибридов, — будет твоей последней гадостью — Они мне не нужны. Мне нужно избавиться от тебя! — Для чего, Никлаус? Чтобы ты мог вечность жить в полном одиночестве. Ты ведь больше никому не нужен, мальчишка. Кто у тебя есть, кроме тех кого ты заставил подчиняться? Никого. Никого, — повторил Майкл. Глаза Клауса совсем опустели. Он взглянул на Изабеллу, но та лишь отрицательно покачала, давая понять, что это ложь и провокация. Он понял. Он все понял. Из его глаз капали слезы. — Ты блефуешь, отец. Убей её! — злобно прошипел гибрид. — Выходи и сразись со мной, жалкий трус! Тогда мне не придётся… — Всю жизнь ты недооценивал меня. Если убьёшь её, потеряешь единственный козырь. Так что давай. Убей её. — повторял он снова и снова, — Давай, старик, убей её. УБЕЙ ЕЕ! — прокричал мужчина. Майкл рассмеялся. — Твоя импульсивность, Никлаус, — с хохотом начал первородный, — она была и всегда будет тем что отделяет тебя от величия. На этих словах он воткнул нож в спину двойника, на что та, схватившись за неё, начала задыхаться. Даже у Изабеллы возникла мысль, что это Елена, а про Клауса вообще ничего нельзя было сказать. Он испугался. Но позже до него дошло. Майкл еще больше рассмеялся, увидев Деймона втыкающего кол из белого дуба между рёбер Клауса. Следующий удар должен был быть в сердце. Наблюдать за убийством было выше её сил. Она не испытывала к нему враждебных чувств. Хотя должна была. Но сейчас она переступала через себя и смотрела лишь на него, не могла отвести взгляд, ведь у Изи была возможность предупредить… но она не смогла… Нет… Она смотрела. Смотрела на то, как её брат убивает Клауса. Смотрела на Клауса, на Деймона, который занёс руку для решающего удара, и на… Стефана? И на Стефана. Стефан, который в последнюю секунду оттолкнул брата в другую сторону, прижимая к полу, пока тот говорил что-то себе под нос. В последний момент Клаус хватает упавший кол из дуба и вонзает его в Майкла, который теперь уже умирает навсегда. — Что ты наделал? — Он заслужил свободу, — Клаус лишь наблюдал, как поднявшийся Стефан, становится напротив него. — Спасибо, мой друг. Ты больше не обязан мне подчиняться. Ты свободен. — внушил он ему. Тут же Изабелла почувствовала лёгкость в теле, внушение Клауса спало. Она разворачивается и уходит от особняка прочь. Дальнейшие дела — не её проблема. Она не будет в этом участвовать. Никлаус же до последнего наблюдал за уходящей фигурой, пока она полностью не скрылась в темноте. Но и после он не переключился. Так же стоял и смотрел туда, куда она ушла.